Кэти Ди – Слепая Зона (страница 11)

Я прекрасно знала этого прожорливого, вечно голодного хоккеиста: если Рейн зайдет за вещами по своему запасному ключу, пока меня нет дома, он гарантированно подчистит в моем холодильнике абсолютно всё, что попадется ему под руку, включая остатки вчерашнего йогурта. Так что пусть лучше ест то, что я сознательно оставлю для него на плите. Я сделала легкий витаминный салат и приготовила запеченную куриную грудку с овощами — идеальный вариант, сытный и совсем не вредный для спортсмена, строго следящего за режимом перед субботним матчем. Сама не понимая зачем, я накрыла сковороду фольгой, чтобы еда дольше оставалась теплой.

Как раз около шести вечера на дисплее телефона загорелось новое сообщение от Чейза. Он написал, что освободился после тяжелой тренировки, и пообещал заехать за мной ровно в семь, как только успеет заскочить к себе в дом братства, принять душ и скинуть спортивные вещи. Куда именно мы поедем в этот туманный вечер, он мне так и не сказал, намеренно сохранив интригу.

Да это было, впрочем, и не важно. Рядом с Чейзом я чувствовала себя как-то по-особенному: защищенной, хрупкой и по-настоящему нужной. Я даже сама толком не могла понять почему, ведь мы были знакомы всего ничего, и это была наша вторая полноценная прогулка. Внутри шевелилось легкое, пугающее опасение: мне казалось, что всё между нами начинается уж больно как-то быстро, стремительно, словно лавина. Словно я нарушаю свои собственные правила недотроги.

И именно в этот момент моих тревожных размышлений на экран прилетело новое смс, но уже от Рейнера:

«Заеду в 9», — лаконично, почти приказом отозвался он.

«Ладно, без проблем, но меня не будет дома», — быстро отстукала я в ответ, кусая губы.

На это сообщение он ничего не ответил. Статус остался «прочитано». Я раздраженно отбросила телефон на кровать и принялась наконец одеваться. Погода на улице сегодня была на удивление теплой для поздней осени, поэтому я решила оставить привычные джинсы в шкафу. Вместо них я надела свое любимое легкое платье чуть выше колена, мягко подчеркивающее талию, а сверху накинула джинсовую куртку. Тонкое кружевное белье под нарядом приятно ласкало кожу, добавляя уверенности.

Оставалось совсем немного времени до семи. Сердце снова взволнованно, оглушительно застучало в груди, когда внизу, прямо под моими окнами, послышался знакомый, короткий автомобильный гудок. Чейз приехал.

Я выбежала из подъезда, поправляя подол платья, и тут же замерла на крыльце. Около обочины стояла совершенно другая машина — на этот раз это был новенький, глянцевый красный внедорожник, который буквально приковывал к себе взгляды редких прохожих. Сам Чейз стоял рядом, небрежно скрестив руки на груди. Он был одет максимально просто: классические темные джинсы и белоснежная футболка, которая выгодно подчеркивала его крепкие плечи. Глядя на него, я невольно прикусила губу. Я бы не сказала, что прямо нарядилась, но в этот момент мне остро показалось, что, наверное, тоже стоило остаться в привычных джинсах. Слишком уж я выбивалась из его простого, домашнего стиля.

Но стоило Чейзу повернуться ко мне, как все мои сомнения улетучились. Его глаза загорелись таким искренним восторгом, что бабочки в моем животе устроили очередную революцию.

— Привет, Айри, — он сделал шаг навстречу и снова нежно поцеловал меня в щеку. Его губы были теплыми, а пальцы, как и в прошлый раз, аккуратно заправили выбившуюся светлую прядь мне за ухо. — Как дела? Успела отдохнуть?

— Привет, — я кивнула, чувствуя, как глупо улыбаюсь. — Всё отлично, практику переписала.

Чейз понимающе улыбнулся, обнажая свои фирменные ямочки, обошел внедорожник и открыл передо мной пассажирскую дверь.

Это свидание получилось совершенно непохожим на наше первое напыщенное кино. Чейз отвез меня за город, к огромному пустынному пляжу. Солнце уже медленно клонилось к горизонту, окрашивая воду в нежно-розовые и золотистые тона. Мы разулись, взяли кеды в руки и долго шли вдоль кромки воды, слушая тихий шум прибоя. Прохладный песок приятно щекотал ступни, а теплый ветер развевал подол моего платья. Мы снова много болтали о жизни, делились историями из детства, вспоминали школьные неловкие моменты и обсуждали наши интересы. С Чейзом было удивительно легко — он не пытался казаться кем-то другим, он просто был собой.

Когда мы изрядно проголодались, он не повез меня в дорогой элитный ресторан, как сделал бы любой другой мажор кампуса. Вместо этого мы припарковались у небольшого, ярко освещенного фургончика с уличной кухней на набережной. Чейз сам сбегал к окошку и вернулся с двумя огромными, сочными хот-догами и холодным лимонадом. В этот момент, когда он весело рассказывал какую-то байку из раздевалки, параллельно пытаясь аккуратно откусить огромный кусок и не капнуть соусом на свою белую футболку, он окончательно покорил меня. В нем не было ни капли заносчивости или высокомерия, которые так часто приписывают главным звездам университета.

