Кэролайн Пекхам – Одичавший волк (страница 16)

Когда я спустился по лестнице и двинулся через кухню к деревянной двери, ведущей в переулок, где сбрасывали мусор, сердце заколотилось с новой силой. Я толкнул ее, споткнувшись о пару ботинок Бенджамина, стоявших у двери, и вышел на холодный воздух. Снежинки танцевали на ветру, и мой взгляд остановился на Бенджамине, который стоял на кузове своего грузовика, слабое свечение стоп-сигналов освещало пространство красным цветом.

Он что-то держал в руках, и, почувствовав тошнотворный спазм, я понял, что это маленький мальчик, один из новеньких. Его рот был открыт, горло перерезано, из раны еще сочилась кровь, когда Бенджамин с грохотом отбросил его к нескольким другим телам, лежащим в кузове грузовика, и я замер. Страх свернулся в моем животе, как змея, и я не мог заставить свои ноги двигаться, наблюдая за происходящим.

Бенджамин не заметил меня, когда слезал с грузовика, его одежда влажно блестела. Обойдя машину, он остановился перед темным бугром на бетоне у своих ног.

Бенджамин нажал ногой на бок тела, и, когда оно покатилось, я на секунду увидел только кровь, прежде чем мои глаза остановились на бледном лице моего лучшего друга.

Мои легкие перестали работать, а разум отверг открывшуюся передо мной правду. Но я не мог отрицать ее. Правда была прямо здесь, смотрела мне в глаза и требовала принять ее.

Меррик был мертв, мертв, как камень, в этом грязном переулке, с зияющей раной в груди и лианами, свивающимися из его разинутого рта. Он был не просто мертв, его убили, пытали, прежде чем вырвать из этого мира, и когда Бенджамин поднял его на руки и бросил в кузов грузовика вместе с другими мертвыми детьми, какая-то важная часть меня сломалась.

Звезды зашептались в моей голове, шипя и плюясь, словно ощущая ярость и боль, которые я испытывал из-за этого. Я слышал слова, которых не понимал, на языке, на котором не мог говорить. Затем в моей груди проснулся какой-то огненный зверь, разливая жар по всем моим венам. И вместе с ревом этого огня, разливающегося по телу, я каким-то образом обнаружил, что магия поднимается во мне, как прилив. В следующую секунду мои клыки выдвинулись, и голод, не похожий ни на что из того, что я когда-либо испытывал, поднялся во мне и стал умолять о том, чтобы его утолили. Каким-то образом я Пробудился. Звезды подарили мне мою магию, а вместе с ней появился и мой Орден. Я был Вампиром. Хищником. И жаждал мести так же остро, как и крови.

Я бежал с такой скоростью, что у меня зашумело в голове, двигался так быстро, что, казалось, стал одним целым с ветром. Я столкнулся с Бенджамином с яростным ревом, мои клыки инстинктивно нашли его горло и вцепились в вену. Он удивленно вскрикнул, но в тот момент, когда я впился в него зубами, его магия заблокировалась и начала вливаться в меня огромными волнами силы, от которых у меня закружилась голова.

— Нет… нет! — он бросился на меня с кулаками, сражаясь, пытаясь остановить меня всеми силами. Но с моими зубами в его шее он был не сильнее смертного, а я, казалось, обладал силой десяти богов.

Я не мог остановиться. Да и не смог бы. Я не знал, зачем он это сделал, но мне нужна была его смерть в качестве платы за это. Мне нужно было, чтобы эта боль в моем сердце прекратилась. Но больше всего мне нужно было, чтобы Меррик встал. Чтобы он улыбнулся мне одной из своих игривых улыбок и рассказал о жизни, которую мы будем вести однажды.

— ХВАТИТ! — Голос Кейна прозвучал в моей голове, и я упал, ударившись задницей о пол, в то время как Квентин и Итан тоже упали.

Я уставился на Кейна, возвращаясь в свою реальность, его воспоминания все еще плавали в моем сознании, а на языке вертелось так много вопросов, что я не знал, с чего начать. Кейн оскалил зубы, и в его глазах яростно вспыхнула боль: он смотрел на меня, и в его глазах читался ужас от того, что мы все у него украли. И впервые в жизни я пожалел, что ненавидел его. Потому что все, что я видел сейчас, — это сломленного мальчика, который потерял единственного человека, которого когда-либо любил, из-за чудовища. А ведь я тоже познал отчаяние нищеты, познал, каково это — иметь единственного человека в мире, на которого можно положиться. И потеря Джерома тогда уничтожила бы меня. Как потеря Меррика уничтожила Кейна.

Квентин протиснулся мимо меня и бросился к двери, а я в ярости от пережитого зарычал, вскинув руку и посылая в него пламя. Я знал, что Квентин не виноват, но он был виноват во многих других злодеяниях, и мой гнев вырвался на волю, не поддаваясь никаким уговорам.

Он закричал, когда умирал, мой огонь поглотил его, прежде чем он упал на пол, и я погасил пламя. Итан удивленно уставился на меня, затем посмотрел на Кейна с чем-то похожим на сочувствие во взгляде, не зная, что сказать.

