Кэрри Гринберг – Когда начинается смерть (страница 19)

— Замечательно.

— А…

— Тоже неплохо.

— Кусочек торта? — я была само радушие.

— И все же я хотел бы узнать кое-что у Виктории, — как можно более аккуратно произнес журналист.

— Сначала узнай, хочет ли Виктория, чтобы у нее кое-что узнавали, — ледяным тоном произнесла та.

Я думаю, что даже дипломатические переговоры враждующих стран проходят в куда более доброжелательной обстановке. И стоило признать, что моя попытка смирить их с мыслью о временном проживании у меня Виктории с треском провалилась. О Корделии не следовало даже и говорить, но…

— Корделия, решила присоединиться к нашему милому ужину? — произнесла Вики слегка удивленно, глядя куда-то за мою спину.

— Корделия? Не та ли… то ли это… в общем, о чем ты говорила? — Фрэнк все так же спокойно размешивал сахар чайной ложечкой. Дзинннь… Дзинннь… Мои нервы были на пределе.

— Ничего себе! — Саймон вскочил со своего места.

Я обернулась и увидела привидение, сконфуженно выплывшее из стенки и смущенно взирающее на моих гостей.

— О, Боже мой, Корделия! Я же просила не появляться, пока я не подам сигнал! Мы же все репетировали. Еще не время, ты все испортила! Почему вы все не можете делать так, как хочу я, это же так просто! Я стараюсь ради вас, а вы даже не хотите мне подыграть! Фрэнк, Саймон, все должно было быть не так, поймите! Давайте попробуем еще раз!

— Это привидение? — на всякий случай уточнил Саймон. — Хм, так вот они какие… А что оно умеет?

— Августа…

— Нет, мисс Корделия Амалия, сейчас не время, возвращайся в свою, то есть в мою комнату, в общем, возвращайся куда-нибудь! Хотя уже слишком поздно, чтобы все переиграть.

— Августа, что-то происходит. Что-то страшное.

Мое домашнее привидение действительно старалось говорить голосом столь зловещим и пугающим, что даже я готова была поверить на мгновение… но нет, эти ее шуточки мы знаем!

— Какой ужас! — почти искренне проговорила я.

— Что она имеет в виду? — Фрэнк.

— Вы с привидениями еще и разговариваете? Первый раз такое встречаю! — Саймон.

— Да и не говори, куда уж страшнее. Фрэнк, милый, а у тебя нет с собой еще крови? — Виктория.

— Да нет же, послушайте меня! — девушка хотела было топнуть ногой, но нога просто прошла сквозь пол. — Это и правда очень серьезно, я чувствую как сейчас, вот именно в этот момент…

— Что? — произнесли мы все почти синхронно.

— Не знаю! Я же не дельфинский оракул, чтобы все знать! Но что-то очень страшное и ужасное.

— Дельфийский, вообще-то, — поправил ее Фрэнк.

— Я вас предупредить хотела, а вы… — обиженно произнесла Корделия и тут же продолжила. — Но будет что-то очень-очень страшное, обещаю. Уже скоро! Нет, ну правда!

— О да, мы тебе премного благодарны за такую… полезную информацию. Чтобы мы без нее делали. А теперь позвольте начать с самого начала: это Корделия Амалия, она призрак, и она тоже здесь живет. Вопросы есть?

— Она привидение, да? — Саймон уставился на Корделию, и я искренне удивляюсь, как девочка не смутилась от его взгляда.

— Да-да, самое настоящее, — подтвердила я.

— И ты, разумеется, считаешь, что это в порядке вещей? Призраки, вампиры, что там еще — феи и гоблины?

— Нет, это не в порядке вещей. И мы все прекрасно знаем, что ни вампиров, ни призраков не существует, — я чувствовала, что начинаю выходить из себя. — Но все же они здесь. И вы должны с этим смириться, а еще лучше — подружиться с ними.

— Графиня, разговор на пять минут. Саймон, ты с нами. Дамы, прошу прощения, мы вас ненадолго покинем. — Фрэнк решительно направился прочь из гостиной, и мне пришлось последовать за ним. Ненавижу его «разговоры на пять минут»!

