Кэти Эванс – Сердцеед (ЛП) (страница 11)

Я внешне сильно отличаюсь от той девушки, которую Сент встретил в своем офисе. Но я не чувствую себя иначе. Мои нервы на грани, когда я называю свое имя вышибале на входе. Меня впускают в клуб, и я вся сжимаюсь и притихаю, стоит каблукам коснуться пола.

Если «М4» внутри был словно музей, то «Айсберг» — чистый образец эпатажа. Ледяные скульптуры на пьедесталах по периметру зала. Клетки с разрисованными танцорами свисают с потолка. Бар, освещаемый белым и синим светом, развернулся от одного конца зала до другого.

Вспыхивают огни стробоскопа, пока я проталкиваюсь в толпе. Басы гремят, люди танцуют под песню Mr. Probz “Waves”. Выпивку разносят на блестящих серебряных подносах, напитки украшены фруктами, оливками, солью с блестками, цветными добавками в спиртное, выглядящими, как настоящие произведения искусства. Это не обычный модный клуб. Это клуб богатеньких мальчиков, куда не глянь, всюду красивые люди в красивой одежде.

— Я встретила его! Когда он сказал «Привет», я думала, что упаду в обморок...!

Внутри все переворачивается, когда слышу это, потому что абсолютно уверена, что они говорят о нем. Стараясь дышать, я пробираюсь глубже в клуб, страстно мечтая, чтобы Джина была рядом. Комната набита женщинами, некоторые явно в поиске, другие в паре с кем-то, несколько человек зависают с друзьями. Я медленно дышу, вдох и выдох, повторяя про себя, что я могу это сделать. Это всего лишь клуб. Я могу повеселиться. Много времени прошло с тех пор, как я ходила в клуб, и уж точно не в такой, но это не важно. Я могу немного расспросить народ и, если мне повезет, я смогу даже больше.

Осмотрев все вокруг, пытаясь найти лучшее место для слежки, я поднимаюсь на верхний этаж, откуда открывается лучший вид на то, что происходит внизу в самых многолюдных углах зала.

И к слову о дьяволе. Мое сердце пропускает удар, когда я вижу его темноволосую голову, и все внутри у меня яростно сжимается в невыносимый огненный узел. Клянусь, никто за всю мою жизнь не заставлял меня так нервничать.

Он сидит, вытянув руки на спинке дивана позади себя, бокал вина и две девушки соперничают за его внимание, пока он говорит с друзьями. Его мужественное лицо подсвечивается под определенным углом вспышками света, и он бесподобно красив.

Так, все хорошо. Дыши. Хочу ли я, чтобы он знал, что я здесь, или нет?

Словно на ватных ногах, я заставляю себя спуститься вниз. Я направляюсь в дамскую комнату, пробираюсь сквозь толпу тел к широкому зеркалу над современными подвесными раковинами. Группка девчонок прихорашивается перед зеркалом, а я смотрю на наши отражения. Справа от меня женщина красит губы красной помадой, а слева ее подруга красит розовой. Я же? Все такая же, хоть и выгляжу вычурно, будто одна из них. Выгляжу совсем не так, как та молоденькая девчонка в комбинезоне, которую он встретил. Сможет ли он вообще узнать меня?

— Ты идешь на афтепати? — Красные губки спрашивает у Розовых губок, поправляя макияж.

— Ключа еще нет.

— Смотри-ка, — Красные губки машет ключ-картой в воздухе.

В комнате раздается визг, и она прячет ключ в лифчик.

— Мой!

— Так значит, планируется афтепати? — спрашиваю я у них.

— В пентхаусе Сента, — отвечает одна, кивая.

— И как получить приглашение на эту вечеринку?

— Сотню ключей раздадут в течение вечера.

Неожиданная мысль о том, чтобы утащить ключ, который она только что засунула себе в лифчик, проносится у меня в голове. В смысле, это же всего лишь ключ. Вряд ли это можно счесть уголовным преступлением.

— Детка, — говорит она мне, — хватит так смотреть на мой ключ! Я три года ждала, чтобы получить такой ключ. Иди и поработай своей задницей, если он тебе так нужен. Только лучшие попки получают его.

— Ну спасибо, — отвечаю я, разворачиваясь и осматривая свой зад. Джина говорит, он у меня отменный. Кто-то бы даже назвал его упругим и призывным. Но согласится ли с этим Сент?

Вздохнув, я прислоняюсь к стене, когда замечаю множество надписей на распахнутой двери. Прищурившись, я пытаюсь рассмотреть, что там написано.

«Малкольма — в отцы моих детишек» 

«Я сосала член Сента» 

«Тахо оттрахал меня прямо здесь» 

«Каллен лижет киску, как дикарь» 

Я направляюсь обратно к шуму и пытаюсь найти хорошее место для наблюдения, когда опять вижу его. Две девушки так и не отходят от него, но теперь я чувствую себя на взводе, это меня раздражает. Одна из блондинок берет у официанта шот, облизывает край рюмки и добавляет соль.

Сент откидывается на спинку дивана, наблюдая за ней со скучающим выражением лица, но слегка улыбается, словно его веселит происходящее.

