Кэти Ффорд – Свадьба в деревушке (страница 8)

Лиззи показалось, что на ее подругу внезапно накатила грусть.

– Кто-то говорил мне, что намного легче просить прощения, чем разрешения, – вновь просияла Александра. – А пока что благодаря этому здесь стало по-настоящему уютно, вы не находите?

– А когда ты сносила тут перегородки, тебя не испугало, что может обрушиться потолок? – спросила Мэг.

Александра, которой удалось наконец зажечь под чайником огонь, лишь отмахнулась:

– Нет, тут все сделано как надо. Этим занимались друзья Дэвида, строители. Они сделали все, чтобы здесь было безопасно.

Между тем Александра принялась открывать и закрывать дверцы шкафчиков, явно что-то ища. Наконец она извлекла великолепный фарфоровый заварочный чайник со сколом на носике.

– Я тут подумала, что сегодня мы вместо нашего старого жестяного чайника воспользуемся изысканным фарфором. Как исключение по особому случаю.

– Мне правда очень хочется тут жить! – воскликнула Лиззи. Посреди разных вещей, загромождавших стол в другом конце комнаты, она заметила швейную машинку.

– Ты еще не видела спальни, – отозвалась Александра, озабоченно пытаясь разыскать все необходимое, чтобы накрыть стол к чаепитию.

– Уверена, что в спальнях тоже очень хорошо, – сказала Лиззи, добавив про себя, что, по крайней мере, они наверняка большие.

– А по мне, так и не важно, какая там спальня, – вставила Мэг. – Я уже мечтаю готовить на этой замечательной кухне. Она такая просторная! Та, где мы вместе с мамой обычно готовили, была совсем крохотной. А можно, я хоть одним глазком выгляну в садик? Убедиться, что он подойдет для Кловер.

– Выйди через вон ту дверь в конце комнаты, – показала Александра, отыскав наконец чашки и блюдца. – Ключ на полке возле двери. Отопри – и сразу попадешь во дворик. Там, правда, всего лишь небольшая лужайка с деревом посередине. Когда вернешься – как раз и чай будет готов.

Мэг вернулась через несколько минут, явно убедившись, что садик подойдет для выгула собаки.

– Там же можно выращивать всякие травы – петрушку, например, и все такое, – сказала она. – Моя мама выросла за городом, и ее мать всегда сажала всякую зелень к столу. Так что, где бы мы потом ни жили, мы с мамой все что можно выращивали в горшках. Впрочем, у Уильяма мы даже огородничали в его саду.

– Может, твоей Кловер надо больше места, чтобы бегать? – спросила Александра, которая, дождавшись, пока наконец вскипит вода, заваривала чай. – У нас, конечно, есть ключи от парадного сквера. Он общедомовой, но собак туда не пускают. Равно как и детей без присмотра. А еще там не разрешают играть с мячом. Так что радости от него мало, хотя цветы, наверное, очень милые.

– А сама ты часто там бываешь? – спросила Лиззи, зачарованная этим, совершенно не известным ей, порядком жизни.

– Летом – да, бываю. Я так подозреваю, что одна моя соседка приглядывает за мной по просьбе родственников, так что я стараюсь, чтобы хотя бы раз в году она видела меня в довольстве и здравии. И я всегда стараюсь взять с собой какую-нибудь подругу. Не скажу, чтобы у меня было много друзей, но Дэвид всякий раз привозит мне какую-нибудь молоденькую актрису, чтобы побродить там вместе по дорожкам. О! А вот как раз и он!

Лиззи почувствовала, как нервно напряглась в предвкушении знакомства с первым в ее жизни человеком, который был гомосексуалистом. Но когда она увидела его, то сразу поняла, что внешне он ничем не отличается от любого другого мужчины, а потому сразу с облегчением выдохнула. Дэвид был гораздо старше девушек – возможно, ему было в районе тридцати пяти, – и он казался очень привлекательным и благожелательным.

– Привет, Дэвид! – поспешила к нему Александра и, взяв под руку, подвела к местечку у камина. – Это Лиззи, которой, как я тебе говорила, я собиралась предложить поселиться с нами. А это Мэг, которая тоже хочет к нам присоединиться. У нас ведь полно свободных комнат.

Мэг улыбнулась:

– Вот только у меня собака, так что вам, может быть, не захочется иметь такую соседку по квартире. – Чуть помолчав, она добавила: – Хотя это едва ли можно назвать квартирой.

– Собака? И где же она? – нетерпеливо огляделся Дэвид.

– Сегодня я ее с собой не брала, – рассмеялась Мэг. – Так вы не будете против?

– Милая барышня, я обожаю собак! Больше всего на свете я бы хотел, чтобы у меня в доме жила собака. А можно мне будет брать ее с собой на прогулки? И какой она породы?

– Карликовый спаниель, – с заметным облегчением ответила Мэг. – И разумеется, вы можете брать ее на прогулки. Вот только я пока не представляю, где с ней можно здесь гулять. На данный момент мы ходим с ней в парк Уимблдон-Коммон.

