Кэти Ди – Помню ради тебя (страница 9)
— Так тебе и надо, идиотина! — яростно прошипела Катька.
И перед тем как с концами вылететь с кухни, она со всей дури швырнула в меня яблочным огрызком, который прилетел мне аккурат прямо в лоб.
— И так подруг никогда не было, а ты еще и единственную нормальную девчонку умудрился спугнуть! — крикнула она уже из коридора, со слезами на глазах.
— Ну и грош цена такой подруге, раз она от пары слов сваливает! — гаркнул я ей вслед, потирая ушибленный лоб.
Но стоило Катьке с грохотом захлопнуть дверь своей комнаты, как на кухне воцарилась дурацкая тишина. Я стоял один у стола, и этот мерзкий, липкий осадочек после разговора всё никак не проходил. Слова этой Леси про унитаз до сих пор намертво стояли в ушах, знатно ущемляя моё самолюбие. Я со злостью швырнул грязную тарелку в раковину. А ведь если включить мозг и подумать без психов… эта пигалица на том конце провода была абсолютно права. И я действительно повел себя как последний идиот.
4.
Среда встретила Москву мелкой изморосью, но мне было абсолютно плевать на погоду. Марат уехал на какую-то важную предсезонную встречу своего мотоклуба, поэтому до Покровки я добиралась на обычном городском автобусе. Чтобы хоть как-то скрасить унылую дорогу, я набрала Полине по видеосвязи. Сестра как раз уныло плелась в сторону своего медицинского института и вовсю проклинала весь мир.
— Лекса, это просто грёбаный геноцид против стиля! — сокрушалась она в экран, кутаясь в куртку. — Зачем я вчера скупала эти мини-юбки, если поверх них я обязана напяливать этот уродливый, длинный белый халат?! Из-под него вообще ничего не видно! А эта медицинская шапочка? Она же намертво приминает мои волосы и делает из меня какого-то плешивого, абсолютно лысого Шляпника!
Я лишь заливисто смеялась на весь полупустой автобус, слушая её модные страдания. Поля в своем репертуаре: даже спасение человеческих жизней у неё должно было проходить строго по канонам миланских подиумов.
Уже на подходе к главному корпусу Вышки я издалека заметила в толпе Катю. Быстро завершив разговор с сестрой и пообещав ей прислать фотку «лысого Шляпника» для поднятия настроения, я ускорила шаг и громко поздоровалась.
Катя резко обернулась. Под её глазами залегли едва заметные тени, а в руках она сжимала свой ежедневник так, словно это был её единственный спасательный круг. Стоило ей увидеть меня, как она тут же начала судорожно оправдываться:
— Лекса, боже, прости за вчерашнее! Мне так стыдно, ты бы знала! Этот мой старший брат… он просто невыносимый козел, честное слово! Влез в наш разговор, наговорил тебе кучу гадостей, отобрал телефон… Я думала, ты после такого вообще со мной разговаривать перестаешь!
— Да ладно тебе, брось, — я тепло улыбнулась и мягко приобняла Катю за плечи, увлекая в сторону стеклянного атриума. — Всё нормально, я не обиделась. На самом деле, твой брат в чем-то прав. Если тебе действительно нужна помощь, мы обязательно со всем справимся вместе. Расскажи лучше, что у тебя со здоровьем? Всё так плохо? Это что-то хроническое, да?
Катя тяжело вздохнула, её плечи как-то обреченно опустились, а на глаза навернулись искренние, горькие слезы.
— Нет, не хроническое, — тихо, почти шёпотом проговорила она, шмыгая носом. — У меня просто… абсолютно неконтролируемое обжорство. Любое волнение, сильный стресс, обида или вообще любой непонятный пустяк — и я сразу начинаю есть. Просто заглатываю всё подряд, вообще не замечая, сколько и чего съела. Мама в том году водила меня к какому-то дорогому психологу, но там всё глухо. Вообще никакого толку, только деньги зря выкинули. Я уже просто не знаю, что делать…
— Эй, ну ты чего? Ну-ка отставить слезы! — я легонько сжала её ладонь. — Давай договоримся так. Моя мама во всей этой теме, так сказать, разбирается гораздо больше многих врачей. И в свое время… слушай, как бы тебя сейчас не обидеть, но давай будем предельно честны друг с другом, ладно? Я терпеть не могу врать. Моя мама в молодости тоже была очень даже в теле. И, если уж совсем откровенно, она была гораздо больше тебя в объемах.
Я наглядно показала руками в воздухе внушительные масштабы, и Катя удивленно округлила глаза.
— Да-да! — рассмеялась я, пытаясь её приободрить. — И я сама родилась настоящим, кругленьким таким поросенком, не зря же меня дома до сих пор Пятачком зовут. Но у мамы план всегда был один, и он чертовски прост: ты спокойно съедаешь ту порцию обычной еды, которая реально необходима твоему организму для нормальной жизни, а всё остальное — это просто баланс энергии. Ты чем вообще обычно занимаешься в свое свободное время?
— Э-э-э… читаю, — растерянно захлопала глазами Катя.
