Керри Лемер – Последняя из рода Фурри (страница 7)

В какой-то момент ее терпение лопнуло, она выскочила из своего укрытия, красная от гнева, держа в руке черный энергетический шар. Эта гадость летела точно в меня, и лишь чудом, смогла отскочить в последний момент, спрятавшись за полуразрушенным столом.

— Я лично создавала этот артефакт для Элизабет, — выкрикнула ведьма, пока я пыталась отдышаться.

И что мне было делать? Пожалеть ее? Нику никто не жалел, а меня только орк и библиотекарь.

— И что с того? Сказал же, я ничего не воровал — начинала закипать от злости.

Вокруг творился сущий хаос, разбитое стекло валялось повсюду и плавало в зловонной жиже зелий. Готова поспорить, что я испортила ведовских снадобий на огромную сумму. Дело пахло керосином, ведьма могла в любой момент призвать стражей. Мало того что портила ее имущество, я напала на женщину, а за это грозила смертная казнь.

— Можешь лгать кому угодно, но не мне, я узнаю этот покров из тысячи, — она перестала кричать и вышла из своего укрытия, — либо ты сам признаешься, либо я вызову стражей и они выбьют из тебя правду.

Только этого мне и не хватало для полного счастья. Всего один день в столице и успела так глупо спалиться. И на чем? На облике парня и лишь потому, что именно эта ведьма сделала артефакт в моем ухе. Просто сказочное невезение.

Особого выбора у меня не было. Сбежать можно было только через дверь, которую ведьма запечатала магией, а значит, мне нужно было либо говорит правду, либо…

Странное ощущение заворочалось где-то в районе солнечного сплетения. Оторопев, еще раз взглянула на ведьму и поняла, что реальной опасности от нее не исходило. Не знаю, как это описать.

— Хорошо, — кивнула, поднимаясь, — я расскажу, но мне нужна клятва.

Ведьма ухмыльнулась, сделала шаг, переступив несколько уцелевших зелий.

— С чего вдруг? — сложила руки под грудью. — Ты напал на меня, разрушил мой магазин, украл вещь, принадлежащую Триаде, и ставишь мне условия?

Меня ее ухмылка не впечатлила, на кону стояла моя жизнь и не только. Так что…

— Либо так, — отзеркалила ее позу, нагло улыбнувшись, — либо вы никогда не узнаете, откуда у меня артефакт погибшего рода, — нахально задрала нос к потолку.

Рискованное решение, но чутье подсказывало, что эта ведьма непроста, и почему-то я хотела ей верить.

— Ладно, — она сдалась, недовольно поджав губы, — но если обманешь, я с тебя шкуру сниму, какую клятву ты хочешь?

— Все, что я расскажу, останется втайне, вы не сможете никаким образом поведать это кому-либо, а еще не навредите мне и позволите уйти, — я была непреклонна.

— Ты слишком много просишь, — она сжала кулаки, словно собиралась броситься в бой.

Ей потребовалось несколько минут, чтобы успокоиться. Ведьма была зла, но в итоге сдалась, подняла с пола осколок, порезала им ладонь и произнесла слова клятвы. Как только дело было сделано, я сняла серьгу и с вызовом посмотрела на ошалевшую ведьму.

— Ты…

— Дочь Элизабет и последняя из рода Фурри.

Напряглась, ожидая чего угодно, но только не того, что ведьма кинется на меня с объятиями, заливая слезами.

— Ники, прости меня, — не то душила, не то пыталась сломать мои ребра, эта чокнутая.

Разжать ее руки было просто нереально.

— Я наделась, — она продолжала рыдать взахлеб, — Ники, я не верю, что это ты.

Пока я пребывала в полном шоке и не понимала, что происходит, она быстро увела меня в каморку, магией очистила от грязи и буквально влила в меня какую-то дрянь.

После горьковатой гадости, обезболивающей половину лица, я рассказала о том, как жила Ника, как была спасена, почему скрывалась в теле парня, и все ужасы, что пришлось пережить за девятнадцать лет. Умолчала лишь о своем попадании в это тело.

Амелия, так представилась ведьма, крепко удерживая мою руку в своих ладонях. Словно боялась, что я исчезну.

Рассказ не вышел радужным. Со смертью Жизель, Нике приходилось совсем туго, без защиты и присмотра, она росла как сорняк, одинокая и дикая.

— Прости меня, Ники, — всхлипывала Амалия, — я чувствовала, что ты жива, меня допрашивали множество раз, только пару лет, как перестали наведываться.

— Кто? — сжала челюсть, стараясь не сорваться в очередной раз.

—Триада, они все эти годы расследуют гибель твоей семьи, ищут виновных.

— Расследуют? — не поверила в эту чушь.

Я была убеждена, что мою семью убили именно они, только равный по силе враг мог уничтожить весь род Фурри.

