Кэти Такер – Судьба гнева и пламени (страница 105)

– Не могла бы ты научить меня драться?

Абарран поворачивается на каблуках лицом ко мне.

– Вы хотите стать солдатом Легиона?

– Нет. Я просто хотела бы иметь возможность защитить себя.

– Я не тренирую для защиты. Я готовлю к войне. Тренирую легионеров.

– Но ты только что обучила меня этому.

– Это была не тренировка, – усмехается она, наматывая косу на кулак. – Лишь простой урок, потому что мне было скучно. Это было бы пустой тратой моего времени. Сомневаюсь, что вы способны хотя бы от щенка отбиться.

– Я бы смогла, если бы ты меня обучила. Зандер упомянул… – Мой голос стихает, когда я вижу, как ее глаза вспыхивают от ярости.

– Нет. Я не обучаю принцесс или ибарисанцев. – Ее тон полон презрения.

Я поднимаю руки в знак капитуляции.

– Ладно. Хорошо. Зандер сказал, что ты лучшая из лучших, поэтому я просто подумала…

Снаружи раздается странный звук. А вскоре за ним следуют пронзительные крики.

Абарран быстро движется к пологу палатки с обнаженным мечом. Я хватаю керамбит и следую за ней под дождь. Причудливая поляна погрузилась в хаос. Два колоколообразных тента рухнули. Из главной прямоугольной палатки, одна сторона которой обвалилась, бегут слуги, истошно вопя от ужаса.

– Что происходит?

Через секунду из палатки выпрыгивает неведомая тварь, из пасти которой свисает обмякшее тело человека, и у меня появляется ответ.

29

– Оставайтесь здесь.

Схватив рукоять меча обеими руками, Абарран, крадучись, идет вперед. Пригнувшись, словно хищник, преследующий свою добычу. Но она – миниатюрная женщина-воин, а ее добыча – массивное существо на четырех мощных лапах. Его плечи возвышаются на десять футов, спина покрыта чешуей с голубым оттенком, а остальная жилистая часть – спутанным маслянистым мехом.

Чудовище поворачивает к нам неприглядную голову, и я вздрагиваю под его пристальным взглядом. Раздается тошнотворный хруст, и тело человека выпадает изо рта, разваливаясь на куски, и приземляется на траву бесформенной кучей.

Низотавр вздергивает морду в воздух. Он принюхивается, как это сделал дэйнар той ночью, когда пытался выследить Аннику.

А затем разражается глубоким ревом.

Меня охватывает настоящий ужас, когда я смотрю, как он скачет вперед. Его торчащие клыки изогнуты, точно лезвие в моей руке, и вдвое длиннее, и они готовы проткнуть все на своем пути. Кровь, стекающая с них, говорит о том, что это уже произошло.

Несколько солдат с мечами осторожно приближаются к нему, другие держатся в стороне. В спину зверя прилетают два огненных болта из арбалетов. Они отскакивают от его чешуйчатой брони, как зубочистки.

– Если это родство где-то внутри вас, предлагаю прямо сейчас его отыскать, – шипит Абарран.

Она имеет в виду мое эльфийское родство.

– У меня не получится!

– Тогда вы точно умрете сегодня.

Абарран меняет свою позу и готовится встретиться с монстром лицом к лицу. Он движется слишком быстро, а она слишком маленькая. Абарран никак не сможет остановить эту тварь, и когда потерпит неудачу…

Меня охватывает прилив адреналина и ужаса, когда я сжимаю рукоять своего оружия, которое кажется еще более бессмысленным и жалким, чем то, каким я ударила дэйнара.

Абарран уворачивается от торчащих бивней зверя, но он тут же встает на задние лапы, снова взмахивая ими. Ее лезвие скользит по задней части его лапы, разбрызгивая чернильно-голубую кровь.

Монстр ревет в агонии и разворачивается, чтобы снова кинуться на нее. Абарран отражает атаку клинком и бросается в сторону, нанося удары зверю в бок, во время того как прокатывается мимо. Он щелкает челюстью в воздухе, демонстрируя полный рот клыков, на фоне которых дэйнаровы кажутся ничтожными.

Я с ужасом наблюдаю, как чудовище кусает Абарран за плечо, прорезая плоть и кости. Она испускает мучительный вопль – я прекрасно представляю, какая боль пронзает ее внутренности прямо сейчас, – но затем ударяет мечом по его шее, используя инерцию, чтобы высвободиться и отшатнуться. Абарран делает пять шагов, прежде чем падает на траву.

