Керри Манискалко – Царство Страха (страница 54)

Я встала и заползла к нему на колени, прижавшись головой к его сердцу.

– В Колодце Памяти… я нашла способ разрушить проклятие. – Гнев застыл подо мной. – Для этого мне придется уйти, и нужно, чтобы ты остался здесь.

Он провел рукой вверх и вниз по моей спине.

– Ты не очень этому рада.

Я чувствовала, что он хочет спросить больше, но он уже понял, что я поделилась всем, чем могла. Я прижалась к нему, принимая от него утешение, которое обволакивало меня, словно самыми приятными объятиями.

– Возможно, мне придется причинить боль тому, кто мне небезразличен. Тому, кто не заслуживает ни капли боли.

Гнев поцеловал меня в макушку.

– Мне жаль.

Он не велел мне искать другой способ, потому что его не было. Он не предлагал встать на мое место, потому что знал: только я могу это сделать. Не было слов утешения, потому что я должна была сделать нечто отвратительное, чтобы освободить нас.

Гнев осторожно наклонил мое лицо к своему, его взгляд был достаточно проницательным, чтобы заглянуть мне в душу, если бы я позволила ему это сделать. Когда он приблизил свои губы к моим, то высвободил все, что было бессмысленно говорить, и без слов передал все наши надежды и печали.

Прежде чем я поняла, что происходит, Гнев с помощью всей своей сверхъестественной силы и скорости перенес нас на плюшевый ковер. Он лег подо мной, держа меня над своим лицом, и сверкнул дьявольской ухмылкой, от которой мои пальцы на ногах согнулись от греховного намерения. Возможно, я была сверху, глядя в его соблазнительные глаза, но теперь он контролировал ситуацию.

– Что ты делаешь? – спросила я. – У нас нет времени…

– Мир может исчезнуть в любой момент. И у меня есть свои собственные фантазии, чтобы воплотить их в жизнь, миледи. Если вы согласны?

Я поняла его потребность в связи. Чувствовать что-то кроме страха или наших грехов, когда мы мчимся к финишной черте, хотя мы сомневались, что она близка. Я тоже нуждалась в нем. Возможно, он не может сказать мне, что любит меня, но он определенно может мне это показать. Я кивнула.

– С радостью.

– Хвала яйцам. – Он опустил меня так, что мои колени оказались по обе стороны от его головы, его большие пальцы лениво водили кругами по моим бедрам. Гнев задрал мои юбки и раздвинул кружевное нижнее белье, медленно водя пальцем по ожидающей его гладкости.

– Это новый урок в завоевании или капитуляции? – мне удалось спросить, когда его палец погрузился внутрь, а затем очень нежно изогнулся. Я выругалась, когда он повторил движение вторым пальцем, растягивая меня. Он убрал пальцы, затем снова ввел их, медленно двигая.

– Это вы мне скажите, миледи.

– Я… прокляни меня Богиня.

Гнев сорвал с меня нижнее белье, затем приблизил свой рот к моему телу, лизнув сильно и глубоко. Я рванулась вперед, схватившись за стул, поскольку каждое движение его языка грозило опрокинуть меня. Он потянул мои бедра вперед, затем оттолкнул назад, ни разу не оторвавшись от меня.

Не отводя глаз, он повторил действие, и я без слов поняла, о чем он просит. И кто я такая, чтобы отказывать ему или себе в удовольствии?

Я качнулась вперед, и демон наградил меня удовлетворенным рычанием, которое завибрировало в моей самой чувствительной области. Мои юбки упали на него, скрывая от глаз.

Я медленно отпустила стул и сорвала нижнюю часть платья, заработав насмешливый взгляд мужа. Я схватилась одной рукой за его бедро, а другой запуталась в его волосах, потянув за них, пока он не оказался под правильным углом. Когда мое платье было убрано, я могла видеть Гнева и его грешный взгляд намного лучше.

Неподдельный голод отразился на его чертах.

– Потяните сильнее, миледи.

– Безбожник.

– Мой темный ангел.

Гнев обнял меня и пировал, пока я задавала темп. Его язык двигался, заставляя мое тело сжиматься вокруг него, пока я не подумала, что сойду с ума от этого ощущения. Я дернула его за волосы еще сильнее и закачалась, откинув голову назад. Гнев погрузил палец вместе со своим коварным языком и задал ритм, от которого у меня из глаз посыпались звезды. Я кончила с безрассудной энергией, выкрикивая его настоящее имя, когда меня пронзил шок от удовольствия. Не успела успокоиться, как кончила снова, выкрикивая его имя как мольбу или проклятие. Только когда мои ноги задрожали от толчков, демон целомудренно поцеловал меня во внутреннюю часть бедра. Легкая ласка снова зажгла мою кровь.

Того, что мы разделили, было недостаточно. Но в данный момент время играло против нас, и я уже слишком много потеряла. На моем лице муж увидел нерешительность, а в выражении его глаз я увидела тоску. Нам это было нужно. Даже если это означало, что у меня будет меньше времени, чтобы получить клинок, я заставлю его работать. Я двинулась вниз по его телу и направила его внушительную длину в себя.

