Кэролайн Пекхам – Клуб смерти (страница 2)

Я подняла голову, выглядывая из своего спального мешка, когда перед девушкой возникла тень. Эээ, отлично, они собираются заняться сексом, а мне придется лежать здесь и смотреть на это, пока я трогаю себя. Интересно, каково это — скакать на члене. Держу пари, это намного веселее, чем то фруктовое мороженое, которое я запихнула туда прошлым летом…

— Дай мне взглянуть на твое лицо, — раздался хриплый голос из огромной тени, в котором слышался, как я предположила, мексиканский акцент.

— Нет, убирайся, — рявкнула девушка, и ее голос зазвенел под мостом. Почему она была такой чертовски громкой? Это что, какая-то ролевая игра? Я слышала об этом. Если бы мне когда-нибудь представилась возможность сделать это, я бы точно нарядилась Локи, а Тор долбил бы меня сзади.

Двое пожилых мужчин, столпившихся вокруг горящей бочки, искоса посмотрели в сторону девушки, прежде чем демонстративно проигнорировать ситуацию.

Тень наклонилась и схватила рукой лицо девушки, и я нахмурилась, почувствовав что-то неладное в этой ситуации. Мои пальцы дернулись, и я потянулась к складному ножу в кармане, затем вытащила его, раскрыв, а потом расстегнула молнию на моем спальном мешке. Я была самым далеким от героя существом из всех, что существовали. Но я также давно не протыкала человеку задницу, как свинье. Назовите это моей слабостью, но если этот тип был мерзавцем, я с удовольствием прикончу его.

— Поторопись, — прозвучал другой мексиканский голос, и я резко повернула голову в сторону моста, откуда он доносился.

— Гав, — рассмеялся Тень. — Не бери в голову, cerdita (Прим. Перевод с Испанского: Поросенок). Твое лицо не стоит моего времени.

— Она подойдет. Бери ее. А то я тут мерзну, ноги закоченели, — крикнул его друг, и я поднялась на ноги, оставаясь скрытой в тусклом освещении. Я была как кошка в темноте — уверенная в себе, взбешенная и готовая выцарапать глаза ради развлечения. Мур — мур, умри.

— Нет, я хочу ту, что покрасивее. Я видел, как она спускалась сюда, — прорычал Тень. — Говорю тебе, Карло, она пополнит наши карманы.

— Ее здесь нет, — проворчал Карло, ступив под мост и направляясь к своему другу. — Просто бери эту шавку.

Девушка на земле попыталась вскочить, но Тень сбил ее с ног, и мое сердце ударилось о ребра при виде пистолета, направленного ей в лицо. В этот мимолетный удар сердца я снова стала той девушкой, лежащей на спине в лесу, когда существа крупнее меня прижимали меня к земле. Сильные пальцы обхватили мое горло, тяжелое дыхание коснулось моего лица. Руки сжимали и ощупывали меня, а люди смеялись…

Я моргнула, чтобы прогнать образы, и ярость закрутилась во мне, как живой ураган.

Эти ублюдки вызвали у меня воспоминания. А я ненавидела эти долбаные воспоминания. Игра началась.

Два старика у бочки мигом дали деру, и я подумала, что в другой жизни это был бы мой сигнал сделать то же самое. Однако я не испытывала страха, как обычные люди. Меня часто называли чудачкой. Очень часто. Но чудачество хорошо помогало мне на улицах. Даже сомнительные люди не любили чудаков. Они заставляли их чувствовать тревогу. Так что убирайтесь прочь, маленькие тревожники. Чудачка вышла на охоту. Люди всегда ненавидели других за то, что они не такие, как все, но на самом деле они просто ненавидели себя за то, что сами они посредственны.

Тень рывком поднял девушку на ноги, и она испуганно вскрикнула.

— Нет! Отпусти меня. Она та, кто тебе нужен. Она! — Она указывала на меня, на меня, и мое нутро сжало, как кулаком.

Люди ужасны.

Мужчины резко обернулись, и их взгляды устремились на меня, как ракеты. Моя первая мысль была глупой и иррациональной. Она должна была звучать как «беги со скоростью ветра, сучка!» или «они говнюки, воткни им нож в члены!», но на самом деле она прозвучала как: «она считает меня красивой». Меня не называли красивой — храхабельной, да. Ну, однажды меня так назвал мерзкий тип, который жил в кустах в конце Вест-Стрит, но красивой? Так люди называли симпатичных девушек с именами вроде Эмили и Эми. Я не была Эмили и уж точно не была Эми. Мама назвала меня Бруклин, потому что считала это имя необычным. После того, как она развелась с папой и переехала в Вегас с Эстебаном — гребаным Эстебаном — папа захотел изменить мое имя. На самом деле я не могла его винить. Мне оно не подходило. Но я так и не нашла ничего подходящего. О, блядь, я сейчас умру.

