Кэти Ди – Проклятие Гор (страница 29)

«Тогда вариант второй», — коротко проревел он, не дав мне даже шанса спросить, в чём именно этот вариант заключался.

В следующее мгновение исполин резко дёрнулся всем своим гигантским телом в сторону. Толчок был такой силы, что страховочные пазы не спасли — я просто сама, кувырком слетела с его гладкой шеи прямо в открытый воздух. От неожиданности у меня всё-таки вырвался громкий, испуганный писк.

Но Рэйлан не собирался меня ронять. Его массивная передняя лапа молниеносно метнулась вперёд, он аккуратно, но крепко подхватил моё обмякшее тело когтями и одним точным, небрежным движением швырнул меня, как тряпичную игрушку, прямо в проём окна.

Я снова пискнула, в ужасе зажмурив глаза и готовясь пересчитать костями все углы мебели. Но сильного удара не последовало. Пространство за рамами оглушительно взорвалось жаром, и в следующую секунду я уже оказалась у него на руках. Рэйлан, переродившийся на лету в человека, поймал меня у самого пола, полностью выбивая остатки воздуха из моих многострадальных лёгких.

Я судорожно хватала ртом кислород, уставившись в его лицо.

— Ну как? — довольно, во весь рот улыбнулся он своей собственной наглостью. Серебряные кольца в его ушах мелко покачивались.

— Я больше... никогда и никуда... не полечу с тобой! — в ярости прошипела я ему прямо в губы, отчаянно пытаясь высвободить руки. — Слышишь меня, дикарь?! Это был последний раз!

На его порочном лице с резкими скулами снова проступила жёсткая, непреклонная маска лидера.

— А кто тебя вообще спрашивать будет, Уила? — вкрадчиво, низким и опасным басом проговорил он, нависая сверху. — Тебе жизненно необходимы тренировки, если ты не хочешь сдохнуть на первом же боевом вылете. А мне — нужен нормальный, выносливый всадник, который держит блоки, а не болтается в седле как мешок. Так что завязывай со своими детскими«буду — не буду». Тебя официально выбрали драконы, так будь добра, выполняй свои штурмовые обязанности.

— Ты меня не выбирал! — яростно прошипела я в ответ, упрямо вздёрнув подбородок и сверкнув глазами. — И я не собираюсь тебя слушать!

Стоило этим словам сорваться с моих губ, как Рэйлан тут же ощутимо нахмурился. Наглый блеск в его глазах мгновенно угас, и он плотно поджал губы, словно я задела какую-то очень глубокую, скрытую рану в его драконьем эго.

— С этим вопросом я как раз сейчас и разбираюсь, Эшфорд, — глухо, со скрытой угрозой процедил он.

Одним коротким движением он аккуратно, но твёрдо поставил меня на прохладный пол, на пару секунд задержал на мне свой потемневший, нечитаемый взгляд, а затем резко развернулся на каблуках. Не говоря больше ни слова, он уверенно шагнул на подоконник и с размаху прыгнул в ночное окно, мгновенно растворяясь в темноте каньона.

— И тебе пока! — со всей злостью прокричала я вслед, стремительно подбегая к открытым рамам.

«Добрых снов, ведьма» —внезапно, раскатистым и непривычно мягким эхом послышался его гортанный голос прямо в моем подсознании.

— Дурак... — буркнула я себе под нос, чувствуя, как щёки против воли начинает обжигать запоздалый румянец.

Я с силой захлопнула тяжёлые деревянные створки окна, повернула засов и устало прислонилась лбом к прохладному стеклу. Мой письменный стол всё ещё слабо пах ледяной мятой от маленького спасённого букетика, а сердце в груди колотилось так бешено, словно этот безумный полёт в Черном ущелье продолжался до сих пор.

Я подошла к письменному столу, бережно коснувшись пальцами лепестков полевых цветов в глиняном кувшине. В полумраке комнаты я всё же попыталась трезво, без лишних эмоций поразмышлять: кто из всадников штурмового крыла мог притащить всю эту безумную ночную клумбу к моему окну? Но ни одна здравая мысль так и не лезла в голову. Всё это казалось полнейшим абсурдом. Парни в академии ненавидели меня одинаково сильно, считая архивной мышью и калекой. А если это было сделано ради искреннего проявления мужского интереса... то таких смельчаков здесь явно не водилось. Может, это просто какое-то жестокое, спланированное групповое издевательство старших курсов, решивших посмеяться над дочкой маршала?

Я была твёрдо намерена завтра же тайно пробраться к дежурным распределителям и по журналам вылетов выяснить, кто именно из драконов ночью покидал свои берлоги и нарушал комендантский час. Но это — потом. Сейчас нужно было отдохнуть, иначе от перегрузок меня точно растерзают на части собственные запертые силы.

На следующее утро, к моему удивлению и облегчению, мне официально разрешили поспать подольше. На утреннее построение у вольеров бежать было не надо, на тренировочный плац — тоже, никуда мне штурмовой устав идти не велел. Я снова сладко провалялась в постели без дела почти до самого полудня, чувствуя, как под действием отцовского лекарства тело наконец покидает свинцовая усталость.