Я задыхался, так как сила допроса Циклопа продолжала покидать мое тело, и смотрел на Вампира, которого я теперь знал лучше, чем, как я полагал, большинство людей на самом деле знают его.

— Неудивительно, что ты ненавидишь мир, котик, — вздохнул я. — Мир стал для тебя большим, плохим зверем.

Глава 6

Розали

68 ЧАСОВ ДО ПРИБЫТИЯ ФБР…

Я подняла руку и с помощью магии быстро отвязала Роари от узлов лиан, в которых он был пойман, позволив ему упасть на пол с раздраженным ворчанием, после чего ударила его по руке.

— Ты чуть не довел меня до сердечного приступа, stronzo, — рыкнула я, снова замахиваясь на него, но он поймал мой кулак, пока поднимался на ноги, и притянул меня к себе.

— Не вини меня, — прорычал он. — Это все из-за твоего тупоголового парня и этого гребаного Инкуба.

— Что? — спросила я в замешательстве. — Зачем им связывать тебя вот так и оставлять здесь, чтобы…

Я резко вдохнула воздух, осознав это, и отвернулась от Роари, снова пустившись бежать, а мое сердце заколотилось от страха за Кейна.

Они не причинят ему вреда. Конечно, не причинят. Я же ясно дала понять, что без моего разрешения они не должны трогать ни единого волоска на его голове.

При этом я также неоднократно давала понять, что не хочу, чтобы сраный Белориан выходил из клетки, но Син Уайлдер, похоже, считал, что у нас есть какой-то тайный кодовый язык, на котором мои слова следует толковать с противоположным смыслом.

Блядь, блядь, блядь.

— Подожди, Роза, все в порядке. — Роари схватил меня за руку и развернул лицом к себе, прижав меня к стене рядом с нами, когда я яростно зарычала на него.

— Ты участвовал в этом? — потребовала я.

— Я не соглашался, чтобы они связали меня как приманку для тебя, — ответил он, проведя рукой по лицу. — Но… да, я согласился с планом выудить из Кейна нужную нам информацию.

Я толкнула его достаточно сильно, чтобы он отступил на шаг, сделала движение, чтобы пройти мимо него и спуститься вниз, но он снова поймал меня, прижав к стене и заставив мой гнев нарастать, когда я подняла на него глаза.

— Я предупреждаю тебя, Роари…

— Послушай, они не причинят ему вреда. Они только что побывали в допросной и проникли туда, чтобы завладеть Квентином. Они собираются заставить его использовать свои способности Циклопа на Кейне, чтобы получить нужные нам ответы. Вот и все.

— О, хорошо, значит, ты уверен, что это все, да? Ты уверен, что Син не решит, там, внизу, что есть какой-то секретный план, в который посвящен только он, и случайно не решит, что лучший способ действий — это задушить Кейна до смерти гребаным лимоном или еще чем-нибудь столь же нелепым? — бросила я вызов.

Роари нахмурил брови, размышляя об этом, а я кивнула.

— Да. Так что давай вернемся туда, пока он не сделал то, что мы не сможем отменить. Может, мне и нравится безумие этого Инкуба, но я ни на секунду не доверяю ему, когда дело доходит до выполнения плана. Голоса в его голове слишком сильно влияют на него.

— Дерьмо, — пробормотал Роари, и на этот раз, когда я отпихнула его в сторону, он пропустил меня вперед, а я перешла на спринт и побежала к комнате видеонаблюдения, где Кейн, без сомнения, уже пал добычей силы Циклопа, обученного пыткам.

Крики и веселье заключенных эхом отражались от стен, пока мы бежали вниз по лестнице, но я не тратила время на то, чтобы выяснить, что они все замышляют. Пока это не касалось меня, меня это не волновало — хотя я уже начала задумываться, куда Пудинг запропастился со своими передатчиками. Мне нужно было как можно скорее связаться с Данте и сообщить ему, что произошло.

Тетушка Бьянка будет в ярости. Вся моя стая — в панике. Но я не могла об этом беспокоиться. У меня все получится. Я разберусь с этим. Ни за что на свете я не застряну в этом аду после всей той работы, которую я проделала, чтобы вытащить Роари. К концу этих трех дней мы будем свободны, и я отказывалась даже думать о другом исходе. Сейчас не было места страху, сомнениям или потере надежды. Я была готова идти до конца, пока не добьюсь успеха.

Я была Розали Оскура, и никто не смел говорить мне «нет». A morte e ritorno¹².

Мы вернулись в комнату видеонаблюдения, и я со свирепым рычанием распахнула дверь.

Син обернулся, чтобы посмотреть мне в лицо, его брови взлетели вверх, когда он заметил меня, и он быстро сделал выпад вправо, пытаясь закрыть мне вид на очень явно мертвое тело Квентина, которое распростерлось на полу сбоку от Кейна.

Он выбросил руку в сторону трупа, раздался взрыв, когда он направил в тело свою огненную магию, и Квентин разлетелся на миллиард кусочков. Кровь и кишки забрызгали стены, заляпали мониторы видеонаблюдения, а также Итана и Кейна, и они громко выругались.