Кэролайн Линден – Чего желает повеса (страница 45)

Когда пассажиры поняли, что их спасли от разбойников, то сразу начали радостно болтать. Дэвид воспользовался всеобщим ликованием, подошел к Вивиан и шепотом спросил:

– Ты в порядке?

Вивиан едва заметно кивнула. Дэвид с облегчением перевел дух и добавил так же тихо:

– Все пошло не так, как мы планировали. Что теперь делать?

Вивиан не знала, что ответить, и лишь пожала плечами. От толпы полицейских тем временем отделился офицер, подошел к ним, подняв руку, призвал всех к тишине. Пассажиры тут же замолчали, с нетерпением ожидая, что скажет представитель власти.

– Джентльмены, мадам, – напыщенно объявил офицер, – мы поймали Черного Герцога.

Пассажиры радостно загудели, а Вивиан поднялась на цыпочки и взглянула туда, где стояли в окружении полицейских грабители. Руки у Флинна и Саймона были связаны за спиной. Как раз в этот момент кто-то брата толкнул, и он упал на колени в грязь, пряча лицо. Вивиан было так мучительно жаль Саймона, что она едва сдержала стон. Сейчас ей больше всего хотелось всадить пулю в черное сердце Флинна за то, что втянул ее брата в такое опасное дело.

Вивиан взглянула на полицейских, которые чуть в стороне что-то обсуждали с высоким худым джентльменом, что ехал вместе с ними в дилижансе. Тот размахивал руками, кивая в сторону других пассажиров, и вдруг Вивиан поняла, о чем именно он рассказывал, схватила Дэвида за рукав куртки. Возможно, другого шанса поговорить у них уже не будет. Они стояли рядом, окруженные людьми, и Дэвид тоже смотрел в сторону полицейских, но, когда Вивиан потянула его во второй раз, наклонился к ней.

– Спасибо тебе, – сказала она тихо.

Дэвид, немного смутившись, ответил:

– Не волнуйся, я сейчас поговорю с констеблем насчет твоего брата.

Вивиан покачала головой, почувствовав, как сердце сжалось от печали. Дэвид решил, что она тревожится за Саймона, и уже думал, как ей помочь, явно пока не понимая, что происходит.

– Я не об этом.

Краем глаза Вивиан увидела, как полицейские повернулись в сторону пассажиров. Их собеседник продолжал говорить и указывал прямо на нее.

– Спасибо тебе… за все. Это были самые счастливые недели в моей жизни.

Эти слова привлекли внимание Дэвида, и он очень удивился, но все же сказал:

– Мне тоже было очень хорошо. Только давай поговорим об этом в другой раз?

Его предложение прозвучало забавно, но Вивиан было не до смеха и она печально ответила:

– Может быть.

Заметив, что полицейские направляются в ее сторону, она прижалась к Дэвиду еще крепче и добавила:

– Но если нет, то знай – для меня это значит гораздо больше, чем ты думаешь. Просто я не говорила тебе. Не забывай об этом, ладно?

– Не забуду, – совершенно обескураженный, пообещал Дэвид: судя по голосу, слова Вивиан совсем сбили его с толку. – Но позволь мне…

– Прощай!

– Послушайте, мисс. – Самый высокий из полицейских протиснулся сквозь толпу пассажиров и грубо взял ее за руку. – Офицер Спайкс хочет с вами поговорить.

– Эй, что происходит? – возмутился Дэвид, когда грузный констебль потащил Вивиан за собой. – Что, черт побери, ты себе позволяешь?

Полицейский даже не подумал остановиться. Остальные пассажиры расступились, давая ему дорогу. Вивиан, не сопротивляясь, покорно следовала за констеблем. Дэвид бросился за ней следом, а когда дорогу ему преградил другой полицейский, потребовал:

– Дай пройти!

– Нет! С ней хочет поговорить офицер Спайкс.

Дэвид решил не нарываться, сжал губы и стал наблюдать за происходящим. К его великому изумлению, разговор офицера начался с того, что на Вивиан надели наручники.

– А ну отойди в сторону! – жестко скомандовал Дэвид, но полицейский молча поднял дуло пистолета.

Его напарники чуть не прыгали от радости, и Дэвид слишком поздно понял, что удача вскружила им головы до такой степени, что они ничего не замечали вокруг.

– Стойте на месте, мистер! – потребовал полицейский. – Это приказ!

