Кэролайн Невилл – Позиция прикосновения (страница 8)
– Я не влюблена в него.
– Не верю. Я вижу, как тебе его не хватает.
– Это было несколько лет назад. У каждого сейчас своя жизнь.
– Думаешь этого достаточно, чтобы забыть друг друга?
– Он никогда не был моим. Когда-то я всё себе придумала. Детская сказка, только без счастливого финала. Так глупо вспоминать об этом, – я усмехнулась, выдавив из себя улыбку.
– Хочешь сказать, что за всё это время ни разу не следила за его соцсетями, или не спрашивала о нём у своих родителей? Они же ведь наверняка поддерживают друг с другом связь.
– Брэндон не любит выставлять свою жизнь напоказ. Не считая участия в боях.
– А говоришь, что он тебе безразличен. К тому же наклеила плакат с ним на самое видное место.
– Увы, но этому у меня нет объяснений.
– А как насчёт Гаррета? – Иви не успела договорить имя парня до конца, как я тут же сморщилась. – Что и требовалось доказать.
Подруга победно улыбнулась. В ответ ей прилетело подушкой. Разговор резко перешел в бой. От ударов вверх поднималась пыль и несколько перьев, что смогли вылезти из наволочек.
Я вскочила с постели и затаилась в углу около шкафа, и случайно развернулась к календарю. В одной из строчек августа красным кругом было отмечено семнадцатое число. Эта дата наступала через несколько дней. Я подошла ближе, чтобы рассмотреть подписанную мелкими буквами короткую фразу – «Премьера».
– О, Господи! – Из рук выпала подушка, а другая прилетела мне прямо в лицо. – Как я могла забыть?!
Я принялась наматывать круги по небольшой комнате, пока подруга пыталась понять, что со мной.
– Так ты скажешь в чём дело?
– Всё намного хуже, чем я думала. В эту субботу у мамы закрытый показ перед премьерой. Обычно родители приглашают самых важных и близких нам людей. Я обязана там быть. Но и…
– Там может быть Брэндон! – Иви подпрыгнула на кровати и запищала. – Правда классно?
– Нет! – я занервничала. – Вовсе нет! Боже. Я не готова.
– Одри, вдох-выдох, – подруга сделала вместе со мной дыхательное упражнение и продолжила. – Ты обязана туда пойти.
– Знаю, но мне страшно. Не уверенна, что это хорошая идея. Я только стала забывать его.
В голосе звучало отчаяние и надежда. Я не желала этой встречи, но и так долго ждала.
– Устроишь проверку своим чувствам. Может быть, в тебе говорит привязанность. Всё-таки вы росли вместе.
Я вновь перевела взгляд на плакат. Наверняка Брэндон слишком изменился и был сейчас совсем другим – таким, каким я совсем его не знаю. Но только со старой бумажки на меня смотрел тот самый парень, которого я запомнила и навсегда оставила в своём сердце, как приятную грусть.
– Ты права. Как всегда права.
Подруга поднялась и подошла ко мне ближе, чтобы обнять.
– Никогда бы не подумала, что встретиться с первой любовью для тебя будет сложнее, чем выступить сольно на сцене.
– Отвратительное сравнение.
Мы вместе рассмеялись с этой глупости.
С Иви мне было очень тепло. Она отличалась от других – такая искренняя, добрая и светлая. Казалось, что её вовсе не существует. Балет меняет и ломает людей, но она была одной из немногих, кто смог выстоять. Остаться самой собой. За это она мне и нравилась. Мы были с ней в этом схожи.
– Мне пора в библиотеку. Хочу подтянуть теорию перед экзаменами.
– Увидимся.
Подруга подхватила с пуфа сумочку и растворилась в коридоре.
Я провернула несколько раз ключ, чтобы никто не мог потревожить меня ближайший час. Мне нужна была тишина.
Опустившись за стул около туалетного столика, я взглянула на своё отражение. Как же я снова хотела увидеть себя глазами Брэндона. Чем больше я взрослела, тем сложнее у меня получалось принимать себя. Всегда чего-то не доставало, чтобы я была идеальной. Но с ним всё было иначе.
Я стала прятать свои веснушки, когда мы прекратили общение. Мне не хотелось, чтобы их видели другие. Длинные русые волосы часто приходилось заплетать из-за частых тренировок, но как же я любила их распущенными, спадающими на плечи. Он тоже.
Другого варианта быть не должно.
***
Мне пришлось взять несколько отгулов в закусочной. Повезло, что Кэтрин согласилась поменяться сменами и у меня было пару дней на то, чтобы отправится к родителям домой. За всё лето я так и не нашла времени навестить их. Наша труппа много выступала и готовилась к выступлениям. Обычно они проходили при королевском театре. Чтобы поставить один концерт требовалось слишком много усилий и репетиций. Родители старались бывать на каждом моём концерте, но эти встречи всегда были слишком мимолетными.
