Кэсси Крауз – Потерянные Наследники (страница 3)

Он упрямо не давал обрабатывать свои разбитые в кровь костяшки, от чего раны воспалились, и пришлось некоторые из них вскрывать, чтобы выпустить гной. Так что недели полторы Адриан ходил с перемотанными руками, словно малыш, которому надевают рукавички, чтобы он не расчесывал оспины во время ветрянки. Конечно, без алкогольной интоксикации тоже не обошлось. Но так или иначе, спустя три недели Адриан снова стал собой.

А несколько недель назад мы прописали в нашей квартире Тайлера и постарались себе вообразить, что все минувшее было просто страшным сном.

Можно было только надеяться, что подружка Свята обыкновенная провинциалка, на которую никогда бы не клюнул мой брат.

Алина ждала нас после пар, задумчиво шагая взад и вперед по парапету перед главным корпусом университета. И, вот черт, она оказалась настоящей красавицей.

У неё были совершенно невероятные изумрудные глаза, обрамлённые густыми километровыми ресницами (причём своими). Острый вздернутый носик и щеки покрывал красивый геометрический рисунок веснушек, будто бы ее создатель измерил по линейке каждую, прежде чем разместить на лице. Алина была ниже меня на голову, хотя ноги, выглядывавшие из-под коротенькой курточки были стройными и длинными. Она сама была до того хорошо сложена, что я даже позавидовала этой пропорциональности. А густые рыжие волосы бежали вниз по спине, почти доходя до поясницы.

Какова же была вероятность, что этой безупречной внешности окажется достаточно, чтобы сердце Адриана перестало так болеть от одиночества, которое он так неумело от меня скрывал?

Я не знала тогда. Но 7 ноября именно я впустила эту девушку в наш дом.

Глава 3. Ром, блины и шоколад

Адриан

Тайлер смачно рыгнул и продолжил вытаскивать синтепоновые потроха из распоротого брюха игрушечной крысы. Руслан и Макс с сомнением взирали на это кровожадное убийство, восседая за барной стойкой со стаканами джина с тоником.

— Сколько он ещё будет дома сидеть? — Поинтересовался первый, дразня щенка куском фокаччи.

— Не давай ему мучное, Агата его на диету посадила, — отозвался я, строгая огурец, — у него вторая прививка через пару недель, после неё и пойдём.

— Самки, наверно, сами стелиться будут, перед таким то орлом, — Руслан довольно гоготнул, потом сполз со стула на пол, видимо, чтобы Тайлер принял его за своего, и, обдав щенка хмельными парами, пустил его в дикую пляску вокруг ломтика огурца.

Мы досматривали футбольный матч по телеку, когда стукнула входная дверь. Тайлер, всего секунду назад храпевший под диваном лапами кверху, подорвался и с пронзительным лаем помчался в прихожую встречать Агату. Цокот коготков по полу сменился мурлыканьем сестры, которая, я и с места не вставая, мог это утверждать, тискала щенка в своих объятиях. К ее голосу присоединились голоса Свята и Эллины, а по тому, в каком неистовом лае зашелся вдруг Тайлер, не трудно было догадаться, что в дом привели чужака.

Она была такой нелепой в своей коротенькой курточке ярко-розового цвета, а вязаная шапка с помпоном поверх охапки рыжих кудрей делали ее похожей на ребенка, которого Свят только что забрал из детского сада. Эллина тоже была рыжей, только полыхающая макушка делала ее настоящей бестией, концентратом сексуальности, которую в тайне или не очень в тайне хотели все мои друзья. Мы с ней даже переспали на первом курсе, но дальше дело не пошло. Да и рыжих в нашей семье не слишком любили. А эта девочка, да еще на фоне Агаты в кашемировом платье и дорогущем пальто, выглядела так, что сразу хотелось открыть благотворительный фонд ее имени.

Не скрывая ухмылки, я представился. Ее, кажется, звали Алиной.

Агата о чем-то трепалась с Эллиной, но гогот парней из кухни, всегда чрезмерно оценивавших юмор стендапа, оборвал ее на полуслове.

— Да-да, мы очень голодные, — закивал я на ее вопросительный взгляд.

Я точно мог сказать, что парни не налегали на заказанную еду только потому, что ждали возвращения домой Агаты. Как она наденет фартук поверх своего дизайнерского платья (в присутствии которого нам с Тайлером дозволялось дышать в сторону и находиться от Агаты на расстоянии минимум в 30 сантиметров), и начнёт замешивать тесто для оладий или блинчиков.

Руслан и Макс, как и любые из наших друзей, воспринимали Агату, как нечто идолоподобное и в то же время совершенно своё. Я не понимал, как ей это удавалось. Как можно было настолько идеально вписываться и одновременно преображать наше тотально мужское сборище. Даже Руслан в ее присутствии накладывал на свою речь фильтр, чтобы уберечь Агатины уши. Хотя сама Агата могла ругнуться так, что я потом сутки голову ломал, где она нахваталась таких выражений.

