Кэти Ффорд – Свадьба в деревушке (страница 21)

– Ой, да ладно тебе, мамочка! Я еще слишком молода, чтобы думать о замужестве!

Мама отрицательно покачала головой:

– И я совершенно четко представляю, как будет проходить твоя свадьба. Венчание, надо думать, устроим в нашей церкви – она достаточно старинная, и притом нужного размера, чтобы все поместились. И при ней довольно ухоженный церковный двор. А сам прием я бы хотела устроить здесь, у нас, поставив в саду большой шатер. Настоящая сельская свадьба в доме невесты! Думаю, мы вполне способны принять здесь сотни три гостей. Разумеется, это будет шведский стол.

– В самом деле?

– О да, естественно! Папа уже закупает шампанское. У него знакомый по гольф-клубу – виноторговец, и папа достает его по очень выгодной цене. И я уже знаю, кого мы наймем обслуживать банкет.

Слушая все это, Лиззи даже не знала, то ли ей возмутиться, то ли посмеяться.

– А сколько подружек невесты у меня будет?

– С нашей стороны – четыре. И, разумеется, у твоего жениха будут достойные молодые родственницы. – Мать лукаво улыбнулась. – Я только посоветовала бы подружек небольшого роста.

– Боишься, что рослые девицы смогут меня затмить?

– Конечно же, нет. Но подружки невесты нужны, чтобы невеста на их фоне выделялась. Они должны подчеркивать красоту невесты, а не соревноваться с ней.

– Понимаю, – кивнула Лиззи.

Мамин взгляд устремился куда-то вдаль.

– И я словно воочию вижу твое свадебное платье.

Лиззи уже усвоила, что ее мнение об этом не имеет значения.

– И какое же оно?

Она и раньше знала, что величайшая цель жизни ее матери – это выдать Лиззи замуж, но даже не подозревала, что все это уже продумано в мельчайших деталях.

– Думаю, длинное, до пола. Обтягивающее талию. Ведь у тебя прелестная тонкая талия, которой никто и не замечает под всеми этими прямыми фасонами, что ты сейчас так полюбила. Ну и, разумеется, фата моей матери. Она надевала ее на свадьбу, я надевала – и хочу, чтобы моя любимая дочурка тоже ее надела.

На последних словах голос у мамы дрогнул. Она поднялась и направилась к двери, промакивая на ходу глаза. У выхода она остановилась и обернулась к Лиззи:

– Свадьба моей дочери. Это будет лучший день в моей жизни!

Остатки бисквита мать завернула в вощеную бумагу и положила в жестяную коробку, чтобы Лиззи забрала ее в Лондон. Когда девушка спустилась вниз, прихватив с собой кое-что из одежды, мама уже все упаковала.

– Ну что, если я хочу успеть на поезд, то мне лучше уже идти. – Лиззи собиралась успеть на ближайший же поезд – насколько вообще было прилично улизнуть так быстро.

– Не беспокойся, моя радость, – сказала мама. – Мы с отцом решили сами отвезти тебя обратно.

– Как это мило с вашей стороны! Но в этом нет необходимости. И у меня уже есть обратный билет. Меня нужно лишь подбросить до станции. – При мысли о том, что родители повезут ее в Лондон, Лиззи пробила испарина.

– Нет, – твердо ответила мать. – Мы уже так решили. Но ехать и впрямь надо не откладывая. Твоему отцу завтра на работу, а трафик на трассе может быть довольно плотным. – Она погладила дочь по руке. – Папа уже выгоняет машину.

По пути к автомобилю Лиззи судорожно пыталась придумать весомый повод позвонить своим подругам в Лондон, но в голову ничего не шло. Воскресным вечером Дэвид вполне может оказаться дома. Как она объяснит родителям, кто он такой? Они ни за что не примирятся с тем, что в доме, где поселилась их дочь, разнополые жильцы.

Как это водится, поскольку Лиззи уже больше не стремилась поскорее попасть в Лондон, дорога туда оказалась на удивление свободной, учитывая, что как раз в это время все возвращались в столицу после проведенных за городом выходных.

С помощью мамы, искусно разбирающейся в картах городского справочника «От А до Z», очень скоро они припарковались перед массивным зданием в Белгравии, которое Лиззи теперь называла своим домом.

– Как это мило, папочка, что ты довез меня до дома! Я знаю, как вы торопитесь обратно, так что не стану вас задерживать. – И Лиззи в считаные секунды выпорхнула с заднего сиденья на тротуар.

– Ну, не так уж сильно мы спешим, моя радость, – возразила мать, выбираясь с переднего пассажирского сиденья. – Нам бы очень хотелось посмотреть, где и как ты обустроилась. Правда, Эдвард?

– Это верно. Потому мы и решили тебя отвезти. Нам надо убедиться, что ты живешь более-менее прилично. А то все эти разговоры насчет «остаться в Лондоне» и «устроиться официанткой» нас очень тревожат. Так ты скоро и в пивнушку захочешь податься на заработки.

