Кэролайн Пекхам – Карнавал Хилл (страница 37)

—Пойдём, Пётр. Нам ещё к Беркутовым.

***

Откинувшись на спинку сиденья в машине, я прикрыла глаза, прокручивая в голове разговор то с Юлей, то со следователем. И честно не понимала, что я здесь делаю. Елизарова выбивалась из серии. И Галич выбивалась из серии. И, может быть, вообще нет никакой серии. А я просто сую свой нос куда не надо перед самой свадьбой.

— Так к Беркутову? — уточнил Пётр.

— Подожди!

Отмахнулась я и достала телефон. Неприлично приезжать в гости, не предупредив. А чтобы со мной действительно поговорили и ответили на интересующие вопросы, будет не лишним заручиться рекомендациями. Например, рекомендацией любимого жениха. С которым, если верить телефону, я последний раз связывалась дня три-четыре назад.

— Доброе утро, Мира. Я даже несколько удивлён вашему звонку. Ведь со времени нашей встречи прошло не так уж и много времени. Вы уже успели соскучиться? — услышав в трубке Волкова, мне сразу захотелось фыркнуть и закатить глаза к небу. Почему-то казалось, что из нас двоих взрослый и адекватный человек — это я.

— Доброе утро, Ярослав. Возможно, вам покажется странным, но мне нужна ваша помощь.

— Мне уже бежать вас спасать? — насторожился Волков, и мне показалось, на заднем плане что-то упало.

— Нет-нет. — поспешила успокоить его я. — Мне нужна рекомендация от вас, а то, боюсь, без нее беседа может и не состояться.

Сначала в трубке повисла тишина, потом раздался легкий смешок.

— Любой ваш каприз, Мира, пока вы в безопасности. С кем вы хотите поговорить?

— С кем-то из Беркутовых. У них погибла сотрудница, и мне надо знать, чем именно она занималась.

Некоторое время Волков молчал, лишь тихое постукивание показывало, что звонок не сорвался.

— Хорошо, я понял, — откликнулся наконец он. — Давайте встретимся в центре в нашем с вами кафе. Вам будет удобно?

— Да, — кивнула я и вдруг поймала себя на том, что улыбаюсь. — Давайте там и встретимся.

Отключив трубку, я немного удивилась про себя тому, что у нас с Волковым уже есть «наше» кафе, и тому, как легко я к этому отнеслась.

В кафе мы с Петром приехали ожидаемо первыми. И я уже настроилась на долгое ожидание. В конце концов, судя по всему, я оторвала своего жениха от каких-то важных дел. Однако, как ни странно, долго ждать не пришлось. И буквально через полчаса в кафе вошел Волков в сопровождении еще одного мужчины. В них было что-то неуловимо похожее, не во внешности. Нет, скорее в манере держаться и во взгляде.

— Мира, рад тебя видеть. — улыбнулся Волков и приложился к ручке, задержав поцелуй дольше положенного. Я чуть улыбнулась и с некоторым удивлением посмотрела на жениха, который до сегодняшнего дня не стремился к официальному приветствию. — Позволь тебе представить - мой старый друг Михаил Беркутов. Он любезно согласился ответить на все твои вопросы.

— Премного рад знакомству, — процедил Беркутов, который, судя по выражению лица, знакомству был совершенно не рад.

Еще некоторое время нам потребовалось на обязательную светскую болтовню, дополнительный заказ кофе и пирожных. И наконец совесть позволила мне перейти к самому главному.

— Возможно, мой вопрос покажется бестактным, но, Михаил, вы не могли бы попробовать вспомнить Агриппину Елизарову?

Беркутов прищурился, наклонил голову и попробовал испепелить меня взглядом. Получилось так себе.

— Мне даже вспоминать не придется. За последнее время из-за Елизаровой всем, кто с ней так или иначе общался, буквально вытрясли душу представители императорской криминальной полиции. И в принципе вам я могу сказать то же самое, что и им. Агриппина Елизарова была хорошим работником, показавшим себя с лучшей стороны еще на практике третьего курса, когда было принято решение предложить ей стажировку в центральном офисе компании. Девушка хваткая, решительная, я бы даже сказал, боевая. Работала в отделе, связанном с закупкой земли. Последний тендер, который она выиграла, это был тот самый пустырь, на котором ее нашли. Мы предполагали строить жилой район со школами, торговыми центрами и прочей инфраструктурой. Власовы тоже участвовали в этом тендере. Их представляла младшая дочь. К торгам Алёна Власова подготовилась не очень хорошо и закономерно проиграла. Однако принять достойное поражение не захотела и стала оказывать давление на моего сотрудника. В итоге Елизарова обратилась в службу безопасности. И дело дошло до меня. Мы с Юрием Власовым мирно поговорили, и на этом дело должно было закончиться. Однако за несколько дней до смерти Елизаровой Алёна Власова на стоянке у центрального офиса устроила скандал и применила пробуждение — телекинез.

— Можно уточнить, что конкретно сделала Елизаровой Власова? — поинтересовалась я. Беркутов недовольно посмотрел на Волкова, безмятежно поглощающего пирожные, и, поджав губы, ответил:

— Она толкнула Елизарову телекинезом.

