Керри Лемер – Змеиный трофей (страница 7)

Даже змея за моей спиной недовольно скривилась, будто увидела высушенную мумию.

— Подожди, — она отползла на несколько метром, к тому столику со стеклянными баночками, которые я приняла за масла, — вот, — выудила оттуда крохотный пузырек, — это чуть поправить твои изъяны.

Уж не знаю, что именно она имела в виду, но спросить не успела, мне с силой влили в рот содержимое того пузырька.

Сморщившись от горького вкуса, хотела выплюнуть все на пол, но змею заткнула мне рот и нос.

— Глотай, — последовал очередной приказ, — вот и правильно. — Похвалила, когда я со слезами на глазах, заставила себя проглотить жидкость.

Я была готова даже к тому, что это яд, и уж никак не ожидала, что эта дрянь придаст мне сил и даже насытит. Без суток, ужасный голод, который стал мучать меня, отступил, а потом, произошло нечто поистине невероятно: отражение в зеркале стало меняться, впрочем, как и мое тело.

Конечно, до идеальной фигуры было еще далеко, но “мяса” на моих костях прибавилось. Коленки и ключицы перестали быть такими острыми, как прежде, руки и ноги уже не напоминали палки, появилась округлость в области бедер, и, к моему восторгу, грудь у меня тоже была. А что действительно вызывало мой восторг, так это молочная кожа, а не бледная, как я считала раньше.

— Ну, — нагиня наклонила голову на бок, придирчиво осматривая новую меня, — все равно страшненькая.

Я бы оскорбилась, но начинала испытывать к этой женщине чувство благодарности, особенно когда она решила все же одеть меня, а не заставляла разгуливать нагишом. Однако вкус к одежде, у нас сильно отличался.

Вернее, в этом мире, словно ничего не знали о брючных костюмах, рубашках или цельных платьях, поэтому я превратилась в восточную танцовщицу.

Плотный лиф крепился на шее, а материал, из которого он сделан, напоминал змеиную чешую, украшенную кружевными вставками. Ноги скрывались под разлетающейся юбкой, хотя это громко сказано. Прозрачная ткань и множество разрезов совершенно ничего не скрывали, да и юбкой это творение было лишь условно, на самом деле, ткань крепилась к широкому и тяжелому поясу. К счастью, мне полагалось кружевное белье, поэтому совсем голой себя не чувствовала.

Нагиня расщедрилась и на украшения: несколько браслетов и головное украшение в виде змеи. Мои волосы она уложила крупными локонами, с помощью страшного приспособления, наподобие паяльника, только раскалилось оно с помощью маленькой металлической печи.

Когда она закончила, я уже понимала, что не стану обедом для змеев, а мой внешний вид подсказывал, что быть мне кем-то вроде служанки. Осознав это, расслабилась и даже улыбнулась.

— Вот и все, — нагиня тоже выглядела уставшей и говорила так же, — теперь ты готова.

— К чему? — Поинтересовалась без особой надежды на ответ.

То ли от усталости, то ли расположившись ко мне, она все же ответила:

— К встрече с главной матерью, конечно же. — С придыханием произнесла, будто говорила о божестве.

Кто бы сказал, чем закончится эта встречи, я бы тут же принялась бежать, но поздно пить боржоми, когда открылась язва.

Глава 9

— Голову не поднимай, пока мать не разрешит, резких движений не делай, и когда окажешься в главной зале, сразу опустись на колени.

Моя провожатая давала наставления все время нашего пути. Она дотошно объясняла мне, как следует себя вести, как обращаться к главной нагине и, чего следует избегать, если хочу остаться в живых.

Понимая, что спорить не стоит, мотала все на ус, ведь жить хотелось, если ни долго и счастливо, то хотя бы долго.

А плутать пришлось немало, поэтому и запомнить удалось много. И вот когда на пути показались массивные двери, украшенные золотом и вставками всевозможных камней, мы, наконец-то, остановились.

— Иди, — нагиня подтолкнула меня хвостом, — и помни, чтобы ни случилось, не показывай своего страха, не вынуждай древние инстинкты пробудиться.

Очень дельный совет для той, которая до дрожи боится змей, я на их хвосты старалась вообще не смотреть, чтобы не ощущать, как сердце стремится выпрыгнуть из груди.

Стараясь удержать в голове все, что мне наговорила одна змея, отправилась к другой, но у самых дверей, ощутила странное давление, будто прошла сквозь какой-то барьер, и воздух стал плотным, как желе. Аура существа, находящегося по ту сторону, придавливала меня к полу, а оказавшись внутри ее логова, с каждым шагом, все больше хотелось распластаться на мраморном полу.

Я бы с удовольствием упала, прижавшись щекой к теплому камню, только практически ничего не видела. В главном зале сильно экономили на освещении, но не на отоплении. Внутри было слишком тепло, а воздух был влажным, будто я вновь оказалась внутри хаммама.

