Кэтрин Дойл – Две короны (страница 82)

Губы Аники изогнулись в улыбке.

– Ты устроила уже достаточно резни. – Она взглянула на Тора. – Тебе не кажется, что ей пора пожинать то, что она посеяла, солдат?

– Думаю, нам пора перестать тратить время и ресурсы на этих берегах, – ответил Тор и пошел дальше по трапу, не оглядываясь назад. – Очевидно, они все прокляты.

Аника перегнулась через ограждения корабля.

– Что ж, я предлагаю оставить им прощальный подарок.

Тор напрягся:

– Я не думаю…

Аника щелкнула пальцами.

– Волдсом, фас!

Рен закричала, когда громадный снежный барс спрыгнул с корабля и приземлился на берегу реки. Он посмотрел на нее и тут же бросился вперед.

Рен едва удалось сделать два шага, прежде чем когти барса вцепились в ее плечо, и он повалил ее на траву. Он перевернул ее лапой, его пасть покрылась пеной, когда он зарычал. Аника взревела вместе с ним, звук превратился в маниакальный смех, когда зверь вонзил зубы в бок Рен.

Леденящий кровь вопль вырвался из ее груди. Небо затуманилось, когда ее кожа разорвалась, зубы барса вонзились в мышцы и кости. Зверь отпустил ее так же быстро, и Рен почувствовала жар своей крови, когда она хлынула наружу. Барс закружил вокруг нее, обнюхивая ее шею. Он раскрыл массивную пасть и вдруг заскулил, когда из ниоткуда появилось белое пятно и врезалось в него.

Эльске угрожающе зарычала на снежного барса, прежде чем разорвать ему горло. Зверь издал пронзительный крик, когда сделал свой последний вдох, и Рен почувствовала ту же слабость, когда легла на траву. Королевский корабль отчаливал вместе с Банбой, и теперь на палубе стоял только один человек.

Рен смотрела, как Тор уплывает от нее, и поняла, что не может этого вынести. Они не могли уплыть. Не так. Прижав руку к ране в боку, она поползла по траве, зовя свою бабушку. Мир вокруг потускнел, но она ползла и ползла, не обращая внимания на боль, пронзавшую ее насквозь.

Долгое время вдалеке трепетали только паруса гевранских кораблей, вокруг стало темнее и тише. Затем знакомая пара рук сомкнулась вокруг Рен, потянув ее назад. Эльске подошла и села рядом с Рен, и когда последний корабль исчез в тумане, волчица запрокинула голову и завыла.

Роза

Глава 48

 Роза держала в объятиях Рен, когда последний гевранский корабль скрылся из виду.

– Отпусти меня, – попросила Рен, едва сопротивляясь, ее хватка становилась все слабее и слабее. – Я не могу… позволить им… забрать ее… Пожалуйста… Я не могу…

Роза лишь сильнее сжала ее, ее взгляд упал на бок Рен. Ей не понадобилась магия, чтобы понять серьезность ее раны. Даже сейчас кровь просачивалась сквозь разорванное свадебное платье, пропитывая траву вокруг них.

– Не двигайся, Рен! Ты ранена.

Рен сопротивлялась, пока последняя капля энергии не покинула ее.

– Пожалуйста, – произнесла она, обмякнув в объятиях Розы.

– Мы спасем Банбу, – мягко произнесла Роза. – Обещаю, мы сделаем это.

Она положила сестру на траву. Ее руки дрожали, но у нее не было времени, чтобы отнести ее к Тее, которая все еще находилась в святилище; не было времени и на то, чтобы сомневаться в себе. Роза должна была спасти сестру, сделать для Рен то, что она не смогла сделать для Анселя. Она не могла потерять ее, не после того, через что они прошли, чтобы найти друг друга.

Роза прижала руки к ране в боку Рен, магия трепетала в ее пальцах. Она ощущала себя сильной, уверенной. Роза потянулась к нити жизни Рен и нашла ее, тускло светящуюся в темноте. Она сосредоточила свои мысли на этом, желая, чтобы рана закрылась, сращивая расщепленную кость и поврежденные мышцы вместе.

– С тобой все будет хорошо, – пробормотала она, – я исцелю тебя.

Пот стекал по спине Розы, пока она лечила сестру, беспокойство бурлило в животе, когда ее магия связалась с Рен. Какое-то время она не могла сказать, где кончается она и начинается ее сестра. Между ними проходил ток, и исцеление работало, хотя медленно-медленно. Но он и истощал Розу. Вскоре ее дыхание стало затрудненным, а веки начали закрываться. Когда румянец вернулся на щеки Рен, она поддалась своему изнеможению.

На берегу Серебряного Языка Роза свернулась калачиком рядом с сестрой.

– Мы со всем справимся, – проваливаясь в сон, пробормотала она.

Рен

Глава 49

Рен стояла в дверях западной башни и смотрела на кровь на каменной стене. Тело Гленны исчезло. Не осталось ничего, кроме ржавого пятна и пряди седых волос. Птицы тоже исчезли, все клетки были опрокинуты и сломаны.