Чуть позже мы перебрались на пустую парковку у обрыва, откуда открывался потрясающий вид на догорающий закат. Чейз запрыгнул на капот своего красного внедорожника и протянул мне руку, помогая забраться повыше и сесть рядом. Небо полыхало багровыми красками. В моих руках был зажат сладкий петушок на палочке — Чейз купил его мне в том же фургончике ради шутки.

Некоторое время мы сидели в уютной тишине, наслаждаясь моментом. Внезапно Чейз повернулся ко мне, и его лицо стало непривычно серьезным.

— Слушай, Айри... — тихо начал он, внимательно вглядываясь в мои глаза. — Я знаю, что, может, всё это и слишком быстро происходит между нами. Я и сам, честно говоря, удивлен. Обычно я долго присматриваюсь к людям. Но... ты мне реально очень нравишься. С самой первой секунды, когда я увидел тебя за стойкой кофейни.

Мое сердце глухо ухнуло и, кажется, вообще перестало биться. Я так и замерла на месте с этим дурацким леденцом на палочке в руке, не шевелясь.

— Может, это любовь с первого взгляда? — Чейз мягко улыбнулся, но в его теплых глазах читалось волнение. Он не врал. Я видела в нем абсолютную, пугающую серьезность.

Прежде чем я успела хоть что-то ответить, он плавно протянул руку, аккуратно взял меня за подбородок и большим пальцем нежно провел по уголку моих губ. Видимо, я умудрилась испачкаться соусом от хот-дога, пока засматривалась на закат. От этого интимного, заботливого жеста я окончательно смутилась, чувствуя, как щеки вспыхивают пунцовым цветом.

Чейз не убирал руки. Его пальцы мягко оглаживали мою скулу. Он ждал ответа.

— Ты... станешь моей девушкой, Айри?

В моей голове пронеслось сумасшедшее: «Да, конечно, я согласна!»Господи, сам Чейз Девенпорт, лучший нападающий лиги и мечта всего кампуса, сидит на капоте машины и предлагает мне встречаться. В это верилось с огромным трудом. И плевать, что всё развивалось так стремительно. Я смотрела на его открытое, честное лицо и понимала, что хочу довериться этому чувству.

Я завороженно посмотрела в его глаза и... просто согласно кивнула, соглашаясь на эту безумную, красивую неизвестность.

Чейз подался вперед, сокращая последние дюймы между нами. Он на мгновение замер на опасном расстоянии, едва касаясь моих ресниц своим дыханием, словно бережно проверял — оттолкну я его или нет. Мое сердце зашлось в бешеном ритме, и я осталась неподвижной, не в силах пошевелиться.

А затем он всё же аккуратно прикоснулся к моим губам.

Этот нежный, едва ощутимый поцелуй заставил меня затаить дыхание. Я была совершенно не опытна в подобных откровениях — за всю мою жизнь нормальных, взрослых отношений у меня толком и не было. Чейз, видимо, сразу понял это по моей скованности. Он отстранился на долю секунды, слегка улыбнулся своими мягкими губами и еще ближе притянул меня к своему теплому телу.

— Просто расслабься, Айри, — бархатно проговорил он мне прямо в губы.

И я беспрекословно подчинилась. В тот миг я была готова подчиниться ему во всём, лишь бы он не переставал обнимать меня и дарить это невероятное, кружащее голову тепло.

В темноте перед глазами внезапно вспыхнуло глупое, старое воспоминание из прошлого. Нам тогда было по пятнадцать лет. Мы собрались большой компанией у кого-то дома на каникулах и играли в бутылочку, как делают абсолютно все обычные подростки. Горлышко указало на нас, и по правилам игры нас закрыли в тесном, темном шкафу для одежды, где мы должны были просидеть несколько минут и поцеловаться.

Мой самый первый в жизни поцелуй забрал Рейнер. Он уже тогда был опытным, не по годам развитым парнем — красивым, завидным школьным мальчиком, который вовсю крутил романы и вовсю гулял с девчонками из старших классов. Оказавшись в темноте шкафа среди чужих курток, Рейн сначала просто предложил мне сжалиться над моей паникой: «Миллер, расслабься. Давай просто постоим здесь положенное время, и никто ничего не узнает». Я, конечно, с облегчением согласилась.

Мы смотрели друг на друга в полумраке, он что-то тихо шептал, пытаясь глупо шутить и разбавить мое дикое смущение. А потом... потом он всё же не выдержал, наклонился и поцеловал меня. Это был обычный, легкий поцелуй, совсем не по-взрослому, просто прикосновение губ к губам. Но я тогда так жутко смутилась, что замерла на месте как деревянная шпала, не зная, куда деть руки. Рейнер лишь тихо хмыкнул и перед тем, как толкнуть дверь и выйти к ребятам, бросил через плечо: «По твоему лицу будет слишком видно, что мы не целовались, Зефирка. А нам нужно сделать вид, что было». И с тех самых пор я его больше никогда не подпускала к себе близко, а он в отместку вечно надо мной прикалывался.