Руслан даже не глянул на цыпленка, которого притащил Свят, поскольку его вниманием тут же завладела Эллина. Макс попытался завязать с новенькой разговор, но желание потереться рядом с Агатой оказалось сильнее его навыков общения с незнакомками.

Девчонке было так неловко, что мне стало почти ее жаль. Забившись в угол за барным столом, она наблюдала за привычным вечером для нашей компании.

Агата по-хозяйски завладела пультом и врубила нам последний сезон Топ модели по-американски, заставив наблюдать, как волосатые парни соревнуются с девушками за лучший анфас на фотографии.

— Вот придурок! — Хохотнул полупьяный Руслан, — он реально плачет, что ему сбрили миллиметр волос?!

— Эй! Полегче, я за него болею, — огрызнулась Агата, размешивая яйца с мукой, не отрываясь от экрана.

— То-то он на Макса похож! Прям один в один! — Не унимался Руслан.

— Ты запачкался.

Агата сощурилась, а потом подошла к нам вплотную и махнула деревянной ложкой в сторону Руслана. Липкие капли врезались в его лицо под наш с Максом оглушительный хохот. Парень схватил ее за талию и легко перекинул к нам на диван с явным намерением защекотать до смерти. Из чувства мужской солидарности мы не могли к этому действу не присоединиться.

Вот за что пацаны боготворили Агату. Она была им другом. Потому что ни одна девушка, в которую ты влюблен по самые яйца, не потерпит такого панибратского к себе отношения. Да ты и сам его не допустишь. Я не знал, какой Агата была со своими жалкими ухажерами, но тут, вместе с нами, она точно была собой. Смеялась во весь голос, зажмурив глаза, визжала и кусалась при поддержке взбудораженного нашей возней Тайлера.

Наконец Агата выдохлась и начала икать от смеха. Макс поднял ее к себе на колени и протянул стакан с ромом.

Агата мгновенно его осушила и победно улыбнулась.

— Как ты можешь так хлестать этот шикарный напиток? Опять же нашвыряешься, — улыбнулся ей Макс.

— Сегодня она на стол не полезет, если ты об этом, — заверил я со смехом, — это шоу у нас только после голубой лагуны начинается.

Агата беззлобно пихнула меня между ребер и вернулась к плите. Ее место заняла Эллина, поудобнее устроившись между Русланом и Святом. Алина, о которой все забыли напрочь, сползла с высокого стула и играла с Тайлером, который был счастлив до безумия от такого количества внимания, отведенного ему лично. Алкоголь притупил мой скептицизм, да и в простеньком свитере с джинсами Алина больше походила на девушку, чем в той безобразной шапке. Вот я и сел с ними рядом, едва не расхлестав по полу ром.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Не очень тебе весело в такой компании. — Почти нахально заявил я.

— Все в порядке, — поинтересовался ее тоненький голосок, — собаки бывают интереснее людей.

— Почему это?

— Например, они забирают себе хозяйскую боль.

— Какая чушь, — вырвалось у меня.

— Но вы ведь зачем-то завели собаку.

Эти слова заставили меня посмотреть на нее в упор. Кошачьи зеленые глаза внимательно изучали меня, а по-детски пухлые губки сложились в мягкую улыбку. Алина выглядела так, будто видела меня насквозь. Ведьма. Видно, что рыжий ее натуральный цвет. Только я зачем-то улыбнулся ей в ответ.

К тому моменту, как последний блин был снят со сковородки, мы осушили ещё бутылку рома. Руслан был, как всегда, пьянее всех, а зная его склонность в таком состоянии включать свой радар в джинсах на поиски одноразового секса, я потащил его на проветривание.

Мы взяли кофе у Марины из местной кофейни и, выслушав не самый лестный отказ от «бутерброда», предложенного ей Русланом, уселись на одной из скамеек. Ноябрьская ночь приятным морозом колола открытые участки кожи, но вместе этим покалыванием в голову опять полезли воспоминания.

Где Нина сейчас? Что она делает?

Когда мы вернулись в квартиру, порядком задубевшие от холода, Свят и Алина уехали, Эллина, судя по всему, отправилась спать в одну из гостевых спален, а вот в кухне нас ждала довольно странная картина. Тайлер так налопался блинов, которые мы милостиво забыли убрать с журнального столика, что теперь лежал на спине поперек ковра, задрав все четыре лапки. Его розовое брюшко раздулось, словно шар, так что пацану даже дышать тяжко было.

Но это пустяки, по сравнению с тем, что Макс нависал над плитой, стоя у которой, Агата варила горячий шоколад. Его руки лежали по краям варочной панели, так что моя сестра была зажата им с обеих сторон. Она прижималась затылком к его груди и монотонно размешивала длинной ложкой шоколад. Он тихо говорил ей что-то, а сестра отвечала.