Кэролайн Пекхам – Одичавший волк (страница 37)
Роари мурлыкал так сильно, что я чувствовал вибрацию его голоса кончиками пальцев, и на моих губах появилась улыбка.
— Кошки глупые, — поддразнил я, и он рассмеялся.
— Кошек невозможно дрессировать или приучить к послушанию, как собак, — возразил он.
— Пфф, настоящих собак тоже невозможно дрессировать, — сказал я, вдавливая пальцы глубже в узел на его плече.
— Мм-мм, — сказал он с недоверием, и я закатил глаза. Никто не мог меня дрессировать. Я был самым страшным Альфа-Оборотнем на улицах Алестрии. Вы бы не застали меня ожидающим кого-то день и ночь, как поджавшую хвост дворнягу.
— О Боже, мои ноги меня доконают, — стонал Роари.
Я сразу же отпустил его шею, обошел валун вокруг, снял с него ботинки и носки, а затем опустился на колени и начал массировать ему ноги.
— У тебя был тяжелый день, — сказал я со вздохом, и он кивнул.
— Но все стало намного лучше, — ответил он с улыбкой, переворачивая руку, чтобы полюбоваться знаком полной луны на запястье.
Я ахнул и бросился вперед, чтобы схватить его руку и посмотреть на нее. Я практически оказался у него на коленях, когда поднес руку к лицу и наклонил голову в сторону, чтобы рассмотреть ее.
— Теперь ты можешь сделать свою Волчью штуку, если хочешь, — сказал Роари, когда туман в моей голове рассеялся, и я моргнул, глядя на него.
— Ты сделал свою штуку с харизмой? — спросил я.
— Да, ты почувствовал? — спросил он.
— Не-а, походу у меня иммунитет, — сказал я с торжествующей улыбкой, и он кивнул, улыбаясь в ответ.
— Ладно, это может показаться странным, но по крайней мере твои тоже такие тактильные, верно? — спросил я.
— В нашей семье — да, — ответил он, глядя на меня, и связь между нами стала немного сильнее. — Чем мы сейчас и являемся, я полагаю.
Я кивнул, и он жестом пригласил меня приблизиться к нему, так что я позволил инстинктам взять верх и провел языком по луне на его запястье, впитывая его вкус и слегка металлический привкус этого знака. Он хмыкнул, как будто не знал, что и думать, но если он считал это странным, то дальше все стало еще страннее.
Я повернулся на его коленях, наклонился и понюхал его грудь, шею, а затем прижался к его лицу, пытаясь заменить его запах своим.
Мое сердце билось сильнее, и я бы точно вилял хвостом, если бы был в своей форме Ордена, поскольку инстинкты подталкивали меня, и я начал лизать его лицо и тяжело дышать. Пах он хорошо. Как сандаловое дерево и новые друзья.
— Э-эм… — начал он, но я возбужденно залаял, сбивая его с валуна на спину и воя в небо.
Я потерся лицом о его лицо, наша щетина скрежетала друг о друга, когда он начал смеяться и отталкивать меня, но я был поглощен своим Волком и не мог остановиться. Я укусил Роари за ухо, дергая его, как щенок, дразнящий своего брата.
— Ах, ты засранец, — он оттолкнул меня, смеясь, и я снова повалил его на землю, взяв его комбинезон между зубами и яростно тряся головой, дергая его. Затем я провел языком по его лицу, и он закашлялся, начав бороться со мной. Это было именно то, чего я хотел.
Кто-то прочистил горло, и я поднял голову и увидел Сина, скрестившего руки и прищурившего глаза, но на его лице была зловещая улыбка, обещавшая неприятности.
— Нашел еще камней, — сказал он весело, а затем начал с силой бросать их в нас.
— Ай, ты кусок дерьма, — прошипел я, когда один из них попал мне по заднице.
Я поднялся, сорвал с себя одежду и превратился в гигантского Волка, оскалив зубы на Сина, который продолжал бросать камни, как дикарь.
— Смотри, куда бросаешь, — рявкнул Роари, затем снял свою одежду и превратился в гигантского Немейского Льва, прижав свое золотое плечо к моей черной шерсти. Мы оба рычали на Сина, но Инкуб просто собрал с земли еще больше камней и бросал их в нас, дико хохоча.
Я повернулся к нему спиной, поднял задние лапы, чтобы обрызгать его грязью, а затем устремился в лес, лая, чтобы Роари последовал за мной. Он выдал рык и начал бежать следом, хлеща меня по хвосту когтями. Я залаял от смеха и побежал быстрее, а он гнался за мной, как кошка за мышкой, пытаясь поймать, но я был как чертов ветер.
Шум крыльев над головой заставил меня поднять взгляд, и я увидел Сина с белыми крыльями, раскинутыми за спиной, который с яростью в глазах бросал в нас камни. Этот сумасшедший придурок, по-видимому, окончательно сошел с ума, и я зарычал, когда один из его камней попал мне в нос, подпрыгнул и попытался схватит его за лодыжки. Он взмахнул крыльями, чтобы подняться выше, но он явно не очень хорошо ими владел, потому что проломил густую листву и вынырнул из нее с листьями в волосах и веткой в руке, которой размахивал как оружием.
