Кэролайн О’Донохью – Все наши скрытые таланты (страница 58)

Я осторожно поднимаю одну, ожидая, что она будет тяжелой. Но она не тяжелая. Из любопытства я отстегиваю серебристую застежку сбоку. Внутри никакие не украшения.

Просто бумаги.

Газеты, фотографии, листочки с каракулями, сочинения. Сестра Ассумпта вовсе не хранила в них бижутерию в школе. Эти выстланные мягким бархатом коробки, предназначенные для хранения хрупких ожерелий и браслетов, использовались для хранения хрупких воспоминаний.

Всего коробок с дюжину, и я переношу их на заднее сиденье автомобиля сестры Ассумпты. Воображаю себе недовольное лицо Джо, рассуждающей об уважении к чужой собственности. Но я ведь расчищаю машину этой женщины забесплатно. Могу я немного полюбопытствовать?

Большинство из бумаг – лишь вырезки из статей о достижениях школы и ее бывших учениц. «РЕЗУЛЬТАТЫ ВЫПУСКНЫХ ЭКЗАМЕНОВ В ШКОЛЕ СВЯТОЙ БЕРНАДЕТТЫ СНОВА ПРЕВОСХОДЯТ РЕЗУЛЬТАТЫ ЭКЗАМЕНОВ В ШКОЛЕ ДЛЯ МАЛЬЧИКОВ», гласит заголовок одной и «ПО СЛОВАМ АВТОРА ДЕТСКИХ КНИГ, ВДОХНОВЕНИЕМ ЕЙ ПОСЛУЖИЛИ ВОСПОМИНАНИЯ О ШКОЛЕ СВЯТОЙ БЕРНАДЕТТЫ».

Все это действительно очень мило. Я никогда не считала сестру Ассумпту женщиной, способной на сентиментальность. Сколько ее знаю, она всегда была старухой, жалующейся на других. Конечно, я подозревала, что она использовала свое влияние и свои возможности на благо, старалась дать католическим девочкам хорошее образование и все такое. Но есть что-то сжимающее сердце в этих старых заметках и листах, хранящихся в черных шкатулках в багажнике автомобиля, заполненного опавшими листьями.

Внизу все коробки помечены белым стикером довольно корявым почерком. Никакой системы в них нет. Одна обозначена «1970–1979», а другая «ДОПОЛНЕНИЕ К ЧЕРДАКУ». Я ищу «ВЕСНУ 1990», но не нахожу.

Но нахожу коробку с надписью «ХАРРИЕТ».

Первая заметка в ней датирована сентябрем 1985 года.

«ШКОЛА СВЯТОЙ БЕРНАДЕТТЫ ПРИВЕТСТВУЕТ ПЕРВЫХ СТИПЕНДИАТОК».

Это небольшая заметка из местной бесплатной газеты, и к ней прилагается большая фотография четырех девочек, улыбающихся на фоне школы. Рядом, подбоченившись стоит сестра Ассумпта, в своем монашеском облачении.

«Слева направо: Харриет Эванс, Сара Берн, Нэн Хегарти, Кэтрин О’Фаолайнн».

В статье сплошные рассуждения на тему о том, что этим девочкам выпала «уникальная возможность в жизни». Журналист спрашивает сестру Ассумпту, не беспокоится ли она о том, что к ним могут плохо отнестись другие ученицы, принимая во внимание «очевидное различие в образе жизни между девочками на стипендии и девочками, находящимися на платном обучении».

Я невольно морщусь. До того разговора с Ро я никогда об этом не задумывалась. Никогда не думала, что Фиона может ощущать разницу между собой и «девочками на платном обучении». Может, именно поэтому она ни с кем в школе особенно не общалась до того, как мы подружились. Не подозревала, что она тоже может ощущать себя не в своей тарелке.

Я вглядываюсь в лицо Харриет Эванс. Это крупная симпатичная девочка с карими глазами и пышными волнистыми волосами, словно сошедшая с картин художников эвардианской эпохи. Глаза у нее подведены. Она улыбается. Похоже, она в хорошем настроении.

Я перехожу к другой вырезке 1986 года. Это фотография какой-то демонстрации или протеста. Здесь Харриет совсем не упоминается, и я с трудом распознаю ее в толпе. Она раскрыла рот и держит плакат с надписью «ГОЛОСУЕМ ЗА».

ДЕВОЧКИ ИЗ КАТОЛИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ ПРИСОЕДИНЯЮТСЯ К ДЕМОНСТРАЦИИ ПО ПОВОДУ РАЗВОДОВ .

Сегодня на площади Епископа Стэнли собралась многотысячная демонстрация сторонников разводов. Высказать свою поддержку пришли даже школьники, слишком юные для того, чтобы в июне проголосовать на референдуме в пользу легализации разводов в Ирландии. Различные эксперты утверждают, что это влияние американских фильмов и телепередач. Самое поразительное, что среди собравшихся присутствовали и некоторые ученицы из католической школы Святой Бернадетты, известной своей консервативной политикой. Сестра Ассумпта, бывшая монахиня и основательница учебного заведения, предположительно заявила, что «обратила внимание» на этот вопрос после «многочисленных обращений от школьниц, которых затрагивает этот референдум». Родители учениц высказали озабоченность тем, что возможная поддержка референдума со стороны школы может свидетельствовать о снижении ее приверженности моральным устоям.

