Кэролайн Куни – Лицо на пакете молока (страница 11)
И вдруг под бумагами она заметила какую-то ткань.
Белого цвета.
В черный горошек.
Похолодевшими руками Дженни отодвинула в сторону лежавшие сверху бумаги и вытащила ее.
Это то самое платье, которое было на девочке с фотографии на пакете молока.
VIII
В тот вечер мама потушила мясо с картошкой и луком, а также приготовила много густой и темной подливки. Обычно от запаха такой вкуснятины они с отцом вились на кухне, заламывая руки и изображая голодное истощение. Но на этот раз ничего такого не случилось – у Дженни не было аппетита.
– Дорогая, ты плохо себя чувствуешь?
Она покачала головой в ответ:
– Нет, все нормально.
– Может, хочешь чего-нибудь другого? – заботливо спросила миссис Джонсон. – Суп с тостами?
– Я бы съела чизбургер из «Макдоналдса», – ответила Дженни. – Ненавижу эту старомодную еду и подливки, из-за которых приходится часами стоять на кухне.
Девушка понимала, что говорит маме неприятные вещи, поэтому отвернулась, чтобы не видеть выражение ее лица.
– Дитя нашего века, – ответила та, пытаясь превратить все в шутку. – Для вас пицца лучше любого домашнего пирога, а чизбургер из «Макдоналдса» лучше тушеного мяса.
Папа попросил добавки, чтобы морально поддержать супругу. Он громко нахваливал вкус и текстуру подливы. Джейн понимала, что все ждут от нее извинений.
– Как школа? – поинтересовался папа.
– Как обычно. Ничего нового.
Мистер Джонсон сделал глубокий вдох.
– У нас была отличная тренировка. Я с нетерпением жду следующей игры. В средней школе Линкольна все приличные спортсмены уже закончили обучение, так что у нас есть все шансы их «сделать». Может, зайдешь? Ты еще не видела, как моя команда играет. Приходи завтра на игру.
Он был горд своей командой, как мальчишка, и хотел показать ее во всей красе.
«Можно разместить объявление в каком-нибудь номере воскресной газеты в Нью-Джерси, – думала в это время Дженни. – Но что там написать? “Опишите Дженни Спринг. Кто такая Ханна?” Если в Нью-Джерси у меня есть родители, это даст им надежду, что их ребенок жив. Надежду, что он где-то живет, что ему их не хватает и он хочет их видеть… Я действительно существую. Но мне не нужны другие родители. Меня все устраивает. Как я могу иметь мать и отца, но при этом по ним не скучать и не хотеть их видеть? Неужели я такой бесчувственный монстр? Хотя если я знаю, что они где-то есть, то как спокойно жить дальше и оставить их в ситуации полного неведения о моем существовании?»
Как и почему мама и папа это сделали? Неужели они такие ужасные люди?
Отец протянул руку, взял ее за волосы на затылке, собрал их в хвостик и уткнулся в него лицом.
– Дженни, ну пожалуйста, – произнес он умоляющим голосом. – Ты мне нужна. Я хочу, чтобы ты нас поддержала. Приведи друзей. Пусть с тобой придет вся школа и за нас поболеет.
– Папа, не тяни так, – сказала она, освободила волосы из его ладони и тут же поняла, что ранила и его.
«Он ведь любит меня, – мелькнула мысль в голове. – Как преступление и похищение ребенка могут вылиться в любовь?»
– Сегодня будут показывать отличный фильм. Не хочешь вместе посмотреть? – предложила мама.
– Не могу. Слишком много домашки.
Дженни встала из-за стола и убрала свою чистую тарелку, после чего поднялась в свою комнату, закрыв за собой дверь. Девушка пыталась не думать о родителях, но она любила теплые, добрые и доверительные отношения, поэтому размолвка не давала ей покоя.
Она попыталась успокоиться, осмотрев свой гардероб, решая, что наденет завтра на «почетный завтрак» – мероприятие, организованное для преуспевающих учеников. Первая четверть закончилась, время стремительно неслось в сторону зимы и Рождества, которое придет совсем скоро, и настанет пора переодеться в любимое зимнее пальто. Вдруг резко захотелось сменить весь гардероб. Она задумалась, поедут ли они с мамой за покупками.
Шопинг!
Воспоминание поразило ее как гром среди ясного неба. Это был самый подробный и реалистичный кошмар наяву. Даже с диалогом.
Они покупали одежду.
(Кто «они»?) Девушка не видела их со стороны, но слышала:
– Нет, Дженни, тебе уже надарили достаточно ношеной одежды.
– Но, мамочка…
– Не сейчас! Ты же видишь, я занята близнецами!
– Но мамочка…
– Тебе точно не нужна кожаная сумка.
Девочка идет куда-то одна, находит место с высокими крутящимися стульями, садится и раскручивается, отталкиваясь руками от прилавка. Он сделан из светло-зеленой пластмассы, салфетки вылезают из прорезей в коробочках.
Рядом садится женщина с длинными блестящими волосами и покупает ей мороженое.
Около восьми вечера в дверь ее комнаты постучался отец.
– Солнышко, я могу войти?
– Конечно.
«Что это за женщина? – думала Дженни. – Моя мать? Другая жена папы? А та, с которой я была в магазине? Она звала меня “Дженни”. И я отзывалась. Это и есть мое имя».
Мистер Джонсон нерешительно вошел, словно никогда не был в ее комнате и не знал ее саму.
– Что-то не так, дорогая? Почему ты на нас злишься?
Он был высоким, сильным и худым человеком, который легко и не задумываясь съедал добавку… Папа рано поседел, но волосы не растерял. У него была выдающаяся серебряная шевелюра.
– Почему ты так решил? – ровным тоном спросила она.
– Потому что так оно и есть. Ты ведешь себя очень резко. Что происходит?
– Лучше ты мне расскажи.
Она хотела заставить его дать ей ответы, не задавая никаких вопросов. Они были мирной и дружной семьей, никогда не ругались. Дженни даже не могла вспомнить случая, когда говорила родителям гадости. Но отец ничего не сказал, потому что даже не знал, о чем должен рассказать.
На следующее утро был «почетный завтрак», на котором ассоциация учителей и родителей приготовила пончики с начинкой, апельсиновый сок и кофе. Это было мероприятие для тех, кто учился без троек. Несмотря