Дэвид едва сдержался, чтобы не броситься на него. Ну, ничего: этот Спайкс за все поплатится. Заковать девушку в наручники! И тут ему стало не по себе. Вивиан была среди пассажиров, а значит, полицейские никак не могли догадаться, что она тоже член шайки. Или могли? Дэвид, например, сразу понял, что Саймон узнал сестру, но вдруг кто-то из пассажиров тоже заметил, что они знакомы? Как бы то ни было, он не собирался сдаваться и попробовал что-нибудь выяснить у полицейского:

– Кто такой этот Спайкс и кто дал ему право надевать на девушку наручники без суда и следствия? – Дэвид говорил возмущенно, но в меру, словно его злил лишь сам факт такого отношения к слабому полу. – Ну у вас и начальник. Это что, они и ноги ей заковали? Приличные люди так с дамами не обращаются.

Полицейский даже не взглянул в ту сторону.

– Мистер Спайкс приказывает, мы выполняем. Может, он и не очень хорошо обошелся с той девушкой, но, видно, у него были на то причины. Вам, сэр, надо просто подождать, и все выяснится.

Дэвид в ужасе увидел, как Вивиан посадили в фургон. Остальные задержанные тоже были там – связаные лежали на дне повозки лицом вниз. Вивиан на мгновение обернулась, и Дэвид едва не забыл о необходимости скрывать, что они знакомы, чуть не кинулся к ней, едва не сбив констебля, который его удерживал. Вивиан выглядела испуганной: такой страх на ее лице он видел впервые. Выходит, она знала, что ее сейчас заберут, и потому попрощалась с ним.

– Я намерен обратиться к местному судье немедленно! – заявил Дэвид во всеуслышание. – Неправильно заковывать девушку в наручники и везти куда-то с преступниками.

К нему подошел констебль, который оповестил всех о поимке Черного Герцога, и объяснил:

– Эта девушка – одна из них. – Все пассажиры в изумлении уставились на него, а он, чуть не лопаясь от гордости, с выпяченной грудью, походил сейчас на петуха. – Да, мы их всех накрыли: главаря и его помощников.

– Девушка ехала в дилижансе, – возразил Дэвид. – Как и все мы.

Остальные пассажиры громко заговорили, обсуждая услышанное, но ему было на них наплевать.

– Она их сообщница, и мы ее взяли, – повторил полицейский. – Один из наших людей тоже ехал в этом дилижансе и заметил, как она перемигивалась с одним из разбойников. – С умным видом покачав головой, он добавил: – Нас не обмануть смазливой мордашкой.

Пассажиры на повышенных тонах обсуждали невероятную новость, констебль продолжал восхвалять доблестную полицию, а Дэвид от ужаса не мог вымолвить ни слова. Боже правый, что же теперь делать? Если он расскажет всю правду, то может навредить ей еще больше; если промолчит – Вивиан посадят в тюрьму, а после суда повесят. Дэвид в смятении и тоске спрашивал себя, как ей помочь, и не находил ответа. Эх, если бы Маркус был рядом! Может, обратиться к друзьям – Гамильтону или Вэру? Наверное, надо взять деньги со счета брата и подкупить полицейских, чтобы отпустили Вивиан, но это было очень рискованно: могут отказаться от взятки, и ее положение только ухудшится.

Полицейские, видимо, собирались держать их на дороге целую вечность. Стало совсем темно, но они зажгли факелы и продолжили записывать показания пассажиров. Когда очередь дошла до Дэвида, уже сходившего с ума от бессильной злобы, он сразу же заявил:

– Я считаю, что вы ужасно обошлись с той несчастной девушкой.

Полицейский поднял свое болезненно-желтое лицо, блестевшее от пота.

– Что, приглянулась девчонка, да? Мне тут уже сказали, что ты все время на нее смотрел.

– Да как ты смеешь! – воскликнул Дэвид. – Я ничем ее не обидел, а ты…

– Ладно, не кипятись. Как твое имя?

Дэвид проглотил оскорбительные слова, которые чуть не сорвались с его губ, и представился вымышленным именем:

– Джон Палмер.

– Куда направляешься?

– В Мейдстоун, это в Кенте.

Полицейский, кивая, записал его ответы и спросил:

– По какому делу?

– Зачем тебе знать? Я что, подозреваемый?

Полицейский поднял голову и невозмутимо уточнил:

– Нет. Или есть причина?

– Конечно, нет! – в негодовании воскликнул Дэвид. – Меня обокрали: забрали пятнадцать шиллингов, – и это сделали разбойники, которые по вашему недосмотру орудуют тут уже бог весть сколько времени!

– Теперь им конец! – со злобным удовлетворением заметил контебль. – Черный Герцог никого больше не ограбит. Итак, по каким делам в Кент?

Дэвид не был готов к такому вопросу, поэтому сказал первое, что пришло на ум:

– По делам моего хозяина, герцога Эксетера.

Перо полицейского повисло в воздухе, и он переспросил:

– Герцога Эксетера?