Еще раз понюхав воздух, низотавр переключает свое внимание на меня.

Я замираю, а он движется вперед. Мне ясно, что с этим крошечным клинком и малой толикой знаний ближнего боя, у меня просто нет шансов.

Мое эльфийской родство с Ифу. С водой.

Оно нужно мне сейчас.

И словно в ответ на эту мысль мою кожу начинает обжигать золото. Сердце дико бьется. Наконец оно почувствовало, что мне нужна помощь.

Анника сказала, что в ту ночь я могла бы запросто использовать реку, чтобы защитить себя, а не спасать ее, но здесь нет реки, и я не знала бы, как ею пользоваться, даже если бы она и находилась поблизости. Меня никто не учил.

Низотавр сейчас всего в тридцати футах от меня, набирает скорость, несмотря на свои раны. Примятая трава тянется вверх и хлещет его по ногам, словно пытаясь запутать, чтобы замедлить.

Я понимаю, что это Анника использует свою стихию. Она несется сюда со всех ног, крича что-то, что я отчаянно пытаюсь расслышать из-за шумящей в ушах крови.

– Используй дождь! – наконец разбираю я ее слова.

Дождь. Я смотрю на плачущее небо.

– Как?!

Единственный способ остановить эту тварь – с помощью такого же чудовища.

Следующие несколько секунд происходят будто в замедленной съемке.

Откуда-то из глубин моего существа вырывается прилив адреналина, а затем я наблюдаю, как капли дождя тянутся со всех сторон, обретая форму и устремляясь к низотавру. Водное чудовище становится осязаемым – вот лапы, туловище, и наконец оно становится точной копией низотавра, только созданной из дождя.

Это делаю я. Управляю своей стихией.

Два монстра сталкиваются лоб в лоб. Водяное создание при столкновении взрывается, а низотавр падает на землю в оцепенении. Этого хватает, чтобы Абарран приковыляла и вонзила свой меч ему между глаз. После пары подергиваний зверь затихает.

Я сгибаюсь в три погибели, ожидая, когда ритм сердца придет в норму, а шок спадет. Какую-то долю секунды я уверена, что меня стошнит, но этого не случается. Я использовала свое эльфийское родство, которое никак не могла отыскать, и остановила одну из потусторонних тварей.

К горлу подступает безумный смех.

Ко мне хромает Абарран, ее лицо белее снега. Она вытирает чернильно-голубую кровь, капающую с клинка, о штаны.

– Ладно, – фыркает она. – Я подумаю о твоем обучении.

– Почему низотавр покинул глубь леса и проделал весь этот путь сюда, на поляну? – Зандер ходит вокруг палатки. – Особенно когда у нас был заклинатель, чтобы привлечь его?

– Я не знаю.

Вэнделин восседает на кушетке, ее глаза налиты кровью от того, что она вылечила столько людей, сколько смогла. Четыре солдата и шесть слуг были убиты низотавром, еще пятеро были изуродованы – двое из которых не поддались лечебному воздействию жрицы. Несколько женщин-аристократок остались в основном невредимыми, за исключением нескольких порезов и царапин. Отчасти я была разочарована тем, что не увидела Сиршу среди раненых в повозке, но я слышала, как она вскочила на лошадь и ускакала при первых же признаках беды.

Бена была среди погибших. Увидев ее тело, я заплакала.

Сообщение о нападении охотничьему отряду отнес гонец. Они вернулись в лагерь спустя полчаса, лошади были измучены от напряжения. Зандер и Аттикус были ошеломлены.

Зандер не принимает ответ Вэнделин.

– Он ходил от палатки к палатке, словно что-то искал. Или кого-то. Зачем ему это делать, если наш единственный заклинатель в лесу? Это было намеренно.

– Может быть, оно почувствовало, что Клайда была здесь.

– Мы бы пересеклись и увели его за собой.

– Существует еще одна вероятность. – Она сглатывает. – На Ромерии могут остаться следы заклинаний Маргрет. Чудовище могло как-то это почувствовать.

– Так много времени спустя? – с сомнением спрашивает он.

– Я не эксперт по адским тварям, поэтому не могу сказать наверняка. Но это единственная причина, которая приходит мне на ум. – Взгляд Вэнделин мельком останавливается на мне.

Единственная причина, кроме правды. Зверь почувствовал мою магию заклинателя, спрятанную за барьером, который Софи создала и привязала к этому кольцу. Он вышел из глубины леса, чтобы найти меня.