Керри Манискалко – Царство Страшных (страница 4)

— Разве ты не стала сильнее? Более… Смелой? — Спросила Виттория, приподнимая бровь. — Ты наконец покинула ту маленькую безопасную дыру, в которой пряталась, только чтобы прожить жизнь, достойную пера барда. Они поют баллады о скучных ведьмах, коротающих время на кухне, вздыхающих о таких же скучных святых, как Антонио? Я бы предположила, что шикарный роман с королем демонов — более грандиозно. Особенно в спальне. Ради великой верховной богини, Эмилия. Смерть твоей скучной жизни именно то, за что ты должна меня благодарить. Антонио, Море и Вино, я и ты всегда были предназначены для чего-то большего.

— Скучных? — Гнев пронзил меня. — Я любила свою жизнь и нашу кухню. Извини уж, что-то, что я считаю веселым или то, что люблю так отталкивает тебя. И с каких пор ты ненавидишь Море и Вино? Ты любила нашу семью и то, что мы готовили вместе. Или ты забыла нас? В стремление к… Чему бы то ни было. Как ты могла поступить так с нами, со мной?

Мой голос сорвался на последнем слове, и я дернула свою ярость, сосредоточившись. Виттория внимательно смотрела на меня.

— Я сделала то, что нужно было сделать для нас. Возможно тебе покажется, что это не так, но все было лишь для тебя и меня. Проклятье…

Она хотела укусить словами, но не могла.

— О да, проклятье. — Я оттолкнула воздух, словно назойливую муху. — Чертово проклятье, о котором никто не может рассказать. Я закончила с непостоянной магией и всеми проклятиями. Ты инсценировала свое убийство. Так чем же это помогло мне?

Она, казалось, тщательно подбирала слова для следующей фразы.

— Даже для самого летучего топливо нужна искра, чтобы зажечь пламя.

Загадочно, как всегда, когда речь о проклятие.

— Зачем тебе столько огня?

Ее взгляд стал твердым, сверкающем камнем ненависти. На секунду в ее радужках блеснул не лавандовый, а кроваво-рубиновый цвет.

— Чтобы смотреть, как пылают наши враги. Чтобы вернуть то, что принадлежит по праву силы и рождения. И разорвать последние связывающие цепи раз и навсегда.

— А наша семья? И они твои враги? Разве они заслужили знать, что ты в склепе? Гниешь со всеми нашими предками.

— Да. Хотя я сомневаюсь, что они верили, что я разлагаюсь. Я думала, что эта была маленькая ложь, которую они скормили тебе, своей избраннице. Или, лучше сказать, самой устрашающей. — Признание Виттории упало между нами, под гнетом правды, в которую она верила. — И совет от нашей дорогой семьи. Держи своих друзей близко, а врагов еще ближе.

Я смотрела на незнакомку с лицом моей сестры. В этой Виттории была серьезность, тьма даже там, где когда-то сияло солнце. Моя сестра была игривой, дружелюбной. Способной заводить друзей и танцевать часами на пролет. С качествами, которыми я восхищалась и хотела обладать. С этой ее версией трудно было сравнить.

— Что, если я не хочу, чтобы меня боялись? — Я спросила.

В улыбке Виттории блеснули зубы, острые, как бритва, угрожающие.

— Птица без крыльев все еще птица, сестра моя.

— Ты общалась с принцем Зависти? — Я вздохнула. — Клянусь, говоришь так же, как он после пару глотков вина из демонических ягод и заклинания правды.

— Зависть? — Ее взгляд погрузился в воспоминания. — Я оседлала его питомца-вампира лишь для того, чтобы посмотреть, как загорятся в его грехе зеленые глаза, когда он поймает нас. Из вампиров получаются изысканные любовники, существа ночи и все такое. Они смешивают удовольствие с болью как профи. Как только ты наиграешься со своим демоном, ты должна посетить двор вампиров и прокатиться на одном или двух. Недавно я посетила их князя и ничуть не разочарована. То, что он мог сделать со своими клыками…

Доменико зарычал, и моя близняшка бросила на него успокаивающий взгляд. Очевидно, он не знал, что его — кем бы она ему не была — забавлялась с его заклятыми врагами. Я не знала, что существует двор вампиров, но это не был приоритет в данный момент. Если это вдруг не станет проблемой, меня это не волнует.

— Я… —   Хотела выкинуть из головы мысль, что моя сестра спала с этим конкретным вампиром. Я имела несчастье однажды с ним встретиться, и Алексий меня пугал. И не в том запретном, фэнтезийном смысле. Он выглядел как тот, кто вырвет и выпьет сердце лишь ради забавы. — Почему ты сейчас здесь? Я думала, мы должны встретиться завтра на Изменчивых островах.

Виттория пожала плечом, внезапно оторвав от меня взгляд.

— Я хотела сама передать сообщение, на случай, если ты не получила череп.