— Да-да, можешь мне ничего не говорить, — раздраженно произнесла я, едва мы сделали шаг за порог. — Корделия и Вики — нечисть, которую надо уничтожить, они не могут жить здесь, я рискую своей жизнью и иду против церкви. Что я забыла?

— Вообще-то я хотел сказать, что это твой выбор.

— Что, правда? Это неожиданно.

— Конечно, Августа, ты взрослый человек, тебе самой решать, и если ты не боишься жить с этими существами, что ж!

— К тому же призрак выглядит вполне безобидным, а Виктория не попыталась меня убить, — добавил Саймон, чем окончательно выбил меня из колеи.

— А… Да, но… — хотела я было что-то возразить, но поняла, что они затеяли какую-то чудовищную по своей коварности игру.

Они ушли, а я все так и стояла напротив закрытой двери, чувствуя странное чувство опустошения. Лучше бы он сказал, что их нужно уничтожить, я бы тогда могла хотя бы поспорить, доказать им — и в первую очередь себе — что они мне дороги, несмотря на всю свою немертвость.

Глава 9

Жизнь — это сон.

Нигде не живут такой полной, настоящей жизнью, как во сне.

Будь внимательней! Выходя из своих снов, можешь попасть в чужие.

— Графиня Августа Луиза Корнелия Стэффорд, урожденная Эддингтон, обвиняется в преступлениях столь жестоких и бесчеловечных, что наказанием может быть только смерть!

— Смерть, смерть!.. — вторили в зале суда.

Вжавшись в стенку, я в ужасе взирала на происходящее. Меня убьют, точно убьют. И ничего не сможет меня спасти…

— Но, Ваша Честь, что я сделала?!

— Вы обвиняетесь в сделке с Дьяволом, и этого вполне достаточно, мисс Стэффорд.

— Леди Стэффорд, вообще-то.

— Тишина! Вы пошли против всего человечества, вступив в договор с темными силами, мисс Стэффорд. Вы содействовали привидению и вампиру, приютив их под своей крышей и препятствуя уничтожению нечистой силы. Вы — пособница Сатаны! И вы убили Марата.

— Эй, подождите, это не я! Все знают, что это была Шарлота Корде, Ваша Честь! И я требую адвоката! — вдруг вспомнила я.

— Поздно, мисс Стэффорд. Вы ознакомились с обвинениями. Ваше последнее слово?

— Последнее? Почему последнее? Ну хорошо: я, я не…

Я не виновна? Я не могла этого сказать. Я виновна, и я знала это. Я способствовала нечистой силе, я помогала Корделии и Виктории. И теперь должна расплатиться. Но… почему?

— Ваш вердикт, господа присяжные, — голос судьи звучал холодно и отстраненно. Он вынесет приговор и пойдет пить кофе.

— Виновна, — Фрэнк поднялся со скамьи и бесстрастно окинул меня взглядом.

— Виновна, — вслед за ним поднялся Саймон.

— Вердикт суда: Графиня Августа Луиза Корнелия Стэффорд признается виновной во вменяемых ей преступлениях и приговаривается к смертной казни через повешенье.

Удар молотка по столу. Конец.

Прохладный весенний ветерок развевал мои волосы, молодая трава опасливо поднималась из мерзлой земли, а небо заволокло плотных слоем серых облаков.

Раз. Я медленно поднялась по скрипящим ступенькам.

Два. Мои руки плотно обхватила веревка, стянув за спиной.

Три. Я умерла.

Я подскочила в кровати в своем родном доме, тяжело дыша и затравленно озираясь по сторонам. Сердце билось так сильно, что я опасалась снова умереть, — на этот раз наяву. Сон, конечно же, это был сон! Я не совершала ничего, за что меня можно обвинить, я не вступала в сделку с Дьяволом и не помогала нечисти… Или помогала? Может быть, я все же виновна?

Я откинулась обратно на подушку и постаралась вновь заснуть.