«Приверженность моральным устоям»? Я ехидно усмехаюсь. Неужели именно этим была известна школа Святой Бернадетты? Все время, что я в нее хожу, она славится безумными претензиями капризных девочек, изображающих из себя аристократок.

Забавно, как часто я забываю, что разводы для Ирландии относительно недавнее явление. Их разрешили только в 1995 году, за десять лет до моего рождения. К тому времени у мамы уже было трое детей.

Я разбираю заметки дальше. Очередная датирована 1989 годом, когда Харриет было столько же лет, сколько мне сейчас. У нее уверенное выражение сенатора, плечи расправлены, подбородок выставлен вперед.

ПОЛУЧАЮЩАЯ СТИПЕНДИЮ УЧЕНИЦА ОБЕЩАЕТ ДОЙТИ ДО ВАШИНГТОНА В МЕЖДУНАРОДНОМ КОНКУРСЕ СОЧИНЕНИЙ.

Лауреат стипендии школы Святой Бернадетты Харриет Эванс, шестнадцати лет, снова одержала блестящую победу – на этот раз от имени всей страны! Талантливая ученица победила в организованном под эгидой ООН конкурсе «Вместе требуем перемен», написав сочинение на тему разводов в Ирландии. «Я хотела обратить внимание на то, как много людей затрагивает эта проблема, – объясняет Эванс. – Я провела большое расследование о проживающих в убежищах женщинах, и почти все они уверены, что их жизнь была бы совсем другой, если бы референдум 1986 года не провалился».

В конце месяца Эванс намерена представить свое сочинение на конференции молодежи «Вместе требуем перемен» в Вашингтоне. Гордятся ли ею ее родители? «Мама с сестрой безумно рады», – отвечает Эванс.

Дочитав до этих строк, я изо всех сил пытаюсь сохранить свое первоначальное неплохое впечатление об Эванс. Политическая активистка, побеждающая на конкурсе сочинений? Рассуждающая, как заправский политик? Нет уж, увольте. И все же странно, что среди достойных внимания учениц в школе Святой Бернадетты сестра Ассумпта решила сосредоточиться именно на Харриет Эванс. Ну, то есть были же и другие знаменитые ученицы. Например, актриса, получившая премию Лоренса Оливье, но она почему-то не удостоилась своей коробки из-под украшений. Интересно, а Фиона когда-нибудь удостоится?

В самом низу коробки лежит школьная фотография 1990 года. Фотография выпуска Эванс размером с лист A4. Со времени конкурса она похудела и немного утратила очарование греческой статуи. Она выглядит поникшей и сосредоточенной на себе, совершенно непохожей на ту девочку, что кричала на референдуме или гордо улыбалась на конкурсе.

Я долго разглядывала фотографию. Я только что стала свидетелем всей школьной карьеры этой девочки… но в чем ее смысл? Почему эта фотография здесь?

Я переворачиваю лист и вижу глядящую на меня Домохозяйку.

36

Стиль рисования Харриет совсем не похож на стиль Лили, но сразу понятно, что талант у нее есть. Домохозяйка изображена акварелью темно-желтых, насыщенно зеленых и болотных оттенков. Но это точно она. Собака у ее ног выглядит побитой, но готовой защищать свою хозяйку. У самой Домохозяйки безэмоциональное лицо, как всегда в моих снах, похожее на человеческое, но не совсем. Я снова вспоминаю рассуждения Сильвии о том, как люди порождают духов и призраков, когда их чувства не находят выхода. Именно так и выглядит Домохозяйка на рисунке Харриет. Как водоем, в котором накапливается ненависть, но не откуда она берет начало.

Руки у меня трясутся. Я начинаю понимать: «У меня плеер Харриет. У меня кассета Харриет».

В желудке тяжесть, как будто в него, как в колодец, швырнули камень.

«У меня карты Харриет».

Харриет вызвала Домохозяйку в 1990 году. Колдовство Харриет вызвало резкое похолодание 1990 года, из-за которого сбежали кошки; мое колдовство призвало снег, радужную форель, вспышку ненависти в обществе. Харриет тоже была медиумом. Может, даже ведьмой. Два медиума, разделенные тридцатью годами.

По всей видимости, Харриет как-то удалось покончить с этим. И Ирландия наконец получила разводы – пусть и через пять лет, но все же получила.

Но я не могу ждать Лили пять лет. Она нужна мне сейчас. Или по меньшей мере в новолуние в субботу ночью.

Я переношу коробки с воспоминаниями обратно, но аккуратно кладу в свою школьную сумку ту, что посвящена Харриет.

Затем я как можно быстрее заканчиваю убирать машину и отношу ведра обратно в подвал. «Это все меняет, – постоянно крутится у меня в голове мысль, и я иногда произношу ее вслух. – Это меняет все».

Не успев подняться из подвала, я беру в руки телефон и принимаюсь искать в Google Харриет Эванс. Может, она зарегистрирована на Faceboook? Если в 1990-м ей было семнадцать, то сколько ей сейчас? Сорок семь? Определенно должна быть на Facebook.

Кровь у меня закипает от возбуждения. Может, она до сих пор живет где-то поблизости. Может, к ней можно даже зайти и спросить, как снять проклятие. Я начинаю искать Харриет Эванс в приложении Facebook. Сердце у меня опускается в пятки. Женщин с таким именем и фамилией тысячи. Придется привлечь к поискам Ро с Фи, но мы обязательно ее найдем. Но вдруг Харриет вышла замуж и сменила фамилию? Задача вдруг кажется не такой уж простой.