— Умри, дьявольский пес! — крикнул он, падая с неба, сложив крылья и держа палку как копье.
Мы выбежали из леса, и мои лапы коснулись песка, когда мы вошли в пустынную часть Двора Ордена, и Син столкнулся со мной так сильно, что я споткнулся и чуть не упал на землю. Огромное золотое пятно промелькнуло в моем поле зрения, перепрыгнув через мою спину и срывая с меня Сина с рыком, прижимая его к песку под своими лапами и отбрасывая острую палку подальше от него.
Я обошел их, оскалив зубы на Сина, который боролся под весом Роари с диким выражением в глазах. Я заметил, что он засунул нашу одежду в заднюю часть своих штанов, и, когда ему удалось вырваться из лап Роари, он убежал, вытащив ее и размахивая ею как флагом, мчась к месту, где пустыня сменялась каменистой местностью и водопадом за ней.
— Ой-ой! — воскликнул он. — Похоже, ваша одежда собирается поплавать! Плюх-плюх-плюх, давайте поздороваемся с рыбками!
Мы бросились за ним с рычанием, быстро настигли его и сбили с ног на песок между нами. Он ругался, пытаясь встать, но наши гигантские лапы снова сбивали его на землю.
Я вернулся в свою форму фейри, выхватил у него свою одежду и натянул ее, ругаясь.
— Да что с тобой? — потребовал я, проводя рукой по волосам, чтобы причесать их. — Ты совсем с ума сошел?
— Вы двое и ваши парные метки, вот что со мной, — прорычал он. — Я отрежу их и закопаю там, где вы их никогда не найдете. — Он бросился на меня, ударил по метке за моим ухом, а затем попытался ее выцарапать.
Я оттолкнул его на несколько шагов, а Роари снова принял облик фейри, натягивая комбинезон и гневно глядя на Сина.
— Ты сумасшедший.
— Ты еще не видел, на что я способен, Львиная пушинка, — прорычал он. — Ты не поверишь, на что я способен, когда даю волю своей дикой натуре. Однажды я вырвал позвоночник из тела спящего человека, и он даже не проснулся!
— Это смешно, — презрительно фыркнул я.
Он встал на ноги, напрягая крылья на спине, а его лицо исказилось и превратилось в чудовищное существо с корявыми рогами и красными глазами. От шеи и выше он был нимфой, а его лицо было искажено дикостью, которая объясняла, почему его заперли в этой тюрьме.
— Ты все еще можешь делить ее с нами, если это тебя беспокоит, придурок, — холодно сказал я, взглянув на Роари, который, казалось, не был в этом так уверен, но не стал мне противоречить. Возможно, потому что Син выглядел так, будто действительно собирался выполнить свои угрозы об убийстве.
— Ага, конечно, могу. Я же просто большой вибратор для всей банды, верно? Хорош для того, чтобы заставить вас всех кончить, но когда вы будете удовлетворены, меня снова засунут в ящик, а вы двое будете продолжать составлять ей компанию за пределами наших трах-фестов.
— Если она предназначена и для тебя, Луна отметит тебя так же, как нас, — сказал я, но Роари зарычал, казалось, не уверенный, хочет ли он этого. Син бросил на него взгляд, и маска нимфы спала с его лица.
Син выдохнул, его черты лица исказились в усмешке.
— Нет. Такие люди, как я, не получают блестящих подарков от Луны, котик. Этот в курсе. Он видит, кто я такой. — Он встал лицом к лицу с Роари, и я зарычал, стоя рядом со своим новым братом. — Я слишком ненормальный для твоего щеночка, не так ли, друг? — прошипел Син Роари. — Я твоя непредсказуемая маленький проблемка, и я тебе не нравлюсь.
— Потому что ты подвергаешь ее опасности, — согласился Роари, рыча. — Ты уже пятьдесят раз чуть не испортил планы Розы с тех пор, как она здесь, и я не буду стоять и смотреть, как ты разрушаешь ее шансы на побег, потому что не можешь выполнить простой ее приказ.
— У нас с ней свой язык. Ты этого не поймешь, горячая штучка, — пренебрежительно сказал Син.
— У вас нет никакого секретного языка! — зарычал Роари. — Это все в твоей ебнутой голове. Тебе не место в этой тюрьме, тебе место в Психушке, где ты сможешь общаться с голосами в своей голове.
В выражении лица Сина мелькнула боль, и я застонал, увидев, сколько страдания светилось в его глазах.
— Я не сумасшедший, — прошипел он. — Я просто другой.
На мгновение он выглядел уязвимым, как будто его так часто называли сумасшедшим, что это измотало его до глубины души. И я не мог не пожалеть его.
— Но твоя необычность подвергает Розу опасности. И если это снова повторится, я убью тебя, Син Уайлдер. Я сделаю все, чтобы она выбралась отсюда. Так что помни об этом, когда она в следующий раз даст тебе приказ, а ты хоть на секунду