Керри Райан – Из тени и тишины (страница 37)

Она встречала его лишь два раза тут, но настоящие слезы катились по ее щекам.

Она была всем. Она разбила мой лед, хотя по моим венам бежал огонь.

И теперь мужчина, которого я звал другом, которого постоянно посылал на опасные миссии, умирал в моих руках.

— Люмьер. Двор. Там армия. И Серый. Скоро нападет. Они… идет.

— Хит, — прорычал я. — Прости, — прошептал я.

Окружающие понимали боль в моих словах, и что мне нужно было сделать. Я буду королем через миг, но сейчас я был мужчиной, который терял того, кого послал на смерть.

И когда свет угас в глазах Хита, и Ридли медленно закрыл его глаза, я закрыл свои, все мое тело дрожало. Лирика вдруг обвила рукой мой пояс, прильнула щекой к моему плечу.

— Двор Люмьера? — прошептала она.

— Двор Люмьера, — тихо сказал я.

Нам не нужно было искать мир теней, потому что Серый, видимо, хотел, чтобы мы его нашли.

Или, может, ему было проще собрать армию в одном из замков, которые мы еще не уничтожили.

Я не знал мотивы Серого, кроме власти, но это означало, что придется сражаться с ним на земле. Многие наши бойцы хорошо знали ту землю.

И это поможет в бою.

Я на это надеялся.

Я встал с Хитом в руках, Лирика встала со мной, помогала нести павшего разведчика к поместью.

Некоторые смотрели огромными глазами, другие — решительно.

Хит получил нужную информацию, и он умер не зря. В отличие от многих других магов из Люмьера и Обскурита.

К сожалению, когда я опустил Хита в лазарете, чтобы Ридли вымыл его, я знал, что Хит не будет последним.

Далеко не последним.

— Люмьер? — спросил Родес, прошел к нам, голый по пояс, покрытый грязью и потом. Он тренировал других, Вин была с ним, грязь была на ее лице, а штаны были мокрыми, видимо, от упражнений с Водой.

Они выглядели утомленно, все мы устали, но мы были готовы.

Потому что должны быть.

— Королевство Люмьер.

— Думаю, для некоторых из нас там все началось, — Родес покачал головой. — Серый изменит что — то, чтобы сработало для него. Может, у нас не будет преимущества, — отметил Родес.

— Я знаю больше тайн замка, чем многие, — Дельфина прошла к нам из другой части лазарета, в ее руках были мягкие одеяла. Лания стояла рядом с ней, направляла ее. — Я помогу с планами, раз мы знаем, где пройдет бой. Теперь идите. Стройте планы боя, пока мы упокоим этого сына мира.

Я посмотрел на женщину, которая была женой моего смертельного врага, знал, что она была разбита, как все мы.

Она не выбирала свою судьбу, и когда она смогла это сделать, она ушла на нашу сторону.

И она осталась с нами.

Погибнет ли она? Я не знал. Многие умрут. Это было ясно даже не Пророку.

— Ладно, составим планы, — сказал Джастис, прошел к другим из моего кабинета — так они себя звали.

Лирика взяла меня за руку, сжала мою ладонь.

— Для этого мы тренировались. Мы можем это сделать.

Я кивнул, склонился и поймал ее губы в нежном поцелуе, чтобы успокоиться. Я был королем, я поведу народ рядом со Жрицей Духа, чтобы биться с Серым и спасти мир.

Я надеялся, что меня хватит.

Планы составлялись часами, но мы привыкли к этому. Мы знали, что нужно сделать, с чего начать.

Мы пойдем к Серому и попытаемся использовать элемент неожиданности.

А если нет? Тогда виноват будет предатель, о котором предупреждал Серый.

Только мы с Лириком знали о ней, и я боялся, если мы скажем кому — то еще, то шпион узнает, что мы задумали.

А если предательница была в комнате с нами?

Нет, я должен был доверять своим друзьям, которые были со мной веками, которые боролись и истекали кровью с нами.

Если нет, то за что я боролся?

Когда все было закончено, я стоял в своей комнате, снял потную тунику и вытер ею лицо.

Я устал, но до отправления в Люмьер оставалось меньше двух дней.

Меньше двух дней до начала того, что могло быть концом.

Я не хотел, чтобы это было концом.

Да, я хотел, чтобы мир был в безопасности. Я хотел, чтобы наш народ был защищен.

Но если это был конец, то это были последние моменты с моей женщиной, и этого было мало.

— Когда ты так на меня смотришь, я вижу твой страх, — сказала Лирика, встала на носочки и поцеловала мой подбородок.

Я посмотрел на нее и нахмурился.

— Ты не должна видеть мой страх, — прошептал я.

— Но я его вижу.

— Не переживай. У нас все выйдет. Мы сильные. Пророчество на нашей стороне.

Пророчество убьет ее, но я не сказал это вслух. Она уже знала. Потому мы не говорили об этом.

Я потеряю ее. Мир заберет ее у меня. И я не мог мешать ей. Иначе я наврежу ей, и это погубит миллионы.

— Я люблю тебя, — прошептал я.

— И я тебя люблю.

— Если бы я мог тебя спрятать, я сделал бы это, — выпалил я.

— Если бы ты мог меня спрятать, ты не был бы Истоном, а я — Лирикой.

— Возможно. Или я стану первобытным и запру тебя в подземелье, чтобы никто не мог навредить тебе.

— Я тебе не позволила бы, — прошептала она.

Я знал это, но не хотел думать о будущем. Не хотел думать о чем — то, кроме этого момента. И я опустил голову и поцеловал ее в губы. Она застонала и обвила меня руками. Я прильнул в поцелуе.

Мы были медленными, но страстными. Будто мы знали, что это был последний раз, когда мы касались и ощущали друг друга.

И когда мы лежали вместе после этого, я обнимал ее, и ее дыхание замедлилось, она засыпала, я знал, что отдам все, чтобы сохранить это.

Но я знал, что ничего не останется, чтобы отдать за это.

Глава двадцать третья