Я настолько захвачена наблюдением за ним (в равной степени завороженная и испытывающая отвращение), что не замечаю, как охранник подошел ко мне, пока он не оказывается прямо передо мной. Он указывает вглубь зала, откуда лучшие друзья Сента прямо сейчас наблюдают за мной. Сент даже не смотрит в мою сторону. О нет, он слишком занят представлением, которое ему устраивают девушки, хотя на его лице все та же скучающая улыбка. Возможно, им стоит скинуть свои топики, чтобы вызвать его интерес.

Все трое мужчин прекрасно вписываются в шикарную обстановку, но я не могу перевести взгляд на двух других. Смотрю только на Малкольма. Мрачная привлекательность Малкольма сочетается с полумраком, он словно Аид в своем маленьком уголке ада.

Внезапно он начинает смеяться над чем-то, что сказала одна из блондинок, и немного разворачивается, устремляет взгляд прямо на меня, и замирает.

Его взгляд — словно укол адреналина. Я хочу отвести глаза, но не могу, словно я угодила в ловушку. Не знаю, может я выдумываю, но готова поклясться, что его грудь вздрагивает, будто он делает резкий вдох.

Узнал ли он меня?

Хочу ли я этого? 

Обстановка так накаляется, что я не могу дышать. Легкие, словно каменные, и я правда, не могу вдохнуть. Когда он проводит по мне быстрым пронизывающим взглядом, внутри меня все дрожит. Он видит меня всю, от каблуков до длинных светлых волос, и я начинаю переживать, что платье слишком сильно обтягивает мои ноги, бедра, живот, грудь и даже мой зад. О боже. Я заставляю себя следовать за охранником в направлении Сента, каждый шаг ускоряет мое сердцебиение. В этом черном костюме без галстука, с расстегнутой верхней пуговкой и немного взъерошенными волосами, Сент является олицетворением роскоши и греха. Он Грех во плоти, а я чувствую себя настоящей... девственницей.

Он вытягивает перед собой длинные ноги, он смотрит прямо на меня, и кажется, не намерен отводить взгляда.

— Мистер Сент, — охранник покашливает. — Джентльмены хотели, чтобы я привел ее.

Его улыбка все та же, а выражение лица отстраненное и не читаемое.

— Вот она, джентльмены, — говорит охранник двум другим, блондину и парню с медно-золотыми волосами, которые смотрят на меня, как на обед.

— Тахо, — говорит блондин.

— Каллен, — говорит мужчина с медно-золотыми волосами.

Сент просто шлепает блондинок по заду, отсылая прочь, затем тянется, берет меня под локоть в кажущемся непроизвольным жесте, отчего я испытываю странное спокойствие. Я больше здесь никого не знаю, так что, когда он тянет меня к себе, я сажусь рядом, на край длинного дивана.

И тогда он наклоняет свою темноволосую голову ко мне и шепчет: «Малкольм». Его голос такой глубокий и низкий, что я вздрагиваю.

«Рейчел», — смущенно отвечаю я.

Он удивленно смотрит на меня. «Что ты здесь делаешь, Рейчел?» — кажется, спрашивает он.

Я задумываюсь над ответом, когда Тахо поднимает свой напиток и осушает бокал.

— Тебе давно пора спать.

Техасский нефтяной мальчик. Он источает обаяние, манерно растягивая слова.

Не знаю, почему, но я полностью сосредоточена на том, где тело Сента находится по отношению к моему. Он только что сел прямо на диване и, каким-то образом, сдвинулся так, что теперь его рука весьма ощутимо вытянута позади меня.

— Как говорится, дурная голова ногам покоя не дает, — отвечаю я Тахо, очень широко улыбаясь, сердце колотится от близости Сента.

Внезапно я чувствую его аромат. Только его. Среди всех перемешанных запахов в зале, почему-то именно Сент в моих легких, в каждом моем вдохе. Он излучает энергию, которая притягивает меня, словно магнит. Из-за этого я нервничаю, но что-то в его присутствии, да еще так близко ко мне, успокаивает.

— Очевидно здесь дресс-код — Сенту пришлось оставить свои рога и хвост на входе, — шутит Каллен, когда официант ставит передо мной напиток.

— О, да, — я смущенно одергиваю подол юбки. — Мне пришлось оставить половину платья.

— Да что ты говоришь! — говорит Тахо саркастически.

— Ти.

Всего одно слово, одна буква из уст Малкольма.

— Слушаю тебя, Сент, — отвечает Тахо, удивленно подняв брови.

— Клейм.

Я едва не выплевываю свой напиток. Я кашляю и хлопаю рукой по груди, Сент спокойно забирает напиток из моей руки и отставляет в сторону.

— В порядке? — спрашивает он, наклоняя голову, и заглядывая мне в глаза.

Я еще раз кашляю, зажмуриваюсь и киваю, а когда открываю глаза, Сент — это все, что я вижу. Он смотрит на меня таким пронзительным взглядом, что я чувствую его вплоть до костей.

— Ты только пришла на вечеринку, Рейчел? — спрашивает он.

В ожидании ответа, он берет мой коктейль и протягивает мне стакан. Его запястье широкое и выглядит таким сильным, кожа гладкая и загорелая, и я замечаю волоски на его руке, когда осторожно беру стакан, а наши пальцы соприкасаются.