Гнев переплел свои руки с моими, и вскоре мы вместе упали с этого великолепного края, напоминая себе, за что мы так упорно боролись. За любовь.

Двадцать четыре

Доменико ощерился, когда я призвала его:

– Я тебе что, личный транспорт?

– Нет. Но станешь меховым ковриком, если не прекратишь жаловаться, – сладко сказала я.

– С твоей сестрой гораздо веселее.

– Тебе лучше знать. Но я столь же смертоносная, и в отличие от Виттории, если я убью тебя, ты уже не вернешься. Я не смогу проделать этот демонический трюк с рукой. – Я пошевелила пальцами перед ним. – Поехали.

Оборотень издал звук отвращения, подозрительно похожий на сдавленный смех, затем вонзил когти мне в руки и шагнул в сверкающий портал. Врата по-прежнему были заперты снаружи, но путешествовать при помощи оборотня было даже лучше. Гнев не мог телепортироваться, а даже если бы и мог, я не хотела, чтобы он знал, куда я направляюсь. Он мог заподозрить, что я отправлюсь на мою версию Изменчивых островов, но я не хотела ничего подтверждать.

Я почти не сомневалась, что если Гордыня узнает о Лючии, то придет за ней. Воспоминания Лючии раскрывали лишь одну сторону их отношений, но, как и в большинстве историй, я подозревала, что на самом деле все намного сложнее. Если бы Гордыня заботился о ней хотя бы наполовину так, как Гнев обо мне, то он разорвал бы мир на части ради ее безопасности.

И если Гнев был прав, если Гордыня никогда по-настоящему никого не любил, кроме своей жены, – и все это было ужасным недоразумением, основанным на их взаимной гордости, – можно было только представить, с каким упорством он будет стараться вернуть ее.

Когда я впервые столкнулась с Гордыней перед Праздником Волка, он выращивал сонный корень и патрулировал свои земли с армией, о которой никто из его братьев не знал. Я переживала, что он замышляет что-то против Гнева, но теперь мне стало интересно, тренировал ли он своих стражников для других целей. Возможно, он готовился сражаться за свою пропавшую жену с тех пор, как она впервые исчезла.

В одном бабушка точно не ошибалась касательно принцев демонов: они не остановятся ни перед чем, чтобы получить желаемое, особенно когда дело касается их сердец. А если те, кого они любили больше всего, потенциально в опасности? Тогда они спустят всех собак, чтобы спасти их.

Ворча про себя о богинях, Доменико шагнул в переулок возле дома нашего детства, а на самом деле замаскированного храма, и всмотрелся в тихую улицу. Он поднял голову и вдохнул, выискивая в воздухе смертных или сверхъестественных существ.

– Чисто.

Мои собственные чувства подсказывали мне это, но я была рада получить подтверждение. Его нюх был лучше моего.

– Оставайся здесь. Я вернусь, как только смогу. Нужно все сделать как можно быстрее.

Доменико скрестил руки на груди и уставился на меня. Он всегда был высоким, но казалось, подрос за последние несколько дней. Он стал шире, его мускулы стали более рельефными. Должно быть, это еще одна особенность оборотня.

– Если твоя сестра спросит, я не стану ей лгать.

– Поэтому ты и не знаешь, куда я иду. – Я похлопала его по груди, и он скривился. – Проверь, что за нами не последовали демоны. Или ведьмы.

– Не нравится мне это.

– Понимаю. Спасибо, что все равно согласился.

На его лице было написано недовольство, но спорить он не стал. Как и у любого оборотня, его эмоции было легко прочитать. Он не скрывал своих чувств, как демоны. Волки были слишком близки к природе для придворных игр.

После всего пережитого я поняла, чем они так привлекали мою сестру. В отличие от вампиров, ведьм и принцев демонов прямолинейные отношения с оборотнем казались глотком свежего воздуха. Не самое подходящее время, но я хотела узнать, как он отреагирует.

– Ты встречал Весту, командира Жадности?

– К чему ты клонишь, богиня?

– До меня дошел слух, что она могла быть наполовину оборотнем. Допустим, это правда и она решила сбежать. Ты бы встал на ее защиту? Даже если Жадность узнает, что она жива.

Его глаза светились бледно-фиолетовым, что указывало, насколько близок он был к превращению. И к тому же в ярости.

– Я перегрызу глотку любому, кто угрожает моей семье. И меня не настолько волнуют демоны, чтобы им помогать, особенно если один из них решил сбежать.

– Все ли члены стаи считаются семьей?

Доменико поднял голову и глубоко вздохнул.

– Иди. Кто-то приближается.

Пару секунд я колебалась. Формировалась новая теория, но я не могла из-за этого упустить свой шанс разрушить проклятие. Скоро время перестанет поджимать, и я разберусь с этой тайной раз и навсегда.