Кэти Ди – Дитя Баланса (страница 14)

Эйлизия, лежавшая между ними, тихо и невероятно заразительно рассмеялась, повернув голову к подругам. Её лазурный и красный глаза весело заблестели на солнце.

— Медик-отравитель — это что-то новенькое, Люська, — пошутила наследница Середины, подпирая щеку ладонью. — А у меня эти две недели прошли под девизом «тотальный домашний арест». Мой старший брат Майлз... девочки, это не человек, это ходячий радар военного назначения. Он буквально не спускал с меня глаз!

Эйлизия картинно вздохнула, вспоминая бесконечные нотации брата в Дворце Слияния, которые на Земле так удачно маскировались под обычную братскую гиперопеку.

— Я пытаюсь тихонько выскочить из дома, чтобы просто пройтись по магазинам, а он уже стоит в дверях скрестив руки: «Куда? С кем? Зачем тебе три пары новых носков? Земля — опасное место, там кругом криминал и неадекватные блондины!». Я ему говорю: «Майлз, отвали, мне девятнадцать лет, я могу сама купить себе носки без твоего элитного конвоя!». Короче, я от него еле сбежала сегодня, соврала, что у меня внеочередная лекция по римскому праву в библиотеке. Если он узнает, что я на пляже, он мне устроит такую «презумпцию виновности», что я до конца лета из комнаты не выйду.

— Ну, твой братец, судя по описанию, настоящий суровый полковник, — хохотнула Тарана, переворачиваясь на бок и поправляя солнцезащитные очки. — Ему бы у нас в Аду легионами командовать, цены бы парню не было. Ладно, фиг с ними, с братьями и преподами. Главное — мы вырвались!

Но когда ленивые разговоры о студенческой жизни иссякли, над шезлонгами повисла плотная, выжидающая тишина. Шок от боя в парке и побега из клуба никуда не делся. Пора было снимать маски. Секретов больше не существовало, и девочки решили полностью, без утайки рассказать друг другу, кто они есть на самом деле.

— Ладно, святоши и юристки, — Тарана первая нарушила молчание, приподняв солнцезащитные очки и повернув голову к подругам. — Хватит строить из себя невинных овечек. Раз уж мы две недели назад чуть не отправили двух ублюдков на тот свет, а потом Юлька… то есть Эйли, заковала какого-то мажора в VIP-комнате, пора выложить карты на стол. Я начну, мне скрывать надоело.

Демоница глубоко вздохнула, усаживаясь на шезлонге и обнимая колени.

— Меня зовут Тарана. И я не просто студентка из общаги. Я Высшая Демоница из Ада. Мой отец — один из генералов Бездны, а вся эта моя «учеба на бизнесе» на Земле — просто предлог, чтобы сбежать из нашего Железного Города. Там всё пропитано жестокостью, приказами и серой. Музыка — это единственное, что спасает меня от желания разнести там всё к чертям. Когда я увидела тех уродов в парке, у меня кровь закипела. Это были Баалтор и Малфас — самые мерзкие твари из наших подземных застенков. Они как-то сбежали, и за ними на Землю точно отправили ищеек Сатаны. Когда я увидела твою рапиру, Люська, я чуть не рухнула. Думала, мне конец.

Люси тоже села на своем шезлонге, её фарфоровая кожа слегка порозовела от волнения. Она робко посмотрела на Тарану, а затем на Эйлизию.

— А я… я Люси, — тихо, но уверенно произнесла ангел, поправляя волосы. — Я Серафим. Высший Ангел из Рая. Мои наставники веками учили меня, что демоны — это абсолютное, безжалостное зло, которое нужно уничтожать без капли жалости. В мединститут я пошла, потому что в Раю всё слишком… мёртвое и идеальное. Там нет настоящих чувств, только холодный Порядок. А мне хотелось лечить, помогать, чувствовать жизнь. Когда мы познакомились на концерте, я была уверена, что вы люди. И мне было так хорошо с вами! А в парке… я просто испугалась за вас. Моя рапира соткалась сама, потому что я хотела защитить своих первых настоящих друзей. Тара, когда я узнала, что ты из Ада, мне сначала стало страшно. Но потом я вспомнила, как ты делилась со мной вафлями… и поняла, что мне плевать, откуда ты. Ты моя подруга.

Тарана от этих слов смущенно хмыкнула, пряча глаза за очками, но на её губах появилась теплая улыбка. Девочки одновременно повернулись к Эйлизии, которая лежала между ними.

Эйлизия медленно поднялась, её гетерохромные глаза сейчас были открыты, так как на пляже никого не было. Она посмотрела на Ад и Рай, которые сидели по обе стороны от неё и мирно разговаривали. Внутри неё разлилось чувство гордости за свою Середину.

— Ну, теперь моя очередь, — Эйлизия мягко улыбнулась, убирая выбившиеся пряди с белыми концами за уши. — Девочки, я не из Ада и не из Рая. И я не полукровка в привычном понимании. Мой мир называется Середина. Это скрытое измерение абсолютного Баланса, где время течет по своим законам, а на небе одновременно сияет солнце и горит бордовая луна. А я… я дочь Правителя Середины и наследница престола. Мои крылья с черными лезвиями и когтями — это уникальный дар нашего мира.

