Кэти Такер – Судьба гнева и пламени (страница 112)

– Слава богу, – бормочу я.

В тени позади Джесинды я замечаю незнакомое женское лицо, смотрящее на меня. Я вздрагиваю и, увидев, что это отражение в зеркале, оборачиваюсь, чтобы посмотреть назад. Там только Зандер.

Я снова поворачиваюсь лицом к зеркалу, моя настороженность возрастает. Я дотрагиваюсь до щеки. Женщина в отражении делает то же самое. Я касаюсь своего носа. Она повторяет.

– Что за черт, – шепчу я, хватаясь за шею, и волны шока захлестывают меня.

Плавающий шар становится ярче, излучая больше света.

Я смотрю на незнакомку, воззрившуюся на меня – угловатое лицо, бледно-голубые глаза и губы в форме сердечка. Единственная вещь, которая нас объединяет, это цвет волос.

– Это не мое лицо. – Или мой голос.

– Иллюзия, – подтверждает Джесинда. – Заклинательница привязала к кольцу и это. Чтобы дать вам некоторое подобие узнавания и помочь облегчить переход в тело принцессы Ромерии.

– Помочь мне.

То есть это версия помощи от Софи, наряду с заклинаниями, подавляющими мои заклинательные способности. Она все продумала.

– Я бы посоветовала вам пока надеть кольцо обратно. Пока вы не научитесь сдерживать то, что внутри вас, вы не сможете сосредоточиться ни на чем другом, а впереди нас ожидает путешествие.

Через несколько секунд после того, как прохладное золотое кольцо снова обвивает мой палец, адреналин стихает. Я поднимаю глаза и снова вижу знакомое лицо в зеркале. Единственная константа, которую я знаю всю свою жизнь.

Это единственное, что у меня осталось.

Раздается стук в дверь, и Элисэф вбегает внутрь.

– Солдаты приближаются. У нас всего минута.

– Тогда мы должны действовать быстро. – Взмахом руки Джесинда убирает стойку. Та отъезжает в сторону, открывая зияющую дыру под ней и кончик лестницы.

Я отбрасываю свое недоумение по поводу ее способности делать подобное.

– В последний раз, когда я куда-то следовала за элементалем, она отправила меня в это богом забытое место и поместила в это тело.

Джесинда наклоняет голову, будто признавая мое беспокойство.

– Моя единственная цель – направить вас по нужному пути.

Доверяю ли я ей? Не думаю, что у меня есть выбор. Мне нельзя здесь оставаться, и совершенно ясно, что за Зандером я следовать тоже не могу.

Я смотрю на него.

– Легион будет ждать меня. – Его глаза прикованы к моим губам, и в них мелькает нечто непроницаемое. – Здесь наши пути расходятся, Ромерия Уоттс из Нью-Йорка.

– Точно. – Раньше он был для меня незнакомцем, а теперь я незнакомка для него. И неважно, сколько ночей мы провели вместе. В моей груди шевелится отголосок боли, но я крепко сжимаю зубы. – Прощай.

Его челюсти напрягаются.

– Вы неправильно поняли, – говорит Джесинда. – Вы оба должны пойти со мной.

– Нет, – хором возражаем мы с Зандером.

– Она не может быть в безопасности рядом со мной, и у нас разные пути, – тихо добавляет Зандер.

– У вас один путь. И вы должны пройти его вместе. Простите, Ромерия, но старое придется позабыть. Ваша судьба – нечто новое, и пути назад нет. Только вперед. – Глаза жрицы выражают сочувствие.

Я киваю.

Она переключает свое внимание на Зандера.

– Провидцам явилось видение о конце кровавого проклятия, и оно придет от ибарисанской дочери Ифу и илорианского сына Малакая. Разве не этого вы желаете?

– Да, я тоже это видел. Как и все присутствовавшие сегодня на площади. Я знаю, что такое Ромерия, и я не хочу менять Илор таким образом. Не путем убийства моих людей. – В его голосе вспыхивает горечь.

В ответ она нежно улыбается.

– Это путь Ифу, но это не единственный путь.

– А что получишь от этого ты? Только не говори, что рисковала собой ради Илора.

Кончики ее пальцев скользят по золотому ошейнику.

– Я хочу свободы для моего вида. Возможно, я успею увидеть это до того, как мои дни подойдут к концу. А, возможно, и нет.

Снаружи раздаются крики. Элисэф еще раз бросает на нас взгляд из-за занавески.

– У нас больше нет другого пути отхода. – Он указывает на отверстие в полу.

Глубоко вздохнув, Зандер кивает.

Один за другим мы спускаемся по лестнице. Мои ботинки ступают по земле, скрытой в мутной воде с запахом канализации. Факелы освещают сырой туннель, ведущий во тьму.

Еще одним взмахом руки Джесинда закрывает проход. Когда она опускает руку, я вижу переливающуюся золотым сиянием эмблему.

Я показываю на нее.

– Что это?

– Мое родство с Ифу.

Она закатывает рукав и вытягивает руку, давая мне возможность изучить метку – круг с золотой ланью, охватывающий ширину ее предплечья. Над ним в линию еще два круга, только меньшего размера, один – с бронзовым быком, а другой – с серебряной бабочкой.

– У меня родство с тремя элементами, хотя моя связь с водой намного сильнее, чем с двумя другими.

– Найди позолоченную лань, – шепчу я.

Это имел в виду мой отец? Найти Джесинду?

– Мы пройдем по этому туннелю к трущобам, где нас ждет скиф, на котором мы отплывем за границы Цирилеи.

– Я должен встретить своих солдат в Элдредском лесу. – Тон Зандера не предполагает никаких возражений.

– А потом мы вместе отправимся на север, в горы Венхорн.

Элисэф стонет. Ему явно не нравится этот план.

– Ты знаешь, что обитает в этих горах. – Зандер бросает на Джесинду многозначительный взгляд.

– Знаю. Если мы не можем плыть в Сикадор, то это самое безопасное место в Илоре для нас, пока Ее Высочество не будет должным образом обучена.

Зандер поворачивается ко мне лицом, а я к нему спиной. Я не забыла, что всего пять минут назад он собирался уйти от меня. Он мягко вздыхает.

– Мы доставим вас туда. Но я не могу обещать, что мы останемся.

Джесинда поджимает губы и кивает.

– Как ты научилась так быстро ориентироваться в моем городе, верховная жрица?

Я прикусываю язык и воздерживаюсь от того, чтобы напомнить ему – это больше не его город.

– У вас больше союзников, чем вы думаете. – Джесинда улыбается мне. – Как и у вас, Ваше Высочество. Много союзников и желающих видеть вас своей королевой.

Я закатываю глаза.

– Пожалуйста. Никаких больше «Ваше Высочество». Никакой королевы. Никакой принцессы Ромерии. – Мне всего этого хватило с лихвой. – Я просто Роми.

– Очень хорошо, Роми. – Она наклоняется. – Ты вернешься в это место и принесешь людям надежду. Но мы должны уходить сейчас.