Кэт Линн – Анушка (страница 11)

– Ваше Величество. – Анна сделала глубокий реверанс, опустив голову.

– Дитя мое, не стой на пороге, подойди. – Мария Александровна сидела в кресле у окна, она не вставала. На столике перед ней стояли две чашки и фарфоровый чайник.

– Вы хотели меня видеть? – Анна подошла ближе и посмотрела на Императрицу.

– Да. Мы с тобой тогда так и не попили чай. Присядь. – Мария Александровна улыбнулась снова. Анна тоже не смогла спрятать улыбку, понимая, что это будет простая беседа наедине, ведь в покоях больше никого не было.

– Ты была у матушки?

– Да, вернулась недавно. – Анна помогла Императрице разлить чай по чашкам, когда заметила, как задрожал чайник в ее руках.

– Как Елизавета Петровна? Не собирается в Петербург?

– Пока нет, граф Валуев помогает ей с делами, которые накопились.

– Я так понимаю, дел много? – Мария Александровна улыбнулась, сделав небольшой глоток чая.

– Кажется, да.

– Александр Николаевич сказал, что граф Валуев просил за тебя? Ты едешь в Киев?

– Да, на два года. – кивнула Анна, почувствовав тоску, говорить на эту тему было больно и тяжело.

– Это прекрасный шанс получить образование, Киевские высшие курсы будут одними из престижнейших, я знаю профессоров, которые там будут преподавать.

– Я в этом не сомневаюсь, Ваше Величество.

– Что-то не слышу радости. Ты не хочешь туда ехать? – Мария Александровна отставила чашку с чаем в сторону и внимательно посмотрела на Анну.

– Не знаю, не хочу покидать Петербург, да и маменька будет далеко.

– Граф Валуев хочет для тебя хорошего будущего, он очень просил Государя позволить тебе обучаться.

– Знаю, он и замуж меня выдать хочет сразу после обучения. – Анна не знала, нужно ли было это говорить Императрице, но выговориться хотелось. Может, она даст ей какой-то совет?

– Правда? Он уже нашел тебе подходящую партию?

– Нет, просто сказал, что когда мне исполнится восемнадцать, то я выйду замуж.

– Это же прекрасно. Уверена, что он подберет тебе достойного мужа. – Мария Александровна улыбнулась, а вот Анне было совсем невесело. Говорить про поляка и Варшаву она не стала – это будет лишним и вызовет ненужные вопросы, на которые ответить Анна не сможет.

– Я в этом не сомневаюсь, но хотелось бы выйти замуж по любви.

– Ох, деточка, я тоже вышла замуж совсем юной, мне тогда казалось, что это навсегда. Да, я знала, что мой супруг влюбчив, как и все Романовы, но он относился ко мне так, что я даже представить не могла, что когда-нибудь мы будем просто супругами – решать лишь дела наших детей, нашей страны. Между нами давно нет страсти, которая была когда-то, мы давно не смеемся, как влюбленные, не держимся за руки, не шепчемся о чувствах, не спим в одной постели. Все это прошло, но мы уважаем друг друга, любим, но уже не так, как раньше. Чем сильнее ты любишь, тем больнее потом понимать, что не любят тебя. Иногда я задумываюсь, как бы все сложилось, не будь я так влюблена в Александра Николаевича.

– Вы обижены на него? – Анна покраснела, поняв, что задала некорректный вопрос. Мария Александровна лишь улыбнулась, но ответила.

– Мне было больно, вот тут. – она приложила ладонь к груди, задержав ее в таком положении довольно надолго.

– Но это его выбор, я понимаю его натуру, и принимаю ее. Да, и что тут ходить вокруг да около, я уже давно больна и скоро могу вообще перестать вставать с постели, но я рада, что подарила своему мужу детей, что подарила этой стране себя и достойного наследника. Надеюсь, Александр Николаевич тоже мне за это благодарен. А ведь когда-то он восхищался мной, моей смелостью и стойкостью, когда-то он говорил, что никто не будет в его жизни лучше меня. – Мария Александровна улыбнулась. Анна задумчиво смотрела на свою чашку с чаем, перекручивая в голове все слова, что сейчас услышала. Неужели, лучше не влюбляться? Неужели, любовь принесет лишь страдания?

– Любовь – прекрасное чувство, но оно порой приносит лишь боль. Конечно, испытать его в юности хочет каждый, но нужно понимать и последствия, ведь никто не знает, как сложится жизнь. – Императрица замолчала. Анна тоже не знала, что говорить, и нужно ли. Спустя минуту, или даже две, тишины, Мария Александровна снова заговорила.

– Павел говорил о тебе. – говорила она как-то осторожно, будто это было какой-то тайной, или тем, чего Анне знать вовсе не следует. Внутри что-то сжалось от этих слов, и Анна удивленно посмотрела на женщину.

– Обо мне? – выдохнула Анна, не поверив до конца в услышанное.