Я не верила ей, но и не говорила об очевидной лжи. Моя сестра хранила еще один секрет, очевидно связанный с Царством теней и нашим разговором именно здесь. Возможно, это была проверка, сможет ли Доменико перенести меня сюда без особых проблем. Это означало, что наше время, вероятно, ограничено, и мне нужны ответы.

— Как ты подделала свое вырванное сердце.

— Это не я.

— Я видела кровь. Сквозная дыра в груди. Очевидно, что это какое-то волшебство или иллюзия, если только тебе больше не нужно сердце для жизни. Не стой здесь, продолжая лгать мне в лицо. Ты сделала достаточно такого за последние месяцы. Я заслуживаю знать правду, Виттория.

Температура резко упала, кристаллы льда поползли по стенами и слегка потрескивали, распространяясь, как разгорающееся пламя. Свеча замерцала от резкого порыва ветра, прежде чем погаснуть и оставить нас в темноте. Тонкая полоска дыма вилась в воздухе, запах серы пронзил холод; предзнаменование, посланное разъяренным богом ада.

Доминико шагнул вперед, обхватывая плечо моей близняшки рукой и притягивая к себе.

— Пора идти, он прорвал оберег тени.

Мое сердце забилось сильнее. Я точно знала, кто «он». Гнев пришел за моей душой, пробравшись через барьер духовного царства, его одноименный грех был настолько силен, что земля дрожала при его приближение. Я чувствовала его ярость материально, и в этом царстве она делала со мной что-то невообразимое. Внезапно я перестала думать о предательстве моего близнеца и о том, как же мне больно. Жар подкрался к тем местам, куда вонзал свои когти холод. Грех Гнева заставлял чувствовать себя живой, жаждущей. Это так же заставило отказаться от вежливости и стать стихийной силой, питаемой низшими инстинктами.

Губы Виттории приподнялись в полуулыбке.

— Помни, сестра. Наслаждайся колбасой сколько влезет, но не покупай свинью. Это единственное, о чем я могу предупредить.

— Почему я должна тебя слушать?

— Я твоя кровь. — Доминико почти что тащил ее через зал, взмахнул рукой и перед ним открылся сверкающий портал. Виттория замолчала, оглянувшись на меня. — Некоторые узы невозможно разорвать, Эмилия. А некоторые решения имеют последствия, такие как смерть, прими это от той, кто не по наслышке знает об этом.

От первой части предложения по моей спине побежали мурашки. Гнев как-то сказал мне похожие слова, в ту ночь, когда я узнала правду, зачем же он дал мне свою королевскую метку.

Мои пальцы легко коснулись еле заметной буквы S на моей шее, магия вызвала легкое покалывание, прошедшее по моему не-телу.

— Что это значит? — Спросила я. — Больше никаких игр, Виттория.

— Выбери его, и ты откажешься от части себя. — Сказала она, порождая ответ, требующий еще больше вопросов. — Увидимся завтра. Не опаздывай.

— Остановись! Почему мы должны встречаться на Изменчивых островах? — Спросила я. — Почему бы не сказать все, что хочешь, здесь?

— Тебе просто нужно подождать и увидишь.

Виттория послала воздушный поцелуй и шагнула в портал, следуя за оборотнем. Очевидно Доменико, будучи главой, почуял, что на его территорию шагнула большая угроза. Отступление было разумным вариантом. Или, возможно, он лишь подавил свою гордость, дабы спасти мою близняшку. Я не была уверена, что чувствовала после этой встречи; слишком много эмоций боролись друг с другом, но я была рада, что у нее появился союзник. Он нужен ей.

— Эмилия.

Мгновение спустя в комнату вошел Гнев, его тело гудело от угрозы скорейшей войны. Битвы, которую он даст нашим врагам. Он посмотрел на закрывающийся портал, его внимание, острое, как лезвие в его же руке, охватило меня и обещало огромный уровень насилия любому, кто причинит мне боль. Я взглянула вниз и поняла, что теневая мантия покинула свое место с его приходом. Я снова стояла голая, но не испуганная.

— Они причинили тебе вред?

Его голос был отрывистым, будто он сдерживал всего себя для боя. Доменико может и сбежал, но Гнев может выследить его. Холодный, непоколебимый взгляд не обещал ничего, кроме боли и страдания.

Я покачала головой, даже не думая говорить полуправду. Вред был, но не физический.

— Это была моя сестра. Она хотела убедиться, что я получила сообщение о завтрашнем дне. Где находятся Изменчивые острова?

— Вне материка. — Взгляд демона методично осмотрел каждый дюйм комнаты, прежде чем освободиться на кандалах. Всего за мгновение кинжал исчез, а он оказался передо мной, аккуратно поднимая мои запястья для более детального осмотра. Красные пятна, которые скоро превратятся в синяки, разжигали ярость Гнева до невозможного. Теперь его голос был пропитан обещанием смерти, а воздух стал таким холодным, что у меня застучали зубы. — Если кто-нибудь снова свяжет тебя цепями, я стану всеми кошмарами, которые может воображал обо мне смертный, а после и некоторые другие.