Кэти Ффорд – Свадьба в деревушке (страница 9)

– Нисколько! Делайте здесь что хотите. На самом деле, я думаю, можно поклеить и новые обои, что лежат на чердаке, – предложила Александра, которая как будто и сама воодушевилась идеей обустройства.

– А как насчет постельных принадлежностей? – осведомилась Лиззи. – Простыни, покрывала, подушки с одеялами?

– Тут есть огромный вентилируемый шкаф, в котором полно всякого такого добра. Так что не беспокойтесь. И вообще все вроде складывается невероятно здорово! Пойдемте теперь вниз и сделаем себе тосты.

Они спустились на цокольный этаж, выпили еще чая – на этот раз из обычных кружек – и съели по тосту. После этого Лиззи поднялась:

– Мне уже пора идти. Надо сообщить Джине, что я подыскала себе отличное жилище. – Чуть помолчав, она добавила: – Мама, думаю, тоже будет в восторге. То есть, я хочу сказать, она бы очень волновалась, узнав, что я съезжаю от Джины, но когда я ей скажу, что буду жить теперь в Белгравии… – Она пытливо глянула на Александру: – Так ведь? В Белгравии? Пимлико мне кажется немного более суетливым районом.

Александра уклончиво пожала плечами:

– Не знаю точно. Не уверена.

– Скажу ей, что в Белгравии, – решила Лиззи. – Все равно она не поймет разницы. – Тут девушка нахмурилась. – Наверное, мне лучше съездить навестить родителей. Хотя у них небось случится приступ, когда они увидят мою стрижку, – задумчиво взъерошила она пальцами волосы.

– А я вот переживаю, как перевезти сюда Кловер, – произнесла Мэг. – Она никогда еще не ездила ни в метро, ни в автобусе.

Дэвид, шинковавший что-то на кухне в другом конце огромного помещения, при этих словах поднял голову:

– А давайте я приеду на машине и заберу вас обеих? Вы ведь в Уимблдоне сейчас живете, верно?

– Да! – повернулась к нему Мэг. – Это было бы чудесно! Вы в самом деле могли бы за нами съездить?

– Это же совсем недалеко отсюда, сами знаете. А заодно я мог бы перевезти и ваши вещи. – Тут Дэвид вдруг нахмурился. – А ваша матушка это нормально воспримет? То, что за вами приедет какой-то незнакомый мужчина?

Мэг рассмеялась:

– Если это будет означать, что для Кловер нашелся хороший дом, то маме будет все равно, с кем я сбегаю!

– Тогда наметим это на пятницу, – продолжал Дэвид. – Поскольку в субботу я работаю на Портобелло. Это уличный рынок.

– Просто идеальный вариант! – воскликнула Мэг. – А в знак признательности я испеку вам тортик. Тогда, если можно, я сейчас пойду позвоню маме. Деньги за звонок я, разумеется, оставлю.

Тут на Лиззи снизошло озарение. Она представила чаепитие у мамы – с ароматным пирогом, с маленькими сэндвичами, сконами и, что еще более важно, с гостями.

– А ты, Александра, не откажешься, если я приглашу тебя поехать со мной к моим родителям? В эти выходные, на чай? При тебе матушка не станет устраивать мне разнос из-за прически. Да и вообще она была бы очень рада с тобой познакомиться – тем более учитывая, что мы теперь будем жить под одной крышей. – Лиззи не стала добавлять, что Александра обладала той спокойной уверенностью, которая говорила о ее знатных корнях.

– Да я с радостью, – взмахнула рукой Александра, – тем более если это поможет твоим планам побега. Обещаю надеть что-нибудь простое, традиционное. Уж я умею морочить голову людям, которые, быть может, тебя очень любят, но которым не суждено тебя понять.

Лиззи положила ладонь на руку Александры:

– Очень точно сказано! Спасибо тебе.

Глава 5

– Огромное тебе спасибо, что со мной поехала! – вновь поблагодарила подругу Лиззи уже несколько дней спустя, когда они вернулись после поездки к ее родителям. – Они в тебя просто влюбились!

На самом деле Лиззи даже было неловко, что ее мать так откровенно была очарована небрежным аристократизмом Александры вкупе с ее прекрасными манерами и искренней приветливостью.

– Твои родители очень милые люди. Просто они слишком переживают за тебя, – сказала Александра. – И вообще-то я совершенно согласна, что Джине следовало бы подольше подержать тебя под своим крылышком, прежде чем попросить съехать.

– Ну, отец полностью поверил ей, когда она объяснила, что у нее по всему дому надо менять проводку, – усмехнулась Лиззи. – Джина же не стала говорить ему: «Я боюсь, что мой хахаль начнет увиваться за Лиззи, потому что он сексуальный маньяк».

Александра весело рассмеялась, снимая плащ, который перекинула через перила в основании изящной старинной лестницы.

– Да уж! Такое объяснение точно ему бы не понравилось! А теперь мне надо пойти переодеться. Мне эта юбка тесновата.

– Если хочешь, я с радостью тебе ее немного расставлю, – предложила Лиззи, хотя и не была уверена, что Александра вообще любит носить эту юбку. Пышная и длиной до середины икры, она являла собой довольно странный для нынешней моды образ.