Лиззи уже подозревала, что это и была истинная причина того, что родителям пришло на ум ее подбросить. Она решила провести их в дом через парадный вход. У Лиззи, конечно, имелся ключ от цокольного помещения – там была отдельная лесенка вниз, – но если она позвонит в парадную дверь, кто-нибудь из кухни придет и откроет, и, может быть, предупредит остальных домочадцев о столь внезапном вторжении.

Дверь открыла Александра. Она была в причудливых домашних тапочках: красиво расшитые шерстяные красные гольфы крепились к кожаной подошве, сверху доходя почти что до колен. А теплое платье-безрукавка могло попасть к ней из модного бутика или достаться от какого-нибудь давно почившего предка – этого Лиззи точно не знала.

– О-о, здравствуйте, мистер и миссис Спенсер! – воскликнула Александра. – Вы привезли Лиззи домой! Как это замечательно!

– Ее зовут Элизабет, и мы привезли ее не домой, а во временное пристанище, – сердито ответил мистер Спенсер. – Нам хотелось бы своими глазами увидеть, в каких условиях она живет. – Тут он выдавил улыбку, вероятно, осознав, что разговаривает несколько сварливо.

– Ну разумеется! – сказала Александра и широко распахнула дверь. – Заходите, пожалуйста!

– Спустимся для начала лучше в кухню, – предложила Лиззи, понимая, что гостиная с покрытой чехлами от пыли мебелью вряд ли сможет успокоить ее родителей.

– Да! Правда, там небольшой беспорядок, – сказала Александра. – Знаете, как бывает в воскресенье вечером – каждый по-своему готовится к понедельнику.

Вслед за Александрой родители спустились по лестнице, Лиззи пошла позади всех. Она очень надеялась, что бросающееся в глаза величие этого особняка произведет на родителей куда большее впечатление, нежели не менее очевидный факт, что дом уже лет пятьдесят не видел малярной кисти.

– Мы в основном обитаем в кухне, – пояснила Александра. – Слишком уж дорого отапливать целый дом.

– В кухне? – повторила мать Лиззи, явно сбитая с толку.

– Сейчас увидишь, мам… Мамочка, – поспешно поправилась Лиззи.

Внизу Мэг, похоже, увлеченно экспериментировала с заливными блюдами – судя по тому, что на листе вощеной бумаги стоял поднос с формами. У Александры имелась целая коллекция маленьких медных формочек, заполненных сейчас стручковой фасолью и зеленым горошком и залитых чем-то вроде мусса. Лиззи казалось, пройдут долгие годы, прежде чем все это застынет и Мэг сможет освободить наконец формы и залить в них что-то заново.

Но где же, интересно, Дэвид? И как объяснить его присутствие родителям, если он вдруг сейчас появится?

Стоило ей об этом подумать, и Дэвид тут же поднялся из-за кухонной тумбы – видимо, что-то чинил под раковиной. На нем был коричневый фартук, а на лице – безнадежно-унылая мина.

– Я сделал все, что было в моих силах. Но гарантировать ничего не могу, – произнес он, изображая акцент кокни еще почище Терри с антикварного рынка.

– У вас какие-то неполадки? – спросил отец Лиззи, проходя в глубь большой комнаты.

– Сифон травит под раковиной, сэр, – ответил Дэвид. – Все время оттуда что-то капает.

– И из-за этого от раковины ужасно несет, – присовокупила Мэг.

– Мама, папа, это Мэг! – представила ее Лиззи. – Она у нас лучшая по части кулинарии. А это – Кловер, которая прежде была собакой Мэг, а теперь мы как бы все ее хозяйки.

Кловер вежливо помахала хвостиком.

– Здравствуйте! Очень приятно! – ответила Мэг. – Может, я и лучшая по части готовки, но Лиззи куда больше умница по швейным делам. Нет ничего такого, что она не могла бы сшить!

– Ее зовут Элизабет, – поправила мать Лиззи. – Хотя вы правы, она всегда искусно управлялась с иглой.

– Могу я предложить вам чай или что-нибудь другое? – спросила Мэг. – Я напекла сегодня «каменного печенья»[32], оно прекрасно пойдет к чаю.

– Чай мы пили не так давно, – ответил отец Лиззи. – Перед тем, как ехать в Лондон.

– Но все равно проходите, присядьте у камина, – предложила Лиззи родителям.

Тут Дэвид, очевидно не удовольствовавшийся своей проходной ролью водопроводчика, кашлянул, прочищая горло.

– Если вы позволите мне высказать свое предложение, мисс Александра, то у вас имеется прекрасный шерри «Амонтильядо», которым, возможно, удастся угодить почтенным леди и джентльмену. – И Дэвид поклонился, с легкостью вжившись в новую роль дворецкого, хотя и не слишком важного.

– Правда? – отозвалась Александра. – Отличная мысль! Сейчас найду бокалы.

– Если позволите, мисс Александра, – сказал Дэвид, – то я их сейчас же для вас найду.

И вот мистер и миссис Спенсер сидели на потрепанном диване перед щелкающим газовым камином, и вид у них был несколько растерянным. Стараясь подавить одновременно смех и панику, Лиззи чихнула.

Вскоре и Мэг подсела к ее родителям на диван.

– Так замечательно, что удалось наконец с вами познакомиться. Лиз… Элизабет всегда с большой любовью вспоминает о вас.