В тусклом свете удалось разглядеть только очертания настенных рисунков и огромную, каменную чашу, стоявшую где-то вдали, от нее и исходил пар, а по размерам она напоминала полноценный бассейн.

Как бы я ни любила благовония, но здесь их было в избытке, аромат мускуса, миндаля и пряностей, буквально мешал дышать, все время хотелось закрыть нос рукой или чихнуть. И это я уже не говорю о том, что мои инстинкты буквально вопили об опасности. Я ощущала чужой взгляд, сначала с одной стороны, потом с другой, он быстро перемещался, пугая меня до дрожи.

Наверное, поэтому я не сразу вспомнила, что должна была упасть на колени и изображать поклонение. Меня буквально повалило на пол от чувства приближающейся опасности.

— С-с-с-странная, — прошипел голос, за моей спиной, — с-с-с-слабая телом, но не душ-ш-ш-шой.

Я старалась не поднимать головы, смотрела только вниз, но это не помогло, змеиный хвост сам показался перед глазами, окружив меня кольцом.

В отличие от других нагов, у этой дамочки были явные проблемы со здоровьем, вернее, у нижней части туловища, которая совсем поблекла и выглядела так, будто сильно потрепалась за долгие годы жизни. Даже передвигался он медленно, без красивого сокращения сильных мышц.

— Как тебя з-з-зовут? — Скрипучим, да еще и шипящим голосом, поинтересовалась она, стоя позади меня.

— Ли-й-да, — не вовремя икнула от страха.

Как бы я ни пыталась, а это чувство не так-то просто скрыть, оно рвалось изнутри меня и требовало безукоризненного подчинения.

Змеиный хвост резко взметнулся вверх, а его хозяйка молниеносно оказалась передо мной, ее пугающее лицо, искаженное морщинами и гримасой неприязни, оказалось в сущих сантиметрах от моего. Скукоженный нос сделал несколько глубоких вдохов перед тем, как показался раздвоенный язык, как у обычных змей.

— Твой с-с-страх слишком ощутим и сладок на вкус-с-с-с, — прошипела она голосом, леденящим душу, — человечки так трус-с-сливы, что вас-с-с невозможно долго вынос-с-сить.

Матерь была древней змей, причем настолько, что могла соперничать по возрасту с мамонтами. Человеческая часть туловища напоминала высохшую мумию, с впалыми глазницами, дряблой кожей, обтягивающей выпирающие кости, и дрожью в конечностях. Нижняя часть тела, та самая, которая вызывала у меня отвращение и страх, утратила блеск, чешую стала даже не белой, а серой, без ясного окраса и четких линий.

Я не собиралась оправдываться за собственные ощущения, как и не хотела, чтобы она их чувствовала. Смотреть на нее было выше моих сил, но и отводить взгляд не имела права.

Змеюка еще какое-то время принюхивалась и пыталась рассмотреть меня белесыми глазами, слегка покачиваясь из стороны в сторону, как маятник.

Спустя пару минут тихой пытки, она выпрямилась и замерла, смотря на меня сверху вниз.

— Твое имя необычное и совсем не подходит для жизни в наших кланах, — даже ее голос стал спокойным, — есть в тебе нечто необычное, аура твоей души словно не принадлежит нашему миру.

У меня перехватило дыхание. Нерешительно подняла голову и практически с надеждой заглянула в ее глаза, которые смотрели сквозь меня, устремившись куда-то вдаль.

— Да-а-а-а, — продолжила она, — совсем не похожа на тех, кого я встречала раньше из твоей расы, и твой запах другой, ты не испытываешь ко мне ненависти и не жаждешь моей крови.

Ее рассуждения ставили меня в тупик. С чего бы ради я хотела ее убить? Конечно, мне устроили не самый теплый прием, но все это не повод к ненависти. Шенаш и Ишвар спасли мне жизнь, пусть и не очень любезные ребятки, а мне есть за что их благодарить.

— Я не из этого мира, — созналась раньше, чем успела обдумать последствия.

Показалось, что сейчас эта дамочка, покрутит пальцем у виска или посмеется над моими словами, но она задумалась, а потом серьезно произнесла:

— Это многое объясняет, — и кивнула, принимая мои слова к сведению, — однако для нас это несет некоторые сложности.

— Какие? — Робко поинтересовалась.

Появилась крохотная надежда, что меня отпустят, ну или помогут обжиться в новом мире, а еще лучше, объяснят, что вообще произошло.

— Твоя душа не принадлежит этому телу и миру, она будет искать способ покинуть его.

А вот этого, я совсем не ожидала. Смысл сказанного, дошел до меня моментально. Руки онемели и повисли вдоль тела, тяжелым грузом.

— Я-я-я, — заикалась, пытаясь совладать с трясущимися губами, — умру?

Змея свила хвост в кольца и удобно уселась на него, продолжая разглядывать что-то поверх моей головы.

— Если не привязать твою душу к этому миру, то да, ты погибнешь в ближайшее время.