– Мы должны были похоронить ее. Это самое меньшее, что она заслужила.

Роза положила руку на плечо Рен, заходя в комнату.

– Все эти годы в Анадоне я не знала, что она была здесь. Он скрывал ее от меня. Он скрывал ее от мира. – Голос Розы задрожал, когда она повернулась к окну, где солнце растворялось в вечернем небе. – О Гленна, мне так жаль, – прошептала она. – Мы сделаем все правильно. Я обещаю.

Рен задержалась на пороге, прижимая руку к больше несуществующей ране в боку. Только сегодня утром она лежала, умирая, на берегу реки, а теперь была здесь. А Банбы не было. Сестры сняли испорченные свадебные платья, часами оттирали кровь с волос, и все же Рен до сих пор чувствовала себя грязной, а еще виновной. Она подвела бабушку. Она обрекла Банбу на участь худшую, чем смерть, и теперь ведьмы остались без лидера.

Роза отодвинула птичью клетку в сторону, чтобы достать картину под ней. Это был портрет, который прошлой ночью Гленна показала Рен. Она поднесла его к свету.

– Это Орта Старкрест, – едва слышно прошептала она. – Я видела ее однажды – в видении Дерева-Матери. – Она нахмурилась, когда заметила девушку, сидящую рядом с ней. – Но кто это?

Рен подошла к сестре. Ее взгляд задержался на второй фигуре. Часть ее не хотела произносить имя вслух, будто оно содержало в себе древнюю злую силу.

– Это сестра-близнец Орты – Онак.

Роза ахнула.

– Близнецы, – сказала она. – Все так, как говорила Банба.

Рен искоса посмотрела на сестру, почувствовав странный спазм в животе. За всю ее жизнь Банба ни разу не упомянула о существовании Онак Старкрест. До этого момента Рен думала, что Гленна была единственной живой ведьмой, кто вообще знал о потерянном близнеце.

– Что Банба рассказала тебе? – спросила она свою сестру.

– Ничего. Казалось, что она боялась хоть что-то рассказывать. – Роза взглянула на портрет и нахмурилась. – Я не понимаю, почему здесь две короны.

Рен вспомнила слова провидицы в этой самой башне в прошлую ночь, историю об Онак Старкрест, которую она поведала ей в темноте. Рен была растеряна, услышав ее, но она знала, что это правда. Сестры Старкрест были их с Розой наследием.

– Потому что они обе были королевами, – ответила Рен. – По крайней мере, до того, как все покатилось прямиком в ад.

Роза широко раскрыла глаза и прижала картину к груди.

– Расскажи, что произошло.

И Рен начала рассказ:

– Тысячи лет назад у королевы Мойры родились девочки-близнецы: Орта и Онак. Они родились, держась за руки, так близко, что, как говорили, у них был один разум. Одна душа. Близнецы были сильны. А их сила становилась могущественней, когда они были вместе.

Роза нахмурила брови, и Рен поняла, что она думает о том странном взрыве в святилище, о той ослепляющей силе, которая вырвалась из них, когда они схватили друг друга за руки. Рен не знала, было ли то, что произошло, хорошо или плохо, но это поселило в ней беспокойство.

Она заметила, что Роза тоже обеспокоена этим.

– Орта была кроткой и невероятно умной. У нее было мягкое сердце и пытливый ум, – продолжала она. – Онак же была непокорной и склонной к вспышкам гнева. У нее был острый язык и вспыльчивый характер. – Рен пыталась не привлекать внимания к их схожести, особенно зная, что произошло потом. – Но девочки любили друг друга, и они верили, что смогут править вместе.

Роза скривилась:

– Значит, они просто… обе стали королевой?

– Это было законом Мойры, – ответила Рен, пожав плечами. – Она не хотела разделять их, поэтому она переписала правила королевства. – Она сделала паузу, а затем добавила: – Это было ошибкой.

– Но Орта была хорошей королевой. Верно?

– Самой лучшей, что у нас была.

Молчание затянулось.

Роза неловко переступала с ноги на ногу.

– А… Онак?

– Онак все испортила, – с этими словами Рен повернулась к окну. Святилище представляло собой почерневшую скорлупу на холме. Охранники все еще сновали туда-сюда, подбирая тела. – По мере того как росла любовь королевства к сестре, в Онак росла зависть. И одержимость. – Рен положила локти на подоконник и посмотрела на деревья. – Однажды, когда она ехала на лошади через лес, она затоптала олененка. Это произошло случайно. Но когда кровь животного просочилась в пальцы Онак, все изменилось. Она нашла новый способ быть могущественной. Быть лучше, чем ее сестра. – Она взглянула на Розу. – Она обратилась к магии крови.

Роза обхватила себя руками.

– Магия крови? Я никогда не слышала об этом.

– Ведьмы предпочитают делать вид, что ее не существует. Это удерживает молодых от подобных мыслей… – Рен робко улыбнулась. – Да и, думаю, старших тоже.