Я стояла с чемоданом в руках на автобусной остановке. Суббота была поистине сумасшедшим днём в городе. Люди вокруг спешили, словно пытались всё успеть за предстоящие выходные. Особенно жизнь полноценно кипела в самом центре Лондона. Шумный мегаполис производил впечатление быстротечной, но яркой жизни. Здесь невозможно было встретить размеренность и однотипность. Ты становишься частью хаоса, когда останавливаешься в этом месте. Иногда во мне горело желание замедлиться. Остановится на мгновение и прочувствовать то, что порой не замечаешь из-за постоянно сменяющихся событий.
Порой ты задаёшься вопросами что для тебя балет – свобода или оковы? Быть в постоянном движении, существовать ради одной только цели. Мне никогда не было легко, но я не собиралась бросать то, что выбрала. Нельзя сомневаться в своём выборе. Именно поэтому я выбрала первый вариант. Каким бы не было искусство балета – оно служило моим вдохновением. Следовать за ним, значит не бояться сложностей.
Звук проезжающего транспорта заставил меня встрепенуться. Я подняла сумку и прошла внутрь в самый дальний угол. Мне предстояло больше тридцати минут ютиться среди других людей. Папе не нравилась моя неосторожность. Он предпочитал, чтобы его дочь ездила только в такси бизнес-класса и чувствовала себя в безопасности. В его владениях было несколько автосалонов и десятки тысяч фунтов на разных счетах. Папа настаивал на том, чтобы оплачивать моё обучение в королевской школе балета, но тогда я поставила ему условие – всё остальное станет моей ответственностью. Мне не хотелось зависеть от денег родителей, быть более самостоятельной. Иногда им было очень тяжело с этим смириться.
Это было большой проблемой в средних классах, когда все вокруг твердили, что меня приняли только из-за связей. Они не замечали мой талант, видели перед глазами деньги и не более. Когда ты рождаешься в семье знаменитости и миллиардера, в какой-то степени тебе всё равно приходится бороться за своё место в этом мире.
Мама стала известной актрисой, когда ей исполнилось девятнадцать. Мне всегда хотелось быть на неё похожей. С самого детства я не пропускала ни одно её выступление. Мы с папой были самыми преданными её фанатами. Маме разрешали брать меня на закрытые съёмки, за кулисы в театре. С каждым разом тяга к сцене становилась только сильнее. Именно мама показала мне, что всё возможно – стать тем, кем ты захочешь. Тогда, ради главной роли в мюзикле ей пришлось встать на пуанты и научится балету. Она примерила на себя новую жизнь, а я воплотила эту идею в реальность.
Я считала присутствие на её выступлениях – своей благодарностью за мечту.
Веки предательски закрывались. В последнее время я совсем не высыпалась. Вступительные были слишком близко, и каждый раз я переживала, как первый. На последнем году обычно больше всего отчислений из академии, так говорила статистика. Я знала, что это меня не коснётся, но мне хотелось подготовиться лучше. Миссис Жозефина ни раз говорила о том, что возлагает большие надежды на моё сольное выступление. Мои показатели могли быть лучше.
Я всегда была строга к себе.
Когда автобус стал проезжать мост Альберта, пришлось заставить себя проснуться из-за сотни огней. По вечерам он походил на рождественскую ёлку, сверкающую со всех сторон. Я выглянула в окно и заметила, как на улице уже постепенно темнело. На голубом небе медленно стали проявляться розовые оттенки. Так, словно какой-то художник опрокинул на него краски.
Перед выходом я нажала звонок, а затем спустилась на асфальт. Там меня уже ждал папа. Я обрадовалась, как маленькая девочка, и бросив свои чемоданы посреди дороги, бросилась в его объятия.
– Я тоже скучал по тебе, родная, – проговорил он дрожащим голосом. Казалось, что вот-вот и он пустит слезу. Папа был слишком серьёзным человеком, но рядом со мной, был готов перевернуть целый мир.
От него пахло цитрусом и кардамоном. Запах дома и уюта.
Мы простояли так чуть больше минуты, а затем за ними подъехал личный водитель папы. Он не любил выходить на улицы без какой-либо охраны. Почти всю дорогу мы громко смеялись и обсуждали последние новости. Папа спрашивал меня про балетную школу, а я про его бизнес. Между нами никогда не было недопониманий и ссор. Я доверяла своим родителям всё.
Кроме поцелуя.
В животе скрутило от внезапной мысли, и я тут же сменилась в лице, сама того не замечая, но первая решила сменить тему.
– Как мама?
– Ужасно волнуется перед премьерой. На подготовку и съемки у её команды на этот раз ушло больше четырёх месяцев. Я уверен, что она справится.
– Конечно. Мы же будем с ней рядом, – я улыбнулась, облокотившись на крепкое мужское плечо.