Вдоволь належавшись, я принялась за сборы. Приняла освежающий душ, а затем, открыв шкаф, решительно проигнорировала грубую форменную одежду и тесные кожаные штаны. Из-за временного отстранения от полётов я наконец могла позволить себе побыть обычной девушкой.

Я выбрала своё самое красивое, припрятанное для особых случаев платье — воздушное, струящееся, нежно-персикового оттенка, сшитое из тончайшей полупрозрачной ткани. Юбка с высоким изящным разрезом мягкими волнами опадала до самого пола, а корсетный лиф с тонкими рукавами-фонариками полностью обнажал мои хрупкие плечи и ключицы, выставляя на свет острова молочно-белого витилиго. На тонкой талии я повязала широкую розовую ленту в аккуратный бант. Волосы я не стала собирать в привычную рваную косу, а изящно заколола на затылке шпильками, позволив нескольким кудрявым чёрно-белым прядям свободно падать на лицо и шею. Обув лёгкие открытые сандалии на тонких ремешках, я критически осмотрела себя в зеркале и не спеша пошла по коридорам штабного корпуса в сторону отцовского кабинета.

Мой день начинался на редкость хорошо. Приятная прохлада гранитных сводов ласкала открытую кожу, а лёгкая ткань платья красиво шуршала при каждом шаге. Всё было просто идеально... пока на первом же повороте я снова не столкнулась с Ральфом.

Сын коменданта летел по коридору на бешеной скорости, увлечённо бурча какие-то злые приказы на ходу, обернувшемуся к нему Джастину, и на полной скорости случайно со всего маху врезался прямо в меня.

Я испуганно охнула, когда земля мгновенно ушла из-под ног, и моё хрупкое тело полетело навзничь на твёрдые каменные плиты. Но упасть я не успела. Ральф среагировал с молниеносной скоростью — его сильная рука в жёсткой кожаной перчатке мгновенно метнулась вперёд, он ловко перехватил меня за талию у самого пола и силой прижал к своему боку, спасая от чувствительного удара.

От неожиданности и близости его тяжёлого тела у меня внутри всё замерло, и я осталась сидеть, всё ещё полулёжа в его надёжной хватке и испуганно глядя на него снизу вверх.

Староста группы сначала по привычке яростно, раздражённо рявкнул в пустоту:

— Смотри, куда прёшь, Эшфорд!

Но договорить фразу у него не получилось. Сын коменданта внезапно осёкся на полуслове и застыл на месте, словно его громом поразило. На его лице отразилось такое ошеломляющее изумление, какого я не видела у него за все четыре года нашего знакомства. Его зрачки расширились, и Ральф просто стоял, не выпуская меня из рук, и откровенно, жадно разглядывал мой новый образ. В его взгляде на секунду промелькнуло что-то пугающе горячее, заставившее его сглотнуть слюну.

— Тебя что... официально отстранили от штурмового крыла? — глухо, непривычно сиплым голосом проговорил он, продолжая удерживать меня на весу.

— Нет, — едва слышно, робко прошептала я, всё ещё растерянно пребывая в его руках и чувствуя, как щёки начинает обжигать румянец от такого пристального внимания.

— Тогда чего вырядилась? — тут же грубовато буркнул он, резко возвращая себе прежний надменный вид, и одним уверенным движением рывком поставил меня обратно на ноги.

На его разбитой щеке тускло поблёскивала багровая царапина.

— У меня просто временное... э-э... в общем, пока я не занимаюсь на общем плацу по состоянию здоровья, — торопливо проговорила я, поспешно отстраняясь от него, оправляя измятый подол платья и делая осторожный шаг назад.

Разворачиваясь на каблуках своих лёгких сандалий, я поспешила торопливо зашагать дальше по коридору — ровно туда, куда изначально и направлялась, стремясь поскорее скрыться от его сканирующего взора.

— Жаль, — внезапно полетел мне в спину его тихий, хриплый и непривычно искренний возглас.

Я на секунду замерла, но оборачиваться не стала, лишь крепче сжав пальцами ткань юбки.

Я медленно подошла к двери отцовского кабинета, сделала глубокий вдох, пытаясь унять колотящееся после встречи с Ральфом сердце, и вежливо постучала. Не дожидаясь ответа, я потянула за ручку и сделала шаг внутрь, но тут же резко замерла на пороге, так и не успев закрыть за собой створку.

В кресле напротив моего отца сидел незнакомый мужчина.

От одного его вида у меня в буквальном смысле перехватило дыхание. Он казался ожившим призраком из тех самых пограничных легенд о ледяных скалах Севера. Невероятно бледный, с точённым, аристократичным лицом и пронзительным, холодным взглядом, он был полностью одет во всё белоснежное — элегантный жемчужный костюм и шёлковую рубашку. Но сильнее всего поражали его волосы: длинные, густые серебристо-белые пряди водопадом спускались по его плечам, мягко развеваясь от едва уловимых, морозных потоков воздуха, витавших вокруг него. От этого незнакомца в душном кабинете повеяло чистейшим горным воздухом и свежим снегом.