Кэти Ди – Полукровка: Последняя из рода «Зов Крови» (страница 7)

Мать медленно обвела присутствующих тяжелым взглядом, который в итоге остановился на мне.

– Для этой роли не подойдет обычная ведьма, – чеканила она каждое слово, словно вбивала гвозди. – Нам нужна достаточно юная, чтобы не вызывать подозрений у гвардейцев, но при этом безупречно владеющая клинком. Нам нужен «невидимый убийца», способный не только подслушивать за портьерами, но и мгновенно устранить любого, кто встанет на пути нашего плана.

– Кияна, – произнесла я после недолгих раздумий, и это имя повисло в напряженном воздухе зала. – Она на пару лет младше меня, но не позволяйте её возрасту обмануть вас. Всё своё свободное время она проводит не за гаданиями, а в подвалах, изучая баланс клинков и остроту стали.

Спустя несколько минут тяжелые двери столовой отворились, и в комнату ввели девушку. На первый взгляд она казалась почти прозрачной: тонкая, хрупкая фигура, смоляно-чёрные волосы, обрамляющие неестественно бледное, миловидное личико с большими глазами. Она выглядела как фарфоровая кукла, пока взгляд не опускался на её уверенную походку и мозоли от рукояти меча на ладонях.

Мать и Амарана вкратце изложили ей суть задания – шпионаж, диверсия, кровь. Кияна слушала молча, лишь едва заметный блеск в её тёмных глазах выдавал азарт.

– Я согласна, – коротко кивнув в знак согласия, она развернулась и так же бесшумно, как и вошла, покинула зал, чтобы собрать свои вещи для смертельно опасного похода в Камелот.

Когда гул голосов в зале наконец стих и ведьмы разошлись, тяжёлое предчувствие бури повисло в воздухе. Я понимала: медлить нельзя. Подготовка «травяной бомбы» требовала предельной точности, и я сразу направилась к себе. Сбросив платье, я переоделась в удобный облегающий костюм и накинула глубокую чёрную мантию – идеальный камуфляж для ночных вылазок. Мой путь лежал к старым, почти забытым болотам. Стоило мне выйти за порог, как меня поглотил древний, непроходимый лес. Деревья здесь стояли так плотно, а их кроны были настолько густыми, что за этой живой стеной совершенно не было видно заката – лишь густеющие тени. Я долго бродила среди коварных топей, отыскивая редкие, пахучие травы, которые станут сердцем нашего взрывного состава. Только когда мешочек на поясе отяжелел от нужных кореньев, я повернула назад. Вернувшись, я смыла с себя болотную грязь, переоделась и с тяжелым сердцем направилась на ужин, где тишина обещала быть не менее напряженной, чем недавние крики.

Едва я ступила на нижнюю ступеньку лестницы, как меня захлестнула волна чужой ярости. Голоса внизу не просто спорили – они рвали тишину в клочья.

– Алара, признай очевидное: твоя дочь абсолютно бесполезна! – голос Амараны, пропитанный ядом, эхом разлетался по холлу. – Она – слабое звено, которое планомерно уничтожает всё, что мы строили годами. Один её неверный шаг – и наши планы превратились в прах.

– Это не так, – в голосе матери прорезались властные, грозные нотки, но в них слышалась натянутая струна. – Она ещё может принести пользу ковену.

– Давай начистоту! – Амарана почти рычала, и я буквально видела, как вокруг неё сгущается тёмная энергия. – Мы отправили её в самое сердце врага с миссией, от которой зависели наши жизни. Наша свобода. И что в итоге? Она не просто провалилась – она подставила под удар каждую из нас! Она привела смерть к нашему порогу! Что, если они узнают, кто она?

Наступила секундная тишина, а затем я услышала тихий, надломленный голос матери, в котором сквозило ледяное разочарование: – Она ещё слишком глупа … и безнадёжно неопытна.

Эти слова обожгли меня сильнее любого проклятия. Громко откашлявшись, я вышла из тени, заставив их обеих вздрогнуть и обернуться. Мой взгляд встретился с глазами матери, но я быстро перевела его на верховную ведьму.

– Прошу прощения, что прерываю вашу столь содержательную дискуссию, – мой голос сорвался на угрожающий рык. – Но я уже в том возрасте, когда способна сама нести ответственность за свои поступки. Если у вас есть претензии ко мне, Амарана, высказывайте их мне в лицо, а не моей матери.

Амарана медленно обвела меня взглядом, в котором читалось бесконечное презрение.

– Что ж, Таллин, если ты так жаждешь правды, я повторю её тебе: ты безнадёжна. В тебе нет ни капли той силы и хитрости, что нужны истинной королеве. Ты – досадная ошибка в нашем сценарии. Позор клана.

Я почувствовала, как внутри закипает первобытная злость. Я сделала шаг вперёд, и мой голос прозвучал тише, но гораздо опаснее: – Может быть, вы и правы. Я могу быть бездарной в ваших глазах. Но запомните одно: если я не надену эту корону, то и короля у этого государства не будет. Я уничтожу всё, прежде чем вы успеете наложить на него свои руки. Фыркнув от ярости, я оставила их стоять в оцепенении, чувствуя, как за моей спиной разгорается новый пожар. Аппетит исчез бесследно, вытесненный горьким привкусом унижения.

