Кэти Такер – Дикая сердцем (страница 16)

– Нет. Мы остановились на окрестностях Анкориджа. Это чертовски ближе к Анкориджу, чем Бангор. – Он складывает руки на столе перед собой. – Да ладно тебе, Калла… Ты ведь это несерьезно, когда говоришь о переезде в пригород? Ты хочешь обычный дом с крошечным двориком и людьми с обеих его сторон, заглядывающими в твои окна по ночам? Дом без характера?

Вздыхаю с отчаянием. Джона использует мои слова против меня. И, я не хочу этого признавать, эффективно.

– Как я буду летать? Где мне держать свои самолеты?

– В аэропорту, как и все нормальные люди. Как мой отец.

Он медлит, закусив нижнюю губу. Если бы я не была так раздражена, то, вероятно, этот тонкий маневр взбудоражил бы мою кровь.

– Это не новость для тебя, Калла. Я уже упоминал, что хочу свой аэродром. И не раз. – Джона добавляет уже более мягко: – Помнишь, той ночью, когда я посадил тот маленький игрушечный самолетик на твою…

– Это было всего один раз! – прерываю я, краснея, и бросаю взгляд на соседний столик, чтобы убедиться, что сидящая там семья не подслушивает нас. – Я думала, это случится «когда-нибудь», лет через пять или десять. Не сейчас.

– Я тоже так думал. Но зачем ждать пять или десять лет, если мы нашли идеальный вариант прямо сейчас?

– Ты даже не понимаешь, почему я злюсь, да?

– Потому что ты, и правда, хочешь жить в пригороде? – переспрашивает он.

Я одариваю его безучастным взглядом.

– Когда ты узнал, что Фил продает свой дом?

Бородатая челюсть Джоны каменеет.

– Возможно, Джордж что-то говорил мне об этом на прошлой неделе, – признается он.

– Тогда почему ты ничего не сказал мне на прошлой неделе? И не говори, что у тебя не было возможности. Мы разговариваем о переезде каждый день весь последний месяц.

Джона тяжело вздыхает.

– Потому что я знал, что ты достанешь свою чертову карту и решишь, что это слишком далеко для нас, даже не послушав.

– И вместо этого ты обманом заставил меня полететь туда. Ты мне солгал.

– Это не было ложью. – Теперь наступает очередь Джоны украдкой бросить взгляд на соседнюю семью, но они, похоже, поглощены своим собственным разговором. Тем не менее он понижает голос. – Джордж попросил меня завезти Филу мясо, если мы соберемся посмотреть его дом.

– И что? Неужели ты думал, что я войду в бревенчатый домик посреди леса с головами животных, развешенными по всем стенам, и сразу же решу там поселиться?

– Честно? Да, я так думал.

Я разражаюсь недоверчивым смехом.

– Что? Ты сама сказала, что там красиво – горы, озеро и все такое.

– Да. Чтобы пожить временно.

– Это не так уж и далеко от цивилизации, Калла. Дом полностью оборудован для жизни. Колодец с водой, водопровод, отопление – там есть все. Анкоридж находится в считаных минутах езды оттуда. В Трапперс Кроссинг много домов. Это крупный туристический район. – Он хмурит лоб, и маленький белый шрам от авиакатастрофы, случившейся прошлым летом, плавно опускается в образовавшуюся расщелину.

– Мне не нравятся подобные сюрпризы.

Не такие, которые влияют на всю оставшуюся жизнь.

– Ты не можешь винить меня за попытку.

Может, и нет. Но дело ведь не в этом.

– Мы должны быть заодно, Джона. – Внезапно я понимаю, что повторяю слова Агнес. – Не надо манипулировать мной, чтобы получить то, что хочешь.

– Я и не пытался манипулировать тобой, – говорит он так, словно его совесть переоценивает это заявление, пока тот его делает.

– Может быть, не намеренно, но ты это сделал. И это на тебя не похоже. Ты всегда был открытым и честным. Говорил все, что думаешь. Это я и люблю в тебе. – Разве я недавно не размышляла о том, как сильно мне нравится в нем это качество? – А это коварство? Это не ты.

Поэтому так и не разгадала его план, который, оглядываясь назад, я, идиотка, просто не заметила.

Губы Джоны сжимаются.

– Мне жаль. Наверное, я просто увлекся тем, как идеально подошло это место. Возложил слишком много надежд на то, что ты влюбишься в него, когда увидишь. Фил должен был молчать, пока я не удостоверюсь в этом. – Он берет пакетик соли в руки и отбрасывает его в сторону. – Надеялся, что ты разглядишь в нем потенциал. Или хотя бы выслушаешь меня, прежде чем отвергнуть эту затею.

На нас опускается неприятная тишина, и разочарование Джоны в ней почти осязаемо.

Мной сразу же овладевает желание нарушить ее – решить проблему. Интересно, пожалею ли я об этом?

