Кэти Свит – Ребенок из прошлого. Шанс на семью (страница 31)

– Марин, твой брат несколько раз звонил, – говорит Игнатов, проверяя экран смартфона. – Не хочешь ему позвонить? – спрашивает с хитрой улыбкой.

– Думаешь, стоит? – уточняю с сомнением.

Не знаю, как поступить лучше. Сашка характерный очень, может вообще запретить общаться с Кириллом, а я этого сделать уже не смогу.

Слишком уж глубоко он залез в мое сердце.

– Ведь он будет ругаться, когда узнает, что я ушла с пар, – озвучиваю причину своего беспокойства.

А если он узнает, что я это сделала не в первый раз, то надает по голове и будет отслеживать мою посещаемость. Подобного ни в коем случае допустить не могу.

– Он гораздо сильнее будет ругаться, когда узнает, что его сестра ходила в универ чуть ли не в летней одежде, – с легкостью разбивает Кирилл все мои опасения.

– Но… – пытаюсь противостоять, но тут уже понимаю, что сказать ему нечего.

Игнатов смеется.

– Значит, договорились, – протягивает свой разблокированный телефон. – Звони!

– Может быть, лучше я со своего? – пытаюсь уйти от подобного шага.

Я боюсь реакции брата, когда он узнает мой голос. Он же меня на части порвет!

– Марин, – спокойно и серьезно произносит Игнатов. – Тебя Хмельницкий не тронет, не переживай. Вали все на меня, я сам с ним разберусь. Хорошо?

Смотрю на Кирилла и ухмыляюсь. Ну так себе идея, если честно.

Но разве я должна с ним спорить? Раз он сказал, что решит все с моим братом, то сделает это.

А уж как именно они разберутся, мне лучше не знать.

Дрожащими от волнения пальцами набираю номер брата и подношу телефон к уху. Не проходит и три гудка, как динамик пиликает. Вызов отклонен.

– Не берет, – озвучиваю Кириллу.

– Значит, занят, – спокойно говорит тот. – Позже перенаберет.

И правда, стоит только нам остановиться напротив здания больницы, как сотовый оживает. На этот раз трубку снимает уже сам Кир.

– Здорово, друг! – Игнатов приветствует бодрым голосом. – Как Ева?

– Нормально, – раздается в динамике. – Ты далеко?

– Рядом, – говорит быстро. – Ты в отделении?

– Да, у себя, – отвечает брат.

– Жди. Сейчас придем, – обещает Саше и кидает на меня многозначительный взгляд.

Хочу слиться с обивкой сиденья.

– Жду, – коротко говорит Саша и отключается.

– Идем, – Кирилл открывает дверь со своей стороны. – Нас ждут.

– Угу, – киваю и выхожу из машины, пытаясь хоть немного справиться с паникой, но ничего не выходит. Она бушует в груди.

На ватных ногах захожу в здание федерального центра, без проблем пересекаю турникеты и следую за Кириллом. Не отхожу ни на шаг.

Он проводит меня по коридорам и закоулкам, известным только врачам, и мы оказываемся на самом последнем этаже здания.

– Кирилл, – начинаю еще сильнее волноваться. – Сюда же в верхней одежде нельзя. – вспыхиваю.

Игнатов на меня бросает такой взгляд, от которого я тут же заливаюсь краской.

– Врачи тоже люди, – произносит спокойно. – Мы оставим куртки в гардеробе, не переживай.

И правда, вместо поворота к операционным, он меня уводит в совершенно противоположную сторону. Мы подходим к неприметной двери без таблички, Кирилл ее толкает и, на удивление, она оказывается не заперта.

Заходит внутрь. Я следом.

– Ого, – осматриваю небольшой светлый кабинет. – Вот это да.

Здесь чего только нет! Чемоданы, коляски, одежда, какие–то сумки… Это не гардеробная, а самый настоящий склад забытых вещей.

– Вот это бардак, – не могу удержаться от комментария.

– Ну да, есть немного, – соглашается со мной Кирилл.

– Немного? – ахаю. – Да здесь черт ногу сломит.

– Ну не совсем, – усмехается.

Он забирает мой пуховик, вешает его рядом со своей курткой и, приобнимая за талию, выводит обратно в коридор.

Прикосновение Игнатова обжигает, сердце принимается биться гораздо быстрее. Оно с новой силой разгоняет кровь по венам, начинаю чаще дышать.

Ну вот почему? Почему у меня так на его присутствие реагирует тело?

Почему только с ним я могу быть расслабленной и спокойной даже в самых опасных местах?

Потому что Кирилл никогда не позволит меня обидеть. Он сам любому шею за меня свернет и настучит по голове.

– Ты еще не видела настоящего бардака, – мужчина подмигивает игриво. – Но это я покажу тебе как-нибудь потом.

От его обещания в груди появляются легкость и трепетное ожидание. У меня словно крылья вырастают за спиной.

– Хорошо, – соглашаюсь, улыбаясь. – Потом так потом.

Разговаривая ни о чем, проходим вдоль длинного коридора с множеством запертых кабинетов. Кир не комментирует ни одного из них.

Зато стоит только пересечь двери реанимации, так тут мой проводник моментально оживает. Рассказывает про каждый бокс, про каждый из увиденный мною прибор, описывает значения звуков, что достигают наших ушей.

Игнатов делится со мной своими знаниями, а я внимательно его слушаю и впитываю совершенно все, что он говорит.

– Смотри, – подводит меня к прозрачному стеклу, оно заменяет привычную стену. – В реанимации важно круглосуточно следить за пациентами, но контакт между собой для них не особо благоприятен, поэтому каждый из боксов напоминает аквариум.

– Интересно, – внимательно осматриваю все вокруг. – Но медсестра же не близко, – перевожу взгляд в сторону и пытаюсь понять, где она.

– Туда смотри, – Кирилл угадывает мои мысли и показывает рукой направление. Слежу за траекторией и вижу медицинский пост. – Нашла?

– Ага, – киваю. – Но как она может уследить за всеми одновременно?

– Для этого есть камеры и датчики, – продолжает делиться. – Если что–то неладное, то они запищат.

– Как интересно, – выдыхаю. Я поражена.

– Безумно, – соглашается со мной. – Но мы здесь не для экскурсии по отделению, – напоминает.

– Нас ждет мой брат, – договариваю вместо него.

Тут, словно намеренно ожидая моей фразы, из расположенного по диагонали бокса выходит Саша. И удивленно смотрит на меня.

– Марина? – вопросительно произносит мое имя. – Что ты здесь делаешь? – впивается в меня недобрым взглядом.

Инстинктивно хватаюсь за Кирилла, он, приободряя, сжимает мою ладонь, но не позволяет спрятаться за себя.

– Кир, – он переводит грозный взгляд на своего друга. – Какого хрена здесь происходит? – требует немедленно дать ответ.