Керри Райан – Из тени и тишины (страница 35)
Я в последний раз собиралась так в мире людей. Хотя порой я была рядом с Вин во время путешествий между поместьями.
Но и те случаи были редкими.
Вокруг всегда был тестостерон, мужчины рычали и хотели быть с нами.
Я не была против. Но я не понимала, как нуждалась во времени только в обществе женщин.
Все внутри сжалось, я вспомнила маму, ее выражение лица, когда она умирала.
Она умерла, ее не вернуть. Магия Духа не могла это сделать.
И я знала, что не стоило загрязнять себя темной магией.
Серый поступал хуже, и теперь из — за этого на мир разбивался.
Может, он уже разбился.
— Ладно, где медовуха? — спросила Вин, закинув ноги на другую подушку и вытянувшись.
Я рассмеялась, мотая головой, и пошла с Розамонд за напитками.
Мы лежали и смеялись, и я словно вернулась домой в мир людей, наслаждалась жизнью, не переживая о мире.
У меня были тревоги, заботы и сомнения.
Но так никогда не было.
Я нашла свою цель, только когда пришла сюда.
Теперь мы были готовы сражаться, чтобы спасти наш мир.
И мы его спасем.
Я просто не хотела терять женщин рядом со мной. Я не хотела никого терять.
— Твой фамильяр нашла третью себя? — спросила Алура, и Розамонд покачала головой.
Я растерянно склонилась ближе.
— О чем ты? — спросила я, поманила Брэлинн рукой. Она плюхнулась на мои колени, и я почесала ее за ушами, скучая по подруге.
— Третью себя, — повторила Алура.
Розамонд ответила:
— Еще нет. У нее есть облик кошки и дракона, а третьего нет. Но скоро будет. Я это вижу.
— О чем вы говорите? — спросила я.
— Фамильяры особенные, — сказала Розамонд.
— Это я знаю. Но вы все такие скрытные насчет нее. Что вы не говорите нам?
— Прошу, скажите, — добавила Эмори, и я сжала ее ладонь.
Вин заметила жест, но я пожала плечами.
Мы были не такими, как в мире людей. И я не хотела возвращаться туда. Но Брэлинн была нашей, и если что — то было не так, мне нужно было знать.
— Многие фамильяры обретают лишь один облик. Для них счастье получить второй. Но фамильяры, рожденные из дейнов в миг печали, которые жертвовали собой ради любимых, могут вернуться от смерти и найти третий облик, — Розамонд посмотрела мне в глаза, а потом на Брэлинн. — Облик человека.
Сердце колотилось в моих ушах, и я сглотнула, посмотрела на кошку на моих коленях.
— Брэлинн… может снова получить облик человека?
— Я это видела, — прошептала Розамонд. — Но фамильяры — не люди или мейсоны. Они живут третями. Треть времени как кошка, треть — в облике воина, треть — в новом облике.
— Так Брэлинн сможет однажды стать девушкой, которую мы потеряли? Она сможет говорить, обниматься и быть с Люкеном? — я охнула. — Ох, Люкен знает?
Розамонд покачала головой, и мое сердце сжалось.
— Когда она изменит облик, она будет треть жизни такой, какой была, хотя не полностью. Мы все не такие, какими были. Люкен не знает. Я не могла дать ему надежду, ведь за годы или века мои видения могли измениться. Но… вряд ли придется ждать долго.
Я восхищенно посмотрела на Брэлинн. Она спрыгнула с моих колен и подбежала к Алуре. Алура склонилась и погладила ладонью спину Брэлинн.
— Пора, — прошептала женщина. — Вернись.
Я встала с другими, Алура отошла. Розамонд шагнула вперед, вытянула руки. Магия скользнула по нам, и мое тело задрожало. Магия Духа во мне просилась наружу.
— Выпусти ее, Лирика, — прошептала Пророчица.
Я посмотрела на нее, не понимая, что она имела в виду. Дух во мне толкался.
Я соединила ладони, а потом направила их на Брэлинн. Тепло во мне бросилось, словно я удерживала его на месте до этого мига, и вырвалось из моего тела, понеслось к Брэлинн в облике кошки.
Другие говорили, но я могла сосредоточиться только на кошке передо мной.
Ослепительный свет вспыхнул в комнате, и я отшатнулась, опустила руки. Я вдруг вдохнула и ощутила знакомый аромат.
Истон сжал мои бедра, чтобы я не упала. Мужчины прошли в комнату, все смотрели на женщину перед нами.
Женщина была в одеяле, которое Лания достала будто из воздуха. Ее длинные темные волосы скрывали ее лицо, бледная кожа сияла в свете свеч.
Ее тело дрожало, но она посмотрела на меня знакомыми глазами, которые я так любила. Я сморгнула слезы и чуть не упала на колени.
— Брэлинн! — закричала я и почти сбила ее на пол. Я прижала ее к себе, понимая, что другие говорили, объясняли произошедшее. Но я не могла говорить. Я могла лишь обнимать подругу, Эмори подошла и обняла нас.
А потом я отодвинулась, прижала ладони к лицу Брэлинн, зная, что у нас еще будет время поговорить. Я найду время.
Но не сейчас. Потому что Люкен подбежал, оторвал Брэлинн от пола и прижал к себе. Слезы текли по лицу воина, и я отошла, Истон поцеловал меня в висок, обняв меня.
Это был личный момент, половинки обнимались, словно никогда такого не делали… словно это был ценный дар.
Это было нечто больше.
Это был подарок. Судьбы. Правды. Жертвы.
Мы стояли там и знали, что это был знак.
Брэлинн вернулась.
Она была живой.
Она была целой.
Она была символом того, что мы могли иметь.
Мы отошли, чтобы дать паре уединиться, другие говорили о пророчестве и будущем, но я думала только об одном.
Я вернула свою лучшую подругу.
А теперь покину ее.
Снова.
Глава двадцать вторая