Кэтрин Белтон – Люди Путина. О том, как КГБ вернулся в Россию, а затем двинулся на Запад (страница 72)

— Они сказали, что давление на нас оказывать не будет, — сказал он.

Убежденный в том, что правительство не прогнется под российские требования, Рыбачук с семьей уехал на новогодние каникулы в Словению. То, что Россия решит пойти на риск и примет крайние меры, то есть перекроет газ, казалось маловероятным.

Но перед новым годом он включил телевизор и узнал о кризисе из новостей CNN: Россия перестала поставлять газ в Украину. А поскольку последняя была важным коридором для транзита российского газа, под удар попали контрагенты по всей Европе. В тот год зима была особенно лютой, и западные лидеры пребывали в шоке. В тот же день Россия возглавила «Большую восьмерку». Это должно было ознаменовать ее серьезное продвижение и интеграцию в глобальную экономику, а темой саммита значилась энергетическая безопасность.

Однако прекращение поставок газа дало четко понять всем сторонам, как именно Россия понимает глобальную интеграцию. Она собиралась действовать в своих интересах и подорвать глобальную систему, но не играть по правилам Запада. Прекращение поставок, как заявили в Госдепе США, «поднимает серьезные вопросы об использовании энергии для оказания политического давления».

Рыбачук все еще надеялся, что Запад поддержит Украину. Он знал, что Россия не сможет держать вентиль закрытым дольше трех дней, иначе пострадает ее трубопровод. На следующий день в 15.00 поставки возобновились. Ющенко, не поставив в известность Рыбачука, согласился на предложенную Медведевым сделку, условия которой удивили всех. «Росукрэнерго» рынок не потеряло, наоборот, обрело монополию на поставки газа в Украину и доступ к половине внутреннего распределительного рынка. Такие условия позволяли России сохранить лицо и создать видимость того, что газ продается Украине по довольно высокой цене — за 230 долларов за кубометр. Но этот газ смешивался с дешевым газом из Средней Азии, что позволяло Украине платить только 95 долларов за кубометр. Ющенко заявил, что это был «здоровый компромисс», а Путин высоко оценил «взаимовыгодные решения». Но Рыбачук пребывал в оцепенении.

— Я не понимал. Было правительство России и было правительство Украины. Зачем нам нужен был посредник?

Ничто из этого не отвечало идеям «оранжевой революции», которая стремилась превратить Украину в прозрачную экономику западного типа. Более того, «Газпром» заявил, что просто применил к цене на газ рыночную формулу.

— «Газпром» никогда не пользовался рыночными инструментами, — сказал Рыбачук. — Для определения цены газа всегда учитывались политические моменты.

Беларусь продолжала платить «Газпрому» 49 долларов за кубометр, а «Росукрэнерго» вот-вот готово было уйти со сцены с миллиардами прибыли.

Рыбачук сказал, что никогда не забудет слова посла США в Украине после возвращения в Киев:

— Добро пожаловать в клуб коррупционеров.

Сделка ввергла украинское правительство в хаос. Возникли непримиримые разногласия между президентом Ющенко и премьер-министром Юлией Тимошенко — значимой фигурой «оранжевой революции». Она жестко возражала против «Росукрэнерго» и его газоторговых схем. Однако президент, министр топлива и энергетики и глава государственной компании «Нафтогаз» решительно поддержали такое сотрудничество. Выяснилось, что Ющенко еще до поездки Рыбачука в Москву вел собственные переговоры и тайно встречался с Дмитрием Фирташем. Этот сорокалетний украинский газовый трейдер негласно и с благословения Кремля стал держателем оставшихся 50 % акций в «Росукрэнерго».

Рыбачук до сих пор толком не знает, как все произошло, но выглядит так, что Ющенко пошел на компромисс и согласился на сделку. Подозрение Рыбачука пало на тесные взаимоотношения, которые Фирташ поддерживал с братом Ющенко и с сирийским бизнесменом, близким к семейству президента:

— Мы этого не докажем. Но это единственное логичное объяснение одобрения сделки.

Юлия Тимошенко с фирменной косой вокруг головы также выступила против сделки.

— Такой договор невозможен без коррупционной составляющей, — сказала она.

После подписания сделки раскол в украинской прозападной коалиции усилился, страна погрузилась в политические дрязги. Парламент выразил вотум недоверия правительству. Новые парламентские выборы планировались провести в марте 2006 года. Росла популярность пророссийского кандидата бывшего премьера Виктора Януковича, потерявшего свой пост после «оранжевой революции», и его Партии регионов. Рейтинг Ющенко, ослабленный внутренними разборками и экономическим кризисом, рухнул — из-за газовой сделки его подозревали в коррупции. В августе Янукович снова стал премьер-министром. Мечта «оранжевой революции» о тесных политических и экономических связях с Европой казалась несбыточной, хотя с Майдана прошло не более года.