— Они что-то знают, но утаивают, — Амалия торопливо вытерла слезы, — ваш родовой замок сразу запечатали, а все улики словно кто-то спрятал, даже сейчас найти что-либо практически невозможно.

— Ясно, — закусила губу, — это все усложняет, но ты все еще не сказала, какое отношение имеешь к моей семье.

Внимательно посмотрев на Амалию, попыталась понять, что смущает в ее внешности. Красивая, с аристократически правильными чертами, тонким носом, пухлыми губами, большими глазами и лоском, которого не могло быть у простолюдинки. Думала, что дело в этом, но потом до меня дошло, Амалия была похожа на Элизабет, на мать Ники.

— Кто ты?

— Дальняя кузина твоей матери, — Амалия просияла доброй улыбкой, — и я молилась всем богам, чтобы хоть кто-то из вас был жив.

А дальше снова были слезы и долгие объятия. Я даже забыла, что на самом деле не являюсь Никой, что пришла из другого мира и у меня никогда не было семьи.

Я окончательно приняла свою судьбу, заняла место Ники Фурри и пообещала себе, что обязательно отомщу убийцам моей семьи, чего бы мне это ни стоило. Мы стали одним целым, ее и моя личности слились воедино.

Глава 9

С жильем проблема была решена моментально, Амалия даже слушать не стала, выдала комнату на втором этаже и сказала, что никуда не отпустит.

— Хватит с тебя скитаний, — сказала как отрезала, — я больше не позволю тебе быть в одиночестве.

Неожиданно нашедшаяся родственника, быстро взяла меня в оборот. Амалия видела во мне одинокого ребенка и отдавала всю свою любовь. Она словно ожила, из взгляда ушла многолетняя печаль.

— Твоя мама была ведьмой наполовину, очень сильной, — рассказывала тетя, с легкой улыбкой, — она вечно влипала в неприятности, даже когда познакомилась с твоим отцом, можно сказать, свалилась на него с неба из-за неудачного эксперимента.

Я смеялась, слушая истории из их прошлого, и очень хотела познакомиться с той удивительной женщиной, и лишь в мечтах, полушепотом, называла ее мамой. Жизнь жестока, я не знала материнской любви в родном мире, не познала и в этом.

Амалия заметила, что мне стало грустно, поспешила сменить тему и устроила очередной допрос.

— Говоришь, печать с твоей силы скоро падет? — деловито уточнила, разливая чай по чашкам.

Мы переместились на второй этаж, чтобы пообедать. Признаюсь, я была не против снять с себя мужскую личину и с радостью переоделась в легкое платье. Тетю раздражал образ оборванца.

О печати я старалась не думать, ведь практически ничего о ней не знала, как и о том, что произойдет после. Я вообще о магии ничего не знала.

— Угу, — отвечала, откусывая печенье, — точно не знаю когда, но очень скоро.

— Зато я знаю, — обиженно фыркнула, — совсем скоро, но этого времени должно хватить, чтобы подготовить тебя к поступлению в академию Триад и приготовить настой, который удержит грядущий всплеск силы.

Поперхнувшись печенькой, закашлялась и, выпучив глаза, уставилась на Амалию.

— Ни за что, — замахала руками, — меня там сразу найдут, и документов нет, и…

Я могла придумать тысячу причин, по которым мне нельзя было отправляться в эту академию, но разве ведьму переубедишь? Она лишь рукой махнула.

— Насчет документов не переживай и о внешности тоже, я смогу чуть подправить твой артефакт, будет работать, как отвод глаз, никто не узнает в тебе последнюю из рода Фурри.

Она говорила так, словно уже все решено, будто готовилась к этому моменту всю жизнь. А может так оно и была.

— Но… — Попыталась вставить хоть слово.

— Ника, — тетя тяжело вздохнула, — я не хочу отправлять тебя в лапы хищников, но только там, ты сможешь обуздать свою мощь, ты ведь даже не знаешь азов, не говоря уже о том, что ты не простая магичка и твоя магия способна смести все на своем пути, только родовой кристалл Фурри можешь помочь в этом, а он уже многие годы находится в музее академии, я думала, что ты для этого и прибыла в Ноксон.

Я даже не слышала об этом родовом кристалле и для чего он нужен. Ситуация была патовая. Грустно вздыхая, затолкала в себя еще несколько печенек. Не то чтобы я не хотела учиться, просто боялась этого. Амалия была права, я понятия не имела, что делать с родовой магией и как ее обуздать, только поэтому ее предложение казалось логичным.

— Других вариантов совсем нет? — стыдливо опустила взгляд в кружку с отваром.

— Есть, — плотоядно улыбнулась тетя, — отказаться от родовой магии и позволить миру рухнуть.

— Хм, — поджала губы, — с чего начнем мою подготовку к поступлению?

Тетя довольно кивнула, еще раз погладила меня по голове и, отняв десятую печеньку, вручила тарелку с жареными яйцами и хлебом.