– Да, он говорил, что ты прекрасно ладишь с младшими детьми Александра Николаевича. Сказал, что общался с ними. – Мария Александровна наблюдала за девушкой, щеки которой почему-то начали пылать. Да, она так и знала, что Павел не просто так упоминал Анну в разговорах, она прекрасно знала своего сына и его любвеобильность. Хотелось предостеречь эту юную душу от боли, хотелось уберечь это сердце, чтобы его никто не разбил.

– Да, это было в саду перед моим отъездом.

– Павел очень влюбчив, как и его брат, как и его отец. – тихо произнесла Мария Александровна. Анна вспыхнула еще сильнее, она не ожидала такого резкого перехода беседы. Неужели, Павел не просто так говорил с матерью о ней?

– Почему вы мне это говорите?

– Ты умна не по годам, и должна понимать, что связь с великими князьями лишь погубит твою репутацию, и тебя саму.

– Но я не… – Анна не успела договорить. Мария Александровна помотала головой, давая понять, что эта тема будет закрыта и продолжать ее нет смысла. Все уже было сказано.

– Расскажи о поездке в поместье. – Императрица улыбнулась. Да, она ловко поменяла тему разговора. Анна не стала спорить и что-то выяснять, но думать о том, что услышала, не переставала, даже когда рассказывала о своей поездке домой.

После чаепития с Императрицей прошло два дня. Анна до сих пор думала о словах, что услышала, особенно о связи с Павлом, которой быть не должно, именно это имела в виду Мария Александровна. И да, Анна это прекрасно поняла тогда. Но что делать, если мысли и чувства хотят иного? Столько думать ей на такие интересные темы до этого не приходилось. Кажется, даже сны ей снились о Варшаве, о Киеве, о муже, о матери и графе Валуеве, о Павле, о детях Екатерины Михайловны, об Императрице и чаепитии с ней. Анна мучила себя раздумьями и терзаньями – она не хотела уезжать, она не хотела всего, что готовил ей ее дед. Как этого избежать?

Анна вышла в сад после полудня, должна была прибыть Софья и хотелось с ней быстрее увидеться и все рассказать. Пасмурное небо нависло над Петербургом с самого утра, но дождя не было. Воздух был наполнен прохладой и влагой, хотя дышать было легче, чем в последние дни жары. В саду почти никого не было. Лишь у фонтана Анна заметила трех мужчин, они тихо что-то обсуждали. Мужчина справа был высок, подтянут, в мундире темно-синего цвета, он был явно из кабинета министров, по крайней мере, именно эти чины так одевались. У министра были темные волосы, хотя кое-где уже виднелась седина, как и в густых усах на его лице. На вид мужчине было слегка за сорок, он улыбался и выглядел добрым. Анна перевела взгляд на мужчину, что стоял слева – напротив министра – он был ростом ниже своего собеседника, тучнее и приземистей. Седых волос заметно не было, хотя борода и усы придавали его лицу возраста, на первый взгляд ему можно было тоже дать больше сорока. Одет мужчина был в черный костюм, сюртук был застегнут на одну пуговицу, которая с трудом удерживала полы одежды на округлом животе. Анна посмотрела на третьего мужчину, хотя мужчиной его было трудно назвать – он был юн, ему было лет двадцать, не больше. Юноша был высоким, статным, с прямой спиной, широкими плечами, длинной шеей. Его лицо имело острые черты, выделялись скулы и острый нос. На лоб падали кудрявые темно-каштановые волосы, которые трепал легкий ветерок. Молодой человек держал руки в карманах брюк, его сюртук был расстегнут, как и рубашка под ним – на первые три пуговицы. Анна поняла, что в упор разглядывает юношу, который скучающе осматривал сад. Ему был неинтересен разговор мужчин, это было очевидно, поэтому он просто ждал, блуждая взглядом по летнему саду. Тут он заметил девушку, которая стояла по ту сторону фонтана и пристально смотрела на него. Анна поймала его взгляд и тут же смутилась. Что делать? Просто уйти? Она почему-то слегка кивнула, как бы извиняясь за свой интерес к его персоне. Юноша немного склонил голову вправо, и уголки его губ дернулись – это была улыбка, хотя даже больше походило на ухмылку. Анна поняла, что краснеет и тут же отвернулась, ища причину убежать. Как же вовремя появилась Софья! Она спасла ее от неловкой ситуации.

– Анна! Я так рада тебя видеть! – взвизгнула Софья, обняв подругу.

– Я тоже рада. – Анна улыбнулась, приняв объятия подруги и ответила на них.

– Я попросила приготовить нам чай, чтобы мы с тобой смогли спокойно поговорить. – подруга отстранилась и посмотрела на Анну, на лице которой было явное волнение, и оно тут же передалось Софье. Она нахмурилась.

– Что-то случилось?

– Да, мне столько нужно тебе рассказать. – вздохнула Анна, понимая, что ее все эти перемены уже не так сильно и беспокоят. Наверное, она уже просто с ними свыклась.

– Тогда, идем скорее? – Софья потянула подругу в сторону выхода из сада.