Я задумчиво постучала пальцем по столу. По-хорошему, если всё происходило на виду, то собрать доказательства, необходимые для того, чтобы посадить Алёну Власову, было несложно.

— Чтобы вы понимали, — продолжил Михаил. — Агриппина Елизарова даже не пострадала и после этого столкновения поспешила домой. Ни с кем не обсудив произошедшее. А потом подала заявление в полицию.

— Скажите пожалуйста. — я почувствовала, как по спине пробежал холодок. — Я ведь правильно понимаю, что вы отказались предоставить доказательства того, что Алёна Власова использовала на Елизаровой пробуждение?

Михаил замолчал, а потом, откинувшись на спинку кресла, неожиданно для меня легко улыбнулся:

— Мира, я бизнесмен. Я не буду главой клана. Но я буду отвечать за его финансовую безопасность. Уже отвечаю. Когда Агриппина Елизарова подавала заявление в суд, в полицию, я не уверен в том, что она полностью отдавала себе отчет, что это проигрышное дело. На следующее утро мне позвонил Юрий Власов. Ему очень не хотелось, чтобы младшая дочь попала в тюрьму. Мы урегулировали этот вопрос совместно с Елизаровой. Она получила весьма приличную компенсацию. А также личные извинения Алёны Волковой, которую должны были отправить за границу. Если я не ошибаюсь, самолет должен был улететь сегодня. Хотя мы с Власовыми являемся конкурентами, Агриппина Елизарова согласилась со мной в том, что иметь непогашенный долг от клана Власовых пойдет на пользу всему конгломерату Беркутовых. Возможно, вам покажется это несправедливым. Но это было лучшее из возможных решений. Ведь если бы Алёна Власова оказалась в тюрьме, это принесло бы гораздо больше проблем всем участникам данного конфликта. Смерть Агриппины Елизаровой стала для нас большой неприятностью. В нее вкладывались большие деньги, и мы рассчитывали на серьезную отдачу. Она показала себя ценным сотрудником. И с нашей стороны минимумом уважения к ней будет позаботиться о ее семье. Младшие братья и сестры будут под нашей опекой. Уже сейчас мы предоставили им квартиру в хорошем районе.

Беркутов говорил и говорил. А я ловила себя на том, что всё-таки аристократы всегда предпочитают свои интересы интересам обычных людей. И стараются поднять себя над законом. При этом я прекрасно понимала, что окажись я в ситуации Беркутова, то скорее всего, тоже бы договорилась. Как бы неприятно это не звучало для меня, и каким бы тяжелым осадком не легло на душу. Оставался еще один вопрос, ответить на который Беркутов мне не сможет. Могла ли непривычная к поражениям, явно избалованная девушка, которую принудили к извинениям, приложить руку к смерти своей обидчицы?

Глава 23

Надолго Беркутов с нами не задержался. Выпив ещё одну символическую чашку чая, мужчина откланялся, сославшись на срочные дела. Думаю, у финансиста известного клана их действительно немало. То, что Волков смог его вытащить по моему капризу без предварительной договоренности, можно считать неимоверной удачей.

— Похоже, это дело сильно затянуло вас, — заметил Волков, доедая последнее пирожное с тарелки. И когда только успел? Как я заметила, многие Волковы потребляли просто огромное количество сладкого. Кстати, Сашка и Иван тоже сладкое уважают. Вроде подобная тяга имеется у многих пробужденных боевого типа, у которых идет просто огромное потребление энергии даже без применения способностей.

— Есть такое, — призналась я, рассеянно крутя чашку кофе, на боку которой в молочной пене был нарисован симпатичный медвежонок. — Если изначально я вмешивалась по просьбе Ольги Зосимовой, то теперь мной движет азарт. Между прочим, ваша милая протеже сравнила меня с самым толстым детективом в истории, — пожаловалась я.

— Я удивлён ее такими глубокими познаниями в классической детективной литературе, — признался Волков. — Но знаете, мне кажется, было бы гораздо хуже, если бы она сравнила вас со старой сплетницей.

Я представила такое сравнение, передернула плечами и пообещала:

— Я ей тогда уши откручу, чтобы знала, с кем сравнивать.

В этот момент и я, и Волков надолго замолчали, пытаясь вспомнить подходящую к сравнению персону в классической детективной литературе. Не вспомнили. Зато решили пройтись, благо погода располагала к прогулке.

Неожиданно деловая встреча переросла в полноценное свидание, и уже значительно позже Волков, провожая меня к машине, вспомнил:

— Будет ли вам удобно в ближайшее время встретиться с Елизаветой Юрьевной? Она вроде определилась с потенциальным списком вашей свиты. Здесь я буквально почувствовала, как по спине пробежали мурашки. Традиция свиты, напоминающая императорских фрейлин, мне не нравилась, я просто не представляла, чем буду занимать целую ораву девушек, мне в этом плане хватало Алисы и Сашки. Тем более у Огневых подобной традиции не было, и перспектива окружить себя людьми, необязательно лояльно настроенными ко мне, откровенно пугала.