Кэролайн Линден – Чего желает повеса (страница 41)

Дэвид взял ее за подбородок и заглянул в глаза, но она не могла сказать ему всей правды: настолько привыкла скрывать, что Флинн держит при себе ее брата и что она скорее умрет, чем подвергнет Саймона опасности. Ведь если схватят главаря, то в тюрьму бросят и всех его подельников. На Флинна ей плевать, но брат совсем другое дело.

– Там есть и другие: те, кто мне очень дорог, – еле слышно проговорила Вивиан.

– Да, помню. – Дэвид откинулся на спинку стула. – Громила и совсем молодой парень.

Вивиан вздрогнула, но ничего не сказала: только кивнула.

– Это еще одна причина, по которой мне надо самому заняться этим делом, – добавил Дэвид. – Мне нужно только вернуть печатку и положить конец Черному Герцогу, но я совсем не против, если Флинна отправят на каторгу – хотя бы за то, как он обращался с тобой.

Вивиан намурилась. «За то, как он обращался с тобой». До этого момента Саймон был единственным мужчиной, который пытался ее защитить, но из-за возраста у него это не очень получалось. От тревоги за брата у нее сжалось сердце.

– Флинн… добровольно кольцо не отдаст, – запинаясь, попыталась объяснить Вивиан. – Он упрямый и злобный как бык. Если же отобрать силой, то… плохо будет другим – тому мальчишке, например.

После этих слов удивление исчезло с лица Дэвида, и он прямо спросил:

– Кто этот парень, Вивиан?

Она посмотрела на него полными страха глазами и прошептала:

– Мой брат. Мой младший брат, Саймон.

Дэвид медленно кивнул:

– Теперь понятно: все это время ты пыталась его защитить.

– И теперь ищейкам с Боу-стрит его я не отдам, – твердо заявила Вивиан. – Пусть забирают меня, но не Саймона и…

– И это самая главная причина, по которой мы должны действовать сами, – прервал ее Дэвид. – Мы заберем и мою печатку, и твоего брата.

Вивиан на мгновение потеряла дар речи и могла только, открыв рот, слушать, а Дэвид с возрастающим воодушевлением продолжал говорить:

– Если Флинн и вправду такой мерзавец, каким ты его описываешь, то юноша – Саймон, да? – будет только рад сбежать с нами. Я на него зла не держу.

– Но ведь именно Саймон ударил тебя по голове… – призналась Вивиан.

– Да не мог он поступить иначе! – махнул рукой Дэвид. – Наверняка решил, что я готов растерзать твое бесчувственное тело.

Вивиан так поразило это предположение, что она рассмеялась, но быстро справилась с неожиданным приступом веселья, села и задумалась. Возможно, план Дэвида и сработает. Он, конечно, безумный, но в то же время весьма привлекательный. Вивиан понимала: ждать, когда полицейские поймают Флинна с этой проклятой печаткой, опасно, – ведь схватят не только его, но и Саймона. Она готова была поставить все свои деньги до последнего пенса, что главарь банды будет и дальше грабить дилижансы в одном месте, а потом, сидя в пивной, хвалиться победами, при этом еще и безбожно привирая. Без сомнения, рано или поздно он попадется, а вместе с ним и Саймон…

– Так ты поможешь мне? – вернул ее к реальности Дэвид.

– А ты обещаешь, что не сдашь Саймона полиции?

– Клянусь, сделаю все возможное, чтобы Саймона не тронули, – серьезно проговорил Дэвид.

Вивиан пребывала в смятении: как быть? Заботиться о Саймоне, оберегать его, насколько хватает сил, – ее долг, но сейчас ей предстояло вверить жизнь младшего брата мужчине, который хоть и покорил ее сердце, но не был ей родным. Пауза затянулась, но в итоге девушка вымученно улыбнулась: после того как приняла решение, ей стало спокойнее:

– Да, помогу.

Глава 17

Следующие два дня Дэвид во всех деталях продумывал свой план. О делах брата он, конечно, не забывал и каждое утро ходил в Эксетер-хаус, украдкой глядя по сторонам, нет ли за ним слежки. Однажды ему удалось увидеть мужчину, который явно шел за ним, хотя и на приличном расстоянии. У него был слишком беззаботный вид для такого города, как Лондон. Чтобы убедиться в своих подозрениях, Дэвид по пути стал заходить во все дорогие магазины, и эта игра ему очень понравилась. Поскольку выходить с пустыми руками было бы подозрительно, Дэвид накупил кучу подарков для Вивиан: ленты и кружево, шаль из тонкого кашемира, два шелковых веера и книги. Представляя, с каким счастливым лицом Вивиан будет открывать свертки, он и сам радовался как ребенок.

В Эксетер-хаусе Дэвид быстро выполнял всю необходимую работу, если что-то не успевал, поручал Адамсу, а потом с головой уходил в подготовку к встрече с Черным Герцогом. Это было дело новое, необычное и, главное, незаконное – в общем все, как он любил.

Вивиан не сомневалась, что Герцог и есть Флинн. Ему сразу понравилась печатка, поэтому он не разрешил ее продать и забрал себе. Судя по ее рассказам, Флинн жадный, беспринципный, а еще очень тщеславный, так что, дабы потешить самолюбие, он вполне мог назваться Герцогом.