Рыбачук заявил, что сделка с «Росукрэнерго» выглядела как типичная российская операция влияния:

— Пытаясь отстранить от власти прозападный альянс, они использовали все способы коррупции. Ющенко стал первым украинским президентом, не одобренным Москвой, и это привело Путина в ярость. Он хотел расколоть «оранжевую» коалицию и вернуть пророссийского кандидата.

Сделка также говорила о том, что люди Путина успешно реализуют операции влияния в сотрудничестве с организованной преступностью. Фирташ, негласный владелец 50 % акций «Росукрэнерго» и украинец по национальности, всегда заявлял, что когда силовики отстранили от власти магнатов эпохи Ельцина, только благодаря своей смекалке и бизнес-связям с туркменским руководством он смог наладить торговлю газом между Туркменией и Украиной. Но на самом деле он никогда бы не смог это сделать без поддержки Кремля.

— Он был на 100 % человеком Путина, — сказал человек, знакомый и с Фирташем, и с Путиным.

Крое того, Фирташ не смог осуществить это без содействия ключевой фигуры российской организованной преступности, израильскому юристу которого принадлежала компания Енга! Trans Gas.

Бандит, который скрывался за Енга! Trans Gas, имел несколько паспортов и две даты рождения. Иногда его называли Шимоном, иногда он представлялся Сергеем Шнайдером. Но знакомые обычно звали его Севой. В действительности это был Семен Могилевич — бывший борец, с массивными габаритами, с руками-тарелками, с изрытым оспинами лицом и вечной сигаретой в зубах. В прошлом он отсидел за поджог, а теперь стал генератором идей и организатором перекачки денег российской ОПТ на Запад. Начинал он в семидесятых годах — сначала помогал первой волне выпущенных из СССР евреев-эмигрантов распродавать имущество для оплаты переезда и обычно безбожно обирал их — об этом свидетельствовали его бывший партнер и бывший чиновник с Запада. Позже Могилевич стал ключевой фигурой, решающей вопросы с отмыванием денег на Западе для российских преступников.

Сам Могилевич всегда утверждал, что он — не более чем бизнесмен, и не скрывал своих амбиций однажды войти в список самых богатых людей Британии по версии SHnday Times.

— Его просто сделали козлом отпущения, Запад решил повесить на него все грехи, — сказал мне его адвокат Зеев Тордон.

Однако по информации ФБР и по свидетельствам двух его ближайших партнеров, Могилевич работал с самой влиятельной ОПГ тех времен. Солнцевская группировка опутала своими щупальцами всю России, а затем добралась до Украины, Средней Азии и Венгрии. Возглавляли ее круглолицый розовощекий бандит с ангельской улыбкой Сергей Михайлов по прозвищу Михас и его партнер Виктор Аверин — Авера. Михайлов тоже любил заявлять, что он — просто бизнесмен. Однако обоих считали самыми опасными людьми в России. Первые деньги они заработали на сутенерстве, затем стали торговать оружием и наркотиками.

— Кто такой Михас? Между нами, он был официантом и сутенером, — сказал его бывший партнер. — Как официант он имел доступ к твердой валюте, а как сутенер — к большим объемам валюты, которой расплачивались с проститутками.

Михас и Авера заработали репутацию отморозков — некоторые даже называли их психопатами. Однако они понятия не имели, что делать со своими быстро растущими долларовыми капиталами. По словам бывшего партнера, «Сева был единственным человеком, знавшим толк в инвестициях», он изучал финансирование в университете Западной Украины. «Авера и Михас поставляли нал. Сева занимался логистикой».

Могилевич к тому же служил связующим звеном между КГБ и организованной преступностью: КГБ нужно было переправлять деньги из СССР, а сети ОПГ использовались как прикрытие. Путин продолжил эту практику, начав сотрудничать с Тамбовской группировкой в Петербурге, а затем укрепил связи с ОПГ во время своего президентства. Могилевич был завербован КГБ в семидесятых годах.

— Он должен был доносить на еврейское сообщество, а взамен ему позволили забирать имущество эмигрантов, — сказал бывший чиновник с Запада.

Сферы делового сотрудничества Могилевича с ведущими фигурами преступного мира расширялись, как и его связи с КГБ.

— Сева всегда работал на спецслужбы, — сказал его бывший коллега. — Он был криминальной частью российского государства.

Как утверждали посвященные люди, за Eural Trans Gas и другими сделками стоял Могилевич, и это было выгодно Кремлю. Его могли подключать в наиболее острый момент переговоров с Киевом о ценах на газ: он имел тесные связи с местными организованными преступными группировками, и это должно было напомнить украинским чиновникам, с какой властью они имеют дело.