Мужчины бросились на меня, и я с решительным рыком ринулась им навстречу, размахивая ножом с грацией трехногой дворняжки. Когда я без особого мастерства, но с абсолютной жестокостью полоснула ножом по руке Тени, стоявший за ним здоровяк врезался в меня и вывернул мне запястье с такой силой, что нож со звоном шмякнулся о землю. Я ударила Тень коленом в пах и в порыве отчаяния потянулась за своим оружием. Я не умру на земле, как голубь, упавший с насеста, я умру как воин, пока вокруг меня полыхает огонь и весь мир кричит мое имя!

Мои пальцы коснулись рукояти как раз в тот момент, когда сильные руки обхватили меня за талию. Мой пульс застучал в ушах, и я впала в дикую ярость, закинув руку за голову и царапая мягкую плоть, до которой смогла дотянуться, пока с губ парня не сорвались мучительные проклятия. Тень, к сожалению, оправился от моей атаки на его причиндалы и ударил меня кулаком в живот. Что-то лопнуло, возможно, легкое. Мать честная!

— Она гребаная дикарка. Ella es justo lo que le gusta al jefe. (Прим. Перевод с Испанского: Она как раз то, что понравится боссу,) — Парень, державший меня, рассмеялся, и мне это не понравилось, в этом звуке была победа, но я еще не закончила.

Я резко подалась назад, выбросила ноги и изо всех сил ударила Тень в грудь, выбив что-то из его руки. Шприц со звоном упал на землю, присоединившись к моему ножу, и у меня внутри все оборвалось. По математике в школе я была слабее, чем мартышка со сломанным калькулятором. Но эту простую задачку я бы решила и во сне. Подозрительный шприц + два психа под темным мостом = большие неприятности.

Они пытаются меня похитить. Беги, сучка, беги!

Я наклонилась, впилась зубами в большую ладонь, обхватившую мою руку, и укусила достаточно глубоко, чтобы услышать приятный треск.

— А! — взвизгнул мужчина, как мальчишка, у которого еще не опустились яйца, и его хватка ослабла настолько, что я успела ударить его локтем в бок.

Тень снова двинулся на меня, но я внезапно оказалась свободна и бросилась бежать. Я всегда была хороша в этом. В бегстве от своих проблем, от обязанностей, от охраны торгового центра, от копов, но, как бы я ни кичилась этим, моя настоящая специализация заключалась в бегстве от жутких чуваков под мостами.

Я всегда спала в ботинках именно по этому. Я бежала так, словно адский огонь жег мне задницу, и позади меня раздались крики, когда мужчины пустились в погоню. В затылке у меня зазвенело, как тревожный звоночек, потому что какого черта они все еще преследовали меня? Они не сдавались. Они хотели от меня чего-то плохого, плохого, плохого. И я не могла позволить им получить это.

Один взгляд через плечо сказал мне, что они тоже привыкли бегать, и они были быстрыми. Быстрыми, как летучие мыши из Ада. Тень был впереди, пламя из бочки освещало его лицо, а дикий, похотливый блеск в глазах говорил о том, что он хочет разрушить мою жизнь всеми возможными способами. Слишком много людей смотрели на меня так за двадцать один год моего существования. Я винила в этом желание, которое загадала на свой одиннадцатый день рождения. Бесконечные приключения? Гребаная тупица. Я прочитала достаточно книг, чтобы знать, что бесконечные приключения — это проклятие, а не дар. Просто посмотрите на Фродо Бэггинса! Его чуть не съел гигантский паук, и это был даже не худший день в его жизни. Бильбо пытался предупредить его, но разве он послушал? О нет, он отправился в свое маленькое приключение хоббита и, посмотрите, с какими чудовищами ему пришлось столкнуться. Я бы хотела того же, но моими монстрами были не пауки, к которым я вообще-то питала слабость, просто посмотрите на крутую татуировку на моем предплечье в виде паутины и маленького паучка, свисающего с моего большого пальца, моими монстрами были люди. А люди были больными. Люди совершали безумства ради забавы. Мне ли не знать. Я была одной из них.

Я выбежала на дорогу, выбежала на гребаную дорогу, не выполнив самого простого правила из всех. Посмотреть налево и направо. Машина сбила меня не сильно, но, черт побери, повалила на задницу, и я здорово исцарапала свои ноги. Я зашипела сквозь зубы, затем посмотрела в слепящий свет фар, и надежда рассыпалась в моей груди, как пыльца пикси. Может быть, это была мама футболиста или священник. Кто-то, кому приходится притворяться порядочным человеком из-за давления общества и прочей ерунды.

— Эй! — Позвала я. — Помогите мне!

Водительская дверца открылась, и из нее вышла самодовольного вида женщина с хвостом и с усмешкой посмотрела на меня. Мое сердце упало, мужество иссякло. Если только эта сука не была монашкой, оставившей свою рясу дома, то мне точно крышка.

Тень добрался до дороги, когда шлюха с конским хвостом подняла руку и направила на меня пистолет. Сильные руки схватили меня сзади, поднимая на ноги, и я поморщилась от боли в ушибленной заднице.