– Спасибо, но с ней не стоит утруждаться. Тем более что у меня полно других вещей, с которыми мне бы хотелось обратиться к тебе за помощью.

Наконец Лиззи нашла в себе храбрость задать Александре вопрос, который мучил ее едва ли не с первого дня их знакомства в кулинарной школе.

– А твои опекуны выделяют тебе деньги на одежду?

– Да, конечно. Но, как ты понимаешь, в их времена все стоило по шесть пенсов и все их роскошные наряды шились бедными белошвейками при свечах за сущие гроши. Кроме того, сама я предпочитаю тратить деньги на кое-что другое.

Поскольку Александра уже собиралась взбежать по лестнице, Лиззи взяла ее за запястье:

– А на что – другое?

– На всякий хлам, если уж честно. Хотя я предпочитаю называть это антиквариатом.

К вечеру воскресенья все три девушки уже жили вместе в большом доме в аристократическом районе Белгравия.

Дэвид, который еще в пятницу перевез на новое место Мэг с вещами и собакой, в этот день забрал Лиззи и ее багаж от Джины. У Дэвида с Джиной обнаружилось много общих знакомых, так что втроем они весело пропустили по бокалу шерри, после чего Дэвид отвез Лиззи в дом к Александре. Джина – видимо, испытывая вину за то, что так торопливо выставила свою племянницу, вручила Лиззи красивую хозяйственную сумку, битком набитую одеждой.

– Мне эти вещички не подошли, но возвращать я их не стала. А ты так мастерски орудуешь иголкой с ниткой, что, может, что-нибудь из них и сотворишь.

Лиззи заглянула в сумку и увидела там разную одежду красивых расцветок, а также сплетение причудливых ремешков, симпатичных шейных платков и шарфиков.

– О боже! Да там, я вижу, есть совершенно изумительные вещи!

Джина пожала плечами.

– Некоторые совсем новенькие, только из La Boutique Saint-Michel. Что-то получше, что-то похуже. Я знаю, ты сможешь их переделать так, чтобы они выглядели помоднее.

– La Boutique? – переспросила Лиззи. Видимо, Джина полагала, что ее племянница знает об этом, судя по всему, известном в Лондоне магазине.

Дэвид насмешливо фыркнул:

– О! Старый добрый Marks and Sparks![10] Никогда не смогу называть его как-то иначе!

Лиззи наконец поняла, о чем именно шла речь.

– Мне правда все очень нравится, Джина. Я просто сперва не поняла, что ты имеешь в виду. Видишь ли, пока я была школьницей, вся моя одежда покупалась в Saint Margaret, а не в Saint-Michel.

– Не стоит еще забывать про Charles et Antoine, – добавила Джина.

Дэвид на мгновение сдвинул брови, вспоминая.

– А! Точно! С and А! Чудесное местечко!

Когда Дэвид наконец понес вещи Лиззи в машину, Джина сказала племяннице:

– Он очень хороший, порядочный человек. С ним ты будешь под присмотром.

– А ты знаешь, что он… – Лиззи замялась.

– Гомосексуалист? Да, знаю, – невозмутимо сказала Джина. – Но какая тебе-то разница? Лично мне намного спокойнее выселить тебя из моего дома, если я знаю, что с тобой под одной крышей будет такой человек, как он.

Лиззи была очень рада это слышать. Если вдруг отец узнает про Дэвида и его это обеспокоит, то она сможет призвать на помощь Джину, и та объяснит отцу, что и как.

Ближе к вечеру, когда Лиззи уже как следует обосновалась в той комнате, которую им предстояло делить с Мэг, все обитатели дома собрались в уютном цокольном этаже.

На кухне Мэг с Дэвидом что-то готовили к ужину. Дэвид принес множество продуктов, которые произвели бы впечатление на мадам Уилсон, но мать Лиззи, напротив, поставили бы в тупик. Судя по всему, как объяснила ей Мэг, Дэвид от души затарился в Сохо. На рынке, что на Бервик-стрит, можно было купить разные экзотические продукты, равно как и вполне обычную снедь. Увидев все то, что он принес домой, Мэг пришла в радостное возбуждение. Они с Дэвидом питали трепетную любовь к гастрономии – любовь, которую Лиззи с Александрой ценили, но не разделяли в полной мере.

В центре большой комнаты, у тихонько щелкающего газового камина, растянулась на одном из диванов Александра, приподняв повыше ступни. Кловер лежала прямо на ней. Оперев на спаниеля книжку, девушка читала, счастливо поглощенная «Анжеликой и султаном». Кловер вписалась в новый дом так, будто всегда тут и жила. И хотя хлопотать над собакой взялись все три подруги, именно Дэвид с утра сводил ее погулять. Его Кловер теперь просто обожала.

В другом конце комнаты Лиззи пыталась снять выкройки с нового платья, не распарывая его по швам.

В ее распоряжении имелась гладильная доска, просторный стол, удобный светильник Anglepoise на шарнирной ножке и, разумеется, швейная машинка. Лиззи чувствовала себя на седьмом небе! Отданные Джиной вещи – хоть и очень милые, но все нуждающиеся в подгонке – всё еще лежали в сумке.