– Тут поблизости есть пара небольших парков, а если вы не возражаете, то я могу посадить ее к себе в машину и поехать куда-нибудь в парк побольше, – предложил Дэвид.

– Ой, она была бы просто счастлива! – ответила Мэг.

После того как все выпили по паре чашек чая, Александра позвала подруг:

– Ну что, пойдемте смотреть комнаты наверху?

Девушки прошли по сумрачному коридору и стали подниматься по лестнице.

– Здесь все комнаты закрыты, – сказала Александра, когда они оказались на первом этаже. – Пошли дальше.

На площадке второго этажа она открыла дверь и провела подруг в просторную гостиную.

– Здесь двойные двери, так что, если у вас наметится по-настоящему большая вечеринка, можете полностью распоряжаться всем этажом.

– Здесь и так невероятно много места! – сказала Лиззи, потрясенно разглядывая высокий потолок, два огромных окна от самого пола, что вели на балконы, и величественный мраморный камин.

– Лично я больше люблю вот эту комнату, – проговорила Александра, распахивая дверь в помещение поменьше.

В указанной комнате стоял большой, покрытый пылью рояль, а также имелись диван и кресла.

– Дэвид иногда играет на рояле, однако он предпочитает то старое пианино, что на кухне. К тому же зимой здесь так холодно, что не хочется и подниматься.

Да и сейчас, в апреле, подумала Лиззи, здесь было чересчур свежо.

– Теперь понимаете, почему мы большей частью обитаем в цокольном этаже? – усмехнулась Александра.

– А ты не возражаешь, если Кловер будет спать у меня? – спросила Мэг. – Она привыкла жить в квартире, и я даже не представляю, как она будет оставаться все время внизу, в то время как я буду здесь.

– Тем более что ваши комнаты будут еще выше – на третьем этаже, – кивнула Александра. – Идем посмотрим спальни. И мне совершенно все равно, где будет спать Кловер.

Они поднялись на этаж выше.

– Дэвид обитает на самом верху, в бывшей детской, где есть отдельная ванная с целой выставкой маленьких утят. – Александра открыла дверь в огромную комнату: – Я сплю вот здесь, в первой спальне. За следующей дверью есть другая спальня, а в конце коридора – еще небольшая спаленка. Ванная – здесь. – Они зашли в помещение, являющее взору просторную ванну на ножках в виде когтистых лап и сложное переплетение латунных трубок, по-видимому указывающих на возможность принять душ.

– Не терпится взглянуть, где мы будем спать, – проговорила Мэг.

– Хотела бы я сказать, что лучшее оставляю напоследок, – ответила Александра, – но это, увы, не так. Вторая спальня здесь, рядом с моей.

Комната, которую показала им Александра, была очень большой, однако некогда красивые, с цветочным узором обои в ней местами отстали, а на потолке темнело пятно от протечки. В комнате стояли две односпальные кровати, туалетный столик и несколько шкафчиков, в один из которых была встроена раковина.

– Мы можем устроиться здесь вдвоем, – предложила Лиззи. – Она такая просторная.

– А как же Кловер? – неуверенно спросила Мэг. – Как ты будешь себя чувствовать, спя в одной комнате с собакой?

– Она у тебя что, воет по ночам?

– Нет, она просто спит у меня на кровати и посапывает, – улыбнулась Мэг. – Хотя иной раз делает это уж очень громко.

– Тогда я, разумеется, не против, – сказала Лиззи.

Когда она, бывало, отправлялась на ночевку к подруге, то ей всегда нравилось слышать, как кто-то поблизости дышит в темноте. Иногда Лиззи снились кошмары, и сейчас ее согревала мысль, что в комнате она будет не одна – по крайней мере до тех пор, пока не привыкнет жить в этом большом и жутковатом доме.

– А сколько будет стоить аренда? – спросила она, очень надеясь, что сможет себе это позволить.

– Да, – кивнула Мэг, – хорошо бы понимать. Вдруг мне это будет совсем не по карману.

Александра нахмурилась, давая понять, что она думала над этим вопросом, но так и не пришла к какому-то решению.

– Если честно, я никогда не предполагала отдавать комнаты внаем. Так что, мне кажется, будет неплохо, если мы просто будем скидываться на ведение хозяйства. Я как-то вообще не представляю себя в роли домовладелицы с этакой массивной грудью и в фартуке.

– Но мы обязательно должны тебе что-то платить, – настойчиво сказала Лиззи. – Иначе мы будем просто прижив ал ками.

Ее отец придерживался очень строгих правил касательно дармовщины. И хотя Лиззи не принимала многое из того, что проповедовал отец, все же его мнение о людях, желающих получать что-то даром, передалось и ей.

– Ну, хорошо, – пожала плечами Александра и назвала до смешного малую сумму. – А еще мы будем скидываться на питание и оплату коммунальных услуг. Как вам такое?

– А ты не против, если мы немного обустроим эту комнату? – спросила Мэг. – Подклеим обои, например.