Кэти Роберт – Узница гаргульи (страница 18)

Медленно и осторожно начинаю двигаться.

Я еще никогда не испытывала такого мучительного наслаждения. С каждым движением его гребни трутся о мои самые чувствительные места. Мне с трудом удается держать глаза открытыми, но закрыв их, не увижу, как Брэм наблюдает за мной. Как праведник, наконец увидевший лицо своего бога. Возможно, позже мне станет от этого неловко. Но сейчас я купаюсь в его внимании, наслаждаюсь каждым мгновением полного слияния.

Мое тело приспосабливается. Просто на это нужно немного больше времени, чем я привыкла. Медленно вращаю бедрами, потому что это очень приятно, а еще потому, что он пристально за мной наблюдает. Он так сильно сжимает челюсти, что я беспокоюсь за его зубы.

– Брэм.

– Кончи ради меня, Грейс. Пожалуйста. Я не могу…

Кажется, его отчаянное желание провоцирует и мое. Набираю темп в погоне за тлеющим угольком желания глубоко во мне, который разгорается все больше и больше. Так близко… Я смогу продержаться, смогу выжать из него все и выиграть в этом споре.

Но не хочу.

Прижимаю пальцы к клитору и ласкаю себя так, как мне нужно, не прекращая двигаться на нем. Одно движение. Второе. На третьем мое тело сводит так сильно, что кружится голова.

– О черт. – Я насаживаюсь на его член, седлая волну, которая поднимается и поднимается, пока меня вдруг не настигает страх, что она никогда не достигнет пика. А когда это случается, едва не теряю сознание.

Брэм отпускает мои колени, отчего его член проникает еще глубже. Я визжу, но резко смолкаю, когда он садится и целует меня. Прижимается ко мне, скользя губами по моим губам и продолжая вонзаться в меня бедрами. Все так нежно и мило и… О черт, я снова кончаю.

На этот раз он следует за мной. Его член пульсирует во мне. Снова кричу ему в губы, и он проглатывает мой крик, даже когда достигает оргазма, который длится и длится, и длится, каждое движение подобно волне. Его сперма переполняет меня и течет по моим бедрам ему на колени.

Я припадаю к нему, а может, он ко мне. Честно говоря, не уверена. Мы держим друг друга в объятиях, дрожа и покачиваясь, как два пьяных моряка, брошенных на произвол судьбы в неизведанных морях.

В какой-то момент чувствую, что Брэм покрывает мою шею и плечи легкими, словно перышко, поцелуями. Обнимает крепче.

– Все хорошо?

– Да. – Наверное, завтра все будет болеть, но боль, которая начинает распространяться между бедер, того стоила. Смахиваю его волосы с лица. – А у тебя?

– Нет. – Он издает грубый смешок. – Кажется, мой мир только что перевернулся.

Да. Я чувствую то же самое. Просто не ожидала, что он признается в этом. Целую его в висок, его рога.

– Ты великолепен.

Он издает звук, похожий на стон.

– Дай мне пару мгновений и…

– Ванна. – Целую его брови. – Давай хорошенько в ней понежимся, а потом перекусим и полежим. – Едва могу пошевелиться, но нас неминуемо ждет крушение, и я не хочу переживать его в одиночестве. И не хочу, чтобы Брэм переживал его в одиночестве. – Как тебе такая мысль?

Брэм обнимает меня крепче, а потом будто с усилием ослабляет хватку.

– Звучит заманчиво, Грейс. Очень, очень заманчиво.

Нам удается дойти до ванной и опустить в теплую воду, а всего несколько минут спустя Брэм уже тихонько храпит, запрокинув голову и открыв горло. Совсем недавно я прижимала нож к его шее. Сейчас он демонстрирует такую же уязвимость, но теперь это скорее доверие, а не вызов.

Я бужу Брэма, и мы, с трудом вытершись, плетемся к кровати. Он тут же обнимает меня за талию своей большой рукой и прижимает к себе. Наверное, не стоит придавать лишнего значения тому, что он почти сразу засыпает, вновь веря, что я не воспользуюсь его уязвимостью.

Он… нравится мне. Не знаю, почему это становится таким откровением. Я уже знала, что понимаю его. Просто не ожидала, что он понравится мне так сильно, что какая-то часть меня узнает в нем такую же часть. Не знаю, что это значит. Может, вообще ничего.

Я просто не знаю.

Глава 16

Грейс

Не понимаю, почему то и дело ставлю себя в такое положение. Я знала, что прошлая ночь будет ошибкой еще до того, как покинула замок. И какая-то часть меня испытывала наслаждение от погони, понимая, что мне не убежать… Не знаю, что тут скажешь. Мне нужен был повод оказаться в постели Брэма и испытать все, что он может предложить. Не знаю, что это говорит обо мне. Я хотела его и использовала возможность заполучить. Но это так странно.

Я Йегер. Мы умираем не от старости и прекрасно понимаем, что монстры могут принимать облик человека. Секс делает всех уязвимыми – невозможно защитить свою глотку в разгар оргазма. Нескольких членов моей большой семьи так и убили. Мама говорила, что это урок, который стоит усвоить. Она любила из всего делать уроки.