Оставив ведьм переваривать мою дерзость, я почти бегом поднялась к себе и, не зажигая огня, рухнула на кровать. В комнате царил полумрак, но в моей голове бушевал настоящий шторм. Я чувствовала, как злость, словно раскалённый свинец, разливается по венам. Перед глазами стояло лицо Алана – чёртов Алан! Это из-за него всё пошло прахом. Его холодность, его игнорирование … он стал тем камнем, о который разбилось моё будущее, и теперь из-за него меня мешают с грязью в собственном доме.

– Они ещё будут умолять меня, – прошептала я в пустоту, сжимая кулаки так, что ногти впились в ладони. – Они думают, что я – бесполезная пешка? Они ещё не знают, на что способна загнанная в угол ведьма.

Мысли метались от жажды мести к ледяному расчёту. Обида на мать и презрение Амараны сплелись в одно ядовитое желание. Если мир, который они строили, не примет меня как королеву, значит, этого мира не должно существовать вовсе.

– Я уничтожу Донброес! Сравняю с землёй! – эта клятва прозвучала тише вздоха, но в ней было больше магии, чем во всех заклинаниях ковена. – Раз и навсегда. Я сотру это королевство с лица земли, и пусть оно станет моим прощальным костром. Если мне не суждено править этим местом, я стану его погибелью.

глава 4

“Королевство Донброеса”

Каталина

Я замерла перед зеркалом на дверце шкафа, пытаясь разглядеть в отражении ту, кем я становлюсь. Комната уже наполнилась мягким утренним светом, который просачивался сквозь тонкую ткань штор и рассыпался по полу ломаными золотистыми узорами. Мои пальцы то и дело поправляли юбку, разглаживая несуществующие складки, но внутреннее недовольство не проходило. Я хмурилась, вглядываясь в детали: всё казалось правильным, но в то же время – чужим. Чего-то не хватало для финального штриха.

– Значит, ты всё-таки решилась на радикальные перемены? – донёсся до меня ленивый голос Эмб.

Она по-хозяйски расположилась на моей кровати. Книга в её руках изредка шуршала страницами, а сама подруга выглядела совершенно расслабленной, хотя я кожей чувствовала её любопытство. В её глазах, прикрытых напускным безразличием, горел живой интерес к моему «эксперименту».

– Не совсем, – бросила я в ответ, продолжая вертеться перед зеркалом в поисках того самого идеального ракурса.

Эмб не выдержала: отбросив книгу, она одним гибким движением соскочила с кровати и оказалась за моей спиной. Её внимательный взгляд скользнул по мне снизу вверх, она чуть склонила голову, словно оценивая произведение искусства. На её губах заиграла едва заметная улыбка, и она, подавшись вперёд, нежно заправила за ухо непослушную прядь, которая успела выбиться из моей причёски.

– Выглядишь отлично, – она одобрительно кивнула, и в её голосе прозвучала та уверенность, которой мне сейчас так не хватало. – Так, какие у нас на сегодня грандиозные планы?

Я невольно отвела глаза, и весь мой боевой настрой мгновенно улетучился. Тяжело вздохнув, я уставилась на свои носки, чувствуя, как внутри всё сжимается от неприятного предчувствия.

– Рой вызывал меня к себе, – призналась я, почти переходя на шёпот. – Он всё ещё в ярости из-за того случая … Формально, я ведь его не обманывала. Ну, не совсем. Я просто … Недоговорила.

Эмб отреагировала в своём репертуаре: она издала страдальческий стон, так театрально закатив глаза, будто я только что сообщила о конце света, и всплеснула руками.

– У-у-у, дорогая … – протянула она с ехидной искрой в глазах. – Ну, раз на повестке дня экзекуция в кабинете босса, может, стоит сменить тактику? Надень что-нибудь более … откровенное?

– Он просто посмотрит на тебя, оценит этот безупречный вид и в ту же секунду напрочь забудет, зачем вообще тебя вызывал на ковёр, – выдала она с такой уверенностью, будто мой гардероб обладал магической силой стирания памяти.

– Ты просто невозможна, – я не сдержала усмешки и в унисон ей закатила глаза. Но затем я присмотрелась к ней повнимательнее, и подозрение кольнуло меня.

– И вообще, посмотри на себя: юбка едва прикрывает … а блузка? С таким вырезом, что дух захватывает. Ты ведь нарядилась ради встречи с Кэем, признавайся?

– Конечно, нет! – Эмб отреагировала мгновенно. Она вспыхнула так ярко, что густой румянец залил её лицо от самой шеи до кончиков ушей. Она шутливо пихнула меня локтём в бок, пытаясь изобразить возмущение, но я успела поймать этот жест: как она невольно коснулась волос, поправляя и без того идеальную причёску, и как её губы тронула мечтательная улыбка.