Эйлизия посерьезнела, и в её голосе появились монолитные ноты Баланса:

— В день моего 18-летия отец рассказал мне, почему Ад и Рай так отчаянно боятся моего существования. Есть древнее пророчество. Мои крылья — это единственное оружие во вселенной, способное физически лишить бессмертия и убить Сатану или Высших Архангелов. Для них я — смертный приговор. Если ваши правители узнают, КТО я, они пришлют армии, чтобы срезать мои крылья под самый корень. Именно поэтому я обязана идеально прятаться. А тот парень в клубе… девочки, от него вело такой удушающей, чистокровной силой Ада, что я сразу поняла: он пришел за мной или за теми беглыми демонами. Я запаниковала, подыграла ему, пристегнула наручниками к кровати и сбежала, чтобы выиграть для нас время.

В воздухе над пляжем повисла оглушительная тишина. Тарана и Люси сидели, буквально открыв рты от масштаба услышанного. Робкая студентка-юристка «Юля» оказалась Дитём Пророчества, способным уничтожить богов.

— Офигеть… — наконец выдохнула Тарана, восхищенно качая кошачьим хвостом под иллюзией. — Юрист, да ты у нас ходячий ядерный чемоданчик! Наручники на Высшего Демона — это было гениально. Слышь, Люська, выходит, мы дружим с самой опасной девчонкой во всех измерениях?

Люси не выдержала, соскочила со своего шезлонга и крепко, до хруста обняла Эйлизию за шею, утыкаясь носом в её плечо.

— Мне всё равно на пророчества, Эйли! — горячо зашептала ангел. — Мы никому тебя не отдадим. Ни Раю, ни Аду. Теперь, когда мы знаем правду, мы будем защищать тебя вместе. Правда, Тара?

— Еще бы, — Тарана поднялась, подошла к ним и со своей грубоватой нежностью обняла обеих девчонок своими сильными руками. — Если эти птицы или наши обсидиановые рогачи сунутся к тебе — мы устроим им такое слияние миров, что они свои нимбы и копыта до конца вечности собирать будут. Мы — банда, девчонки. Отныне и навсегда.

Три подруги стояли в обнимку на золотистом земном пляже под ласковыми лучами летнего солнца. Великая тайна была раскрыта, и эта правда не разделила их, а сплотила прочнее любых магических клятв. Они были готовы встретить любую бурю лицом к лицу.

****

Проекция прошлого: Год назад…

Кабинет Правителя Середины Ориона находился в самой высокой, уединенной башне Дворца Слияния. Это монументальное помещение казалось высеченным прямо из первозданной ткани самого Баланса. Стены здесь состояли из чередующихся монолитных плит — сияющего белого кварца и глубокого, поглощающего свет черного алмаза. На полированном полу из серого дымчатого обсидиана лежали тяжелые ковры из шерсти мифических туманных зверей Середины. Мебель была брутальной, высеченной из цельного темного дерева, а на массивных полках покоились тысячи древних, окованных платиной свитков на языках, которые вымерли еще до создания человеческого рода.

В кабинете не было светильников. Всё пространство освещалось во всю стену панорамным окном без стекол. Из него открывался потрясающий и одновременно пугающий вид на расколотый пополам небосвод Середины.

Орион, Правитель Баланса, сидел в своем монументальном кресле, слегка откинувшись на спинку и сцепив длинные пальцы в замок перед лицом. Мужчина выглядел величественно и сурово, как само время. Черты его лица казались безупречными, словно их высек из мрамора гениальный скульптор, но в них сквозила вековая, неподъемная усталость. Его глаза — как и у всей Высшей касты — были абсолютно черными, бездонными омутами, лишенными белков и зрачков, в которых, казалось, медленно вращались далекие галактики. За его спиной, плотно прижатые, застыли два огромных крыла: левое — ослепительно-белое, перьевое ангельское крыло Рая, правое — кожистое, иссиня-черное демоническое крыло Ада со сверкающим шипом на сгибе.

Эйлизия сидела напротив него на невысоком стуле, утопая в его жестких бархатных подушках, и её сердце бешено, испуганно колотилось в груди. Восемнадцатилетняя наследница, одетая в простое домашнее фиолетовое платье, судорожно сжимала пальцами ткань на коленях. Её гетерохромный взгляд — один лазурный, второй кроваво-красный — неотрывно следил за отцом. Ей было жутко. Она с детства знала, что отличается от брата Майлза и всей гвардии, но сегодня, в день её совершеннолетия, атмосфера в кабинете была настолько тяжелой, что воздух казался липким и холодным.

Орион медленно повернул голову к окну, устремив свои черные бездонные глаза на гигантскую, пылающую бордовую луну, которая в этот час правила на темной стороне неба, швыряя на обсидиановый пол кабинета длинные, кроваво-красные отблески.