– Ладно.

Взгляд Джоны устремляется на меня.

– Я выслушаю тебя, прежде чем отбросить эту идею.

И уже после – отброшу.

Он делает глубокий вдох, его поведение заметно меняется от крайнего разочарования к кипящему возбуждению, пока Джона думает, с чего начать.

– Это место подходит прямо «под ключ» для нашего чартерного бизнеса. То есть нам все равно придется подавать заявку на получение лицензии на эксплуатацию, если мы берем клиентов на борт нашей собственности, но нам не придется платить за пользование посадочной полосой, арендную плату и прочее дерьмо, чтобы я мог летать. Мне не придется привлекать рабочих для строительства взлетно-посадочной полосы и ангара и заниматься прочим головняком, связанным с этим, потому что все уже готово. Подвальное помещение с отдельным выходом – это идеальное место для офиса, так что я всегда буду рядом, когда не в небе. Нам не придется целыми днями торчать в каком-то дерьмовом трейлере в аэропорту.

От рассвета до заката, как часто жаловалась моя мама. Его никогда не было рядом, говорила она.

– И это хороший дом. Добротно построенный, с характером.

– Старый. И незаконченный. И деревянный, – парирую я.

С тремя крошечными спальнями и только одной ванной на втором этаже.

– Нет ничего, что нельзя было бы доделать и поменять.

– Или снести.

– Почему бы и нет? – Он пожимает плечами. – Если кто и может сделать что-то красивым, так это ты. Помнишь? – Джона жестом указывает на свою бороду, и я с трудом сдерживаю улыбку. Как же он меня бесит.

Джона наклоняется ко мне и почти заговорщически шепчет.

– И этот лот полностью укомплектован. Фил сказал, что все это ему больше не нужно. Он переезжает жить к сыну. Все, что там есть, отходит вместе с участком. Все, Калла. Старый пикап, трактор, снегоходы, квадроциклы. Он даже отдает свой самолет, если он мне нужен. Его нужно немного отремонтировать, конечно, но с его слабым зрением Фил больше не может летать.

Лицо Джоны на мгновение искажает гримаса при мысли об этом, но затем оно выравнивается.

– И да, там немного тише, чем ты ожидала, но все, что находится за пределами большого города, будет казаться несколько отдаленным. Но это не Бангор. До Анкориджа проложено отличное шоссе и множество асфальтированных дорог. Как только у тебя будут водительские права, ездить туда за всем необходимым, чего нельзя будет достать поблизости, не составит труда. Но, уверяю, в Уасилле есть все.

Я откидываюсь на спинку стула и слушаю, как Джона перечисляет все преимущества этого места, в том числе упоминает охотников, которые уже договорились с ним на осенний сезон (они куда охотнее полетят в Анкоридж, нежели в Бангор); туристов, которые толпами и ежедневно посещают этот район ради полетов над горным хребтом Денали, и не могу удержаться, чтобы не кивнуть вместе с ним – Джона приводит хорошие аргументы.

И наличие готового места, где он легко получает доступ к своим самолетам, – идеальный вариант. Я бы и сама предпочла вставать с постели и спускаться в наш «офис» всего два этажа, а не выходить на мороз каждое утро.

Кажется, я никогда не видела Джону таким взволнованным прежде. Он определенно не испытывал такого энтузиазма по отношению ни к одному из других перспективных вариантов, что я выдвигала на рассмотрение.

Может быть, он прав. Может, это действительно идеальный вариант для нас обоих.

Я чувствую, как моя решимость начинает давать трещину.

– Ты должен был рассказать мне о нем до того, как мы туда полетели, Джона.

– Ты права. Мне правда жаль. – Его светло-голубые глаза полны искренности. Он протягивает руку через стол, чтобы взять мою, и я чувствую прикосновение его шершавых мозолей, которые он получил, рубя дрова и чистя снег. – Но для нас это хороший вариант, Калла. Я бы не стал настаивать на нем, если бы так не думал. Лучший. В нем есть то, что устроит нас обоих.

И мы заодно, а значит, компромисс необходим, напоминаю я себе.

По правде говоря, я пыталась представить Джону – парня, который сажает самолеты на горы и ледники, – чувствующим себя комфортно на застроенной городской улице, полной домов и микроавтобусов, и мне удавалось это с трудом. Я переживала, что мы можем выбрать не тот дом, не тот район и что он пожалеет, что покинул Бангор ради меня. Я ведь здесь не единственный человек, который отказывается от того, что знает и любит. Мне нужно думать и о потребностях Джоны, а сейчас он тонко намекает мне – что так не похоже на него и чего я не заметила сразу – на то, что сделает его счастливым.

Полтора часа на машине до Анкориджа.

Двадцать пять минут – и ты среди десяти тысячи человек. В «Волмарте». Я тратила столько же на дорогу до работы каждый день в течение четырех лет, напоминаю я себе.