Кэти Свит – Ребенок из прошлого. Шанс на семью (страница 23)
Сидим рядом друг с другом и молча пьем пряный глинтвейн. Кажется, ничего вкуснее я в своей жизни не пробовала.
Атмосфера – просто огонь!
Ароматный напиток согревает мгновенно, а от осознания того, что Игнатов сидит рядом со мной, кружится голова. Я то и дело ловлю на себе его заинтересованные взгляды.
Щеки краснеют…
Чтобы скрыть смущение, делаю очередной глоток. Терпкий вкус обволакивает рот изнутри, слегка вяжет, но вместе с тем оставляет после себя приятное послевкусие корицы и цитруса.
М–м–м… Вкусняшка!
– Согрелась? – интересуется Кир.
Перевожу взгляд с изучения плавающей звездочки в кружке на Кирилла.
– Да, – киваю. – Спасибо.
Он едва заметно улыбается мне.
– Там интереснее? – кивает на кружку.
Смущаюсь.
Рядом с ним я чувствую себя словно оголенный провод, который вот–вот коротнет. Уже искры то и дело разлетаются в разные стороны.
– Что это? – показываю мужчине на интересной формы звезду.
– Бадьян, – отвечает на мой вопрос. – Это он придает тот самый привкус глинтвейну.
– Интересно, – тихо произношу и продолжаю рассматривать звездочку.
На самом деле мне очень хочется повернуться и посмотреть Кириллу в глаза. Меня прям манит прикоснуться к нему, почувствовать на себе вкус его губ…
Что за мысли, Хмельницкая?! Он тебе чуть ли не в отцы годится!
Пф–ф… А–ха…
Сексуальный, серьезный и …. Мамочки…. Нужно немедленно взять себя в руки!
– Мне, пожалуй, пора, – шепчу, не смея повернуться к нему.
Боюсь.
Мне кажется, что он прекрасно знает и видит все мои мысли.
Ставлю кружку с недопитым напитком на стол, приподнимаюсь с кухонного дивана.
– Постой, – широкая ладонь ложится сверху на мою руку.
Замираю.
Внутри все моментально вспыхивает от его прикосновения, мгновенно разгорается пожар и, даже если я соскребу все свои силы, его будет не потушить.
– Что? – разворачиваясь, смотрю на него сверху вниз.
– Далеко собралась? – спрашивает совершенно серьезно.
– Спать, – говорю первое, что приходит на ум.
Точнее, первое из приличного.
Про остальные мои мысли и желания ему лучше не знать. Мы совершенно разные, у нас разное все! Стремления, желания, образ жизни.
– Мне завтра на пары рано вставать, а я еще домашку не сделала, – продолжаю.
Кирилл немного озадаченно смотрит на меня.
– Ну раз рано вставать, – произносит, показывая всем своим тоном, что он мне не поверил. – То, конечно.
Он тоже встает.
И мы оказываемся друг к другу невероятно близко.
Я чувствую исходящий от его тела жар, в нос ударяет его аромат, и голова окончательно отказывается думать о чем–то помимо.
– Т…ты куда? – спрашиваю с запинкой.
– Постель расстелить, – отвечает, как ни в чем ни бывало. – Тебе же нужно на чем–то спать.
– Ну да, – смущаюсь еще сильнее. Хоть несколько секунд назад я была уверена, что сильнее уже некуда. – Хорошо, – сажусь на диван назад.
Ну не могу я рядом с ним находиться!
Беру стоящий на столе глинтвейн, а у самой руки дрожат. Игнорируя присутствие привлекательного и просто убийственно сильно манящего меня мужчины, мигом осушаю бокал.
– Вкусно? – интересуется Кир с легкой ухмылкой.
– Да, – твердо киваю. – Очень! – заявляю, пытаясь скрыть неуверенность и волнение, что бушуют в груди.
Ох, не нужно было с ним уезжать из участка.
Игнатов качает головой, едва заметно прыскает со смеху, но ничего не говорит. Просто удаляется из кухни.
Не понимая странной реакции, я опускаю глаза на стол и вдруг все осознаю… Ну почему я не могу провалиться сквозь землю?
Беру кружку, подлетаю к кастрюле и наполняю ее до краев. Затем поспешно покидаю кухню.
– Кирилл! – вспыхивая от стыда бегу за мужчиной. – Прости, – говорю ему вслед. – Я не знала, что это твой стакан, – признаюсь честно.
– Все нормально, – отмахиваясь от меня, бурчит.
– Да подожди же ты, – пытаюсь его остановить.
Делаю несколько шагов вперед, пытаюсь не расплескать глинтвейн, но вместо этого врезаюсь в широкую мужскую грудь.
– Ауч, – шипит Игнатов быстро снимая футболку с себя.
– Ай! – кричу я чувствуя, как халат стал моментально горячим.
Мне горячо, кожа горит. Я пролила на нас обоих глинтвейн!
Лицо полыхает хлеще самого яркого пожара.
– Обожжёшься, дуреха, – произносит Кирилл и распахивает мой халат.
Под которым ничего помимо нету…
Глава 23. Кирилл
– Ой, – пищит Маринка, закрывая все свои интимные места руками.
Одного взгляда на девушку достаточно, чтобы потерять здравый смысл. Красивая до жути…
Аппетитная.
Фигурка такая, что любая другая бы только и делала, что выставляла подобную на показ. А Маринка не выпячивает, напротив, прячет.
И ведь есть же чего.