Дэвид, конечно, не хотел, чтобы ищейки с Боу-стрит узнали о его планах: боялся, что вмешается какой-нибудь особо усердный полицейский и все пойдет насмарку. После того как его обвинили в преступлении, которого не совершал, Дэвид больше не доверял властям и считал, что служители закона только все испортят.

Понятно, что искать Флинна надо было в тех местах, где он в последнее время грабил дилижансы: на дорогах в Лондон. Вивиан хорошо знала, на какие кареты он скорее всего обратит внимание, а значит, им придется покупать именно на них билеты и ездить как пассажиры. Рано или поздно их пути пересекутся, и тогда, по замыслу Дэвида, он предложит Флинну сделку: выкупит печатку и свободу Саймона, – и в обмен на это Черный Герцог перестанет существовать.

Дэвид понял, что пора действовать, когда к нему снова зашел герцог Вэр и подтвердил свои подозрения насчет Перси-старшего. Ему удалось узнать, что сэр Джеймс из личной неприязни к Дэвиду стал подстрекать полицейских плотнее заняться серией грабежей на дорогах, подкинув версию о Черном Герцоге. Перси всюду твердил, что разбой сам по себе – дело преступное, а если при этом разбойник еще и носит благородный титул герцога, то это вообще граничит со святотатством, и убеждал полицию немедленно его арестовать.

– Я не заслужил такого отношения к себе, – сказал на это Дэвид.

– До меня дошли слухи, – ухмыльнулся Вэр, – что его сын за год проиграл в карты целое состояние.

– Но ведь не мне, – возразил Дэвид.

– Зато в твоей компании – во всяком случае, так заявил Перси.

– Значит, полицейские с Боу-стрит скоро опять ко мне заглянут, – откинувшись на спинку кресла и нахмурившись, заявил Дэвид, поскольму с этим утверждением не мог не согласиться.

– Я бы не удивился, – кивнул Вэр. – Мне удалось выяснить, какие еще улики у них есть, но если тебя посадят под арест, даже домашний, в газетах поднимется шум, пойдут сплетни, а ты знаешь: стоит хоть раз испачкать свое имя, не отмоешься.

Дэвид молча выругался. Если пойдут слухи, что полиция намерена арестовать его за разбой, то его репутации придет конец. Честь семьи будет уничтожена навсегда. Посетители клуба «Уайтс» и так уже делают ставки, каким именно способом он опозорит фамилию, и за спиной считают его фальшивомонетчиком. Но если Трэвенем и остальные узнают о подозрениях ищеек с Боу-стрит, то путь в приличное общество ему будет заказан.

– Конечно, Перси не может явно требовать твоего ареста, – добавил Вэр, – поскольку у полиции нет прямых улик.

– Для сплетников это не имеет никакого значения.

– Это правда, – кивнул Вэр. – Но, похоже, ты знаешь, как действовать.

Дэвид настороженно посмотрел на друга, и Вэр ухмыльнулся:

– Да ладно тебе, перестань. Не верю, что ты намерен просто сидеть и ждать, когда к тебе нагрянет полиция.

– Мм… всякое может быть, – туманно высказался Дэвид, но Вэр, похоже, его понял.

– Я знал, что ты не подведешь, – улыбнулся еще шире герцог, встал и добавил: – Надеюсь, когда-нибудь ты напишешь мемуары. Без сомнения, это будет захватывающее чтение.

– Ты хотел сказать – пугающее. – Дэвид с мрачным видом провел рукой по волосам. – Боюсь, такие книги нельзя давать в руки подрастающему поколению, а мою мачеху и вовсе хватит удар, если прочитает о моих приключениях.

– Да уж, но я бы прочитал с удовольствием, – усмехнулся Вэр и попрощался, а Дэвид вернулся к работе.

Вивиан и Дэвид тайно покинули дом под проливным дождем, а помог им Энтони Гамильтон, которому Дэвид доверял, как самому себе, и не сомневался, что друг никому не расскажет о его планах. Зная, что полиция следит за домом, он попросил Гамильтона довезти их до постоялого двора на самой окраине Лондона, где их уже ждал другой, наемный, экипаж, чтобы выехать за пределы города, на поиски Флинна.

Дэвид заметил, с каким интересом смотрел на Вивиан Гамильтон, хотя их общение и было коротким из-за дождя, да и сама девушка почти ничего не говорила. Когда они приехали на место, Дэвид спрыгнул в дождь, помог Вивиан выйти из кареты друга и сразу же пересадил ее в наемный экипаж.

Гамильтон проводил ее взглядом и напомнил другу:

– Как-то ты мне сказал, что твои похождения однажды закончатся встречей либо со священником, либо с пулей.

– К священнику пока никак, – вздохнул Дэвид. – Во всяком случае – с ней.

– Ясно, – ухмыльнулся Гамильтон.

– Спасибо за помощь, – поблагодарил Дэвид.

– Да, мелочи. Если что, обращайся, – проговорил друг с неуместным для такого момента весельем в голосе.