— А еще?
— Ну, музыку в наушниках слушаю.
— А бег по утрам, вечерам или вообще хоть какой-то спорт в твоей жизни есть?
— Нет, — Катя уныло покачала головой.
— Вот! Именно в этом и проблема. Тогда давай добавим в твою рутину нормальный спорт. Будем бегать по вечерам. Утром перед парами — это вряд ли здорово, только организм замучаешь. А вот перед сном навернуть пару-тройку кругов около дома — это просто супер. Очищает голову от любого стресса лучше любых психологов.
Катя неожиданно замерла и удивленно вздернула свои пухлые брови:
— Около дома? Прямо вокруг него, что ли?
— Ну да, — я пожала плечами. — А что такого? Там же нормальное расстояние должно быть. Блин, Кать… у тебя что, огромный частный дом, да?
Катя смущенно и как-то виновато кивнула головой.
— Ну, тогда будешь пробегать полдома! — заливисто рассмеялась я на весь коридор, и Катя, заразившись моим весельем, наконец-то тоже громко и облегченно заиграла улыбкой.
— Давай так: мы будем заранее четко договариваться о времени и бегать вместе, — предложила я Кате, пока мы шли по длинному коридору. — Для полной реализации идеи — прямо во время пробежки будем на созвоне, по наушникам. Чтобы вообще никто из нас не филонил и не придумывал глупых отговорок! Сначала начнем понемногу, чисто чтобы мышцы разогреть, а с каждым разом будем по чуть-чуть прибавлять нагрузку. Плюс ты на плавание записалась — это тоже безумно здорово. Если хочешь, я тоже перепишусь и запишусь на бассейн вместе с тобой.
Катя удивленно замерла, а потом радостно и согласно закивала головой.
— Отлично, тогда нахрен этот волейбол! — решительно проговорила я.
Катя от такой моей внезапной дерзости заливисто рассмеялась. Она буквально набросилась на меня с объятиями, то и дело горячо шепча слова благодарности.
— Я маме сегодня вечером обязательно позвоню, — продолжила я, аккуратно высвобождаясь из её крепких объятий. — Она подробно распишет, что в таких случаях нужно кушать и как правильно разделять продукты по зонам — ну, как она там это называет, «правильная тарелка». На самом деле, даже при самом строгом правильном питании можно спокойно кушать любимые конфеты. Главное — просто укладываться в суточную норму калорий. Поначалу, конечно, будет сложно. И сто процентов будут срывы, Кать. Но ты ни в коем случае не должна себя за это ругать. Просто скажи самой себе:
Я забавно и смешно изобразила эту сцену лицом, наглядно показывая: мол, идите все нахрен, кому что-то не нравится в моей тарелке. Катя снова прыснула со смеху.
— А твой брат… — я на секунду примолкла, вспоминая его вчерашний ледяной, хамский наезд по телефону. Внутри до сих пор всё закипало, но ради Кати я заставила себя успокоиться. — Он просто по-своему переживает за тебя. Козел, конечно, но переживает.
Пока мы так увлеченно болтали у дверей аудитории, Катю кто-то громко окликнул со спины.
— Ой, прости, я на секунду отойду, — виновато обернулась она ко мне.
— Конечно, — улыбнулась я, провожая её взглядом.
Сама же я привычным маршрутом направилась к широкому подоконнику и, устроившись поудобнее, сразу открыла книжку. Но погрузиться в чтение мне не дали.
— Привет, малявка, — неожиданно раздалось над головой, и кто-то высокий буквально навис надо мной, закрывая свет.
— Э-э-э… — я растерянно посмотрела на парня, судорожно вспоминая, где я могла его видеть.
А потом, решив не гадать, просто достала из черной сумки свой лавандовый ежедневник и открыла страницу с жирными записями. Парень терпеливо ждал.
— Ты Максим, верно? — уточнила я, найдя нужную строчку.
— Да, — улыбнулся он, с любопытством наклоняясь прямо над моим планером и пытаясь рассмотреть, что там написано. — Ты что, реально меня туда записала? Неужели так понравился?
— Нет, просто я иногда всё забываю, память плохая, — абсолютно спокойно, без капли кокетства проговорила я. — Ты что-то хотел?
Максим снова заливисто рассмеялся, забавно вертя головой от моей непрошибаемости:
— Да нет, ничего такого. Просто поздороваться подошел, увидел тебя одну.
— Ладно, — кивнула я, закрывая ежедневник. — Привет.
Но продолжить разговор он так и не успел — по коридору эхом разнесся оглушительный звонок на пару.
— Ладно, потом поговорим, — быстро сориентировался Максим.
Он ловко сунул мне прямо в руку какую-то сложенную бумажку, тепло улыбнулся и добавил на ходу:
— Набери мне. Ну или спишемся позже.
— Зачем это?! — удивленно крикнула я ему в спину, растерянно разглядывая внезапный презент, пока он быстро уходил по коридору в сторону лестницы.
— Просто набери, ладно? — обернувшись на секунду, бросил он и окончательно скрылся в толпе студентов.