Удовольствие – ложь. Счастье мимолетно. В конечном счете у нас есть только семья.

Теперь у меня даже ее нет.

Остались одни только вопросы, и я уже начинаю сомневаться, что однажды получу на них ответы. О, я верю Азазелю и Раману, когда они утверждают, что помогут с этим. Но в этом и проблема. Возможно, они расскажут мне, как умерла моя мать и на какую сделку пошла, но даже узнав условия сделки с Азазелем, узнаю ли я почему?

Именно вопрос «почему» не дает мне покоя. Она никак не обозначала свои планы. Сегодня она здесь, а на следующий день попросту исчезла и больше не вернулась. Дело было не в деньгах. Их у нас предостаточно благодаря умелым инвестициям моего деда. Все это ради… В том и дело. На самом деле ничего не изменилось. Нельзя сказать, что она отдала свою жизнь за какое-то благое дело. Мама просто исчезла, оставив после себя зияющую дыру. Я хочу узнать почему и не уверена, что когда-нибудь получу ответ.

И уж точно не найду его в постели Брэма.

Но все же не могу заставить себя пошевелиться. Его теплое тело у меня под боком, тяжелая рука перекинута через мой торс. Это… мило. Чувствую боль, но приятную. Его размеренное дыхание успокаивает меня; ощущение очень похоже на те, что испытываешь, стоя на пляже и слушая шум прибоя. Я могла бы так жить. Могла бы провести следующие семь лет, играя в игры с этим мужчиной, каждый раз в финале оказываться в его постели. Могла бы тянуть время, пока демоны-торговцы не поделятся информацией, за которой я сюда пришла.

Поразительно, как велик соблазн. Если сдамся и перестану бороться, возможно, сумею обрести немного покоя. Проблема в том, что я не знаю, как перестать. Я боролась всю свою жизнь. А теперь, когда осталась последней из рода Йегер, мне кажется предательством счастливо делить постель с монстром. Неважно, что никто из моих родных, чье мнение я ценила, не назвал бы Брэма настоящим монстром, узнав, как сильно он обо мне заботится, как охотно отдает инициативу и хочет, чтобы я всегда была рядом.

Но от привычек трудно избавиться. Не знаю, как расслабиться и наслаждаться моментом. Все жду, что случится что-то плохое, хотя не знаю, что считать плохим в этой ситуации.

– Мы сегодня будем ссориться или трахаться… или то и другое?

Я вздрагиваю. Не заметила, что он проснулся. Его дыхание точно не изменилось и не послужило подсказкой. А потом до меня доходят его слова. То и другое?

– Ничего не выйдет. Мне нужны ответы, а тебе – ребенок. Мы оба обречены на разочарование.

– Скорее всего. – Он так легко соглашается, что меня это злит. Знаю, что Брэм сильно переживает за свой народ, в противном случае оставил бы их погибать в неминуемой гражданской войне, которая разразится после его ухода. Как можно быть таким ответственным и в то же время таким пораженцем?

Я не осознавала, что сказала это вслух, пока он мне не ответил. Брэм притягивает меня ближе и утыкается лицом мне в шею.

– Все просто. Когда тебе часто прилетает от жизни, учишься особо ни на что не рассчитывать. Будь я умнее, уже перестал бы бороться. Возможно, тогда обрел бы покой.

Каждый раз, когда он говорит такой вздор, у меня екает сердце. Я запускаю пальцы ему в волосы и приподнимаю его голову, чтобы посмотрел мне в глаза.

– Перестань. Если бы ты собирался сдаться, то уже сделал бы это. Очевидно, что не собираешься, так что хватит драматизировать.

– Это я-то драматизирую? – На его губах улыбка, но глаза остаются предельно серьезными. – Ты снова и снова сбегаешь в ночи, гоняешься за… Честно говоря, не знаю, за чем ты гоняешься. Какая разница, когда ты получишь ответы: сейчас или через семь лет? Неужели это что-то изменит?

Я немножко ненавижу его за этот вопрос. Потому что он прав и вместе с тем так далек от истины, что мне хочется что-нибудь разбить.

– Ты же не рассчитываешь, что я буду сидеть сложа руки или забавляться с тобой семь лет, зная, что до ответов рукой подать.

– Не рассчитываю. – Он садится, легко высвобождаясь из моих объятий. Если честно, я и сама не особо пытаюсь его удержать. Брэм встает с кровати и резко расправляет крылья. Его аура сейчас насыщенного морского цвета удовлетворения. Не знаю, как меня это характеризует, но я ощущаю острый укол удовольствия оттого, что отчасти это моя заслуга. Оно не продлится долго – удовлетворение всегда скоротечно. Но сейчас оно есть, и кажется это что-то да значит.

Просто я не знаю что.

Брэм нарушает молчание, не заметив моих странных мыслей.

– Поэтому я и заключил с тобой сделку еще в первую ночь. Ответы на вопросы манят тебя так сильно, что ты не сможешь удержаться. – Он бросает на меня долгий взгляд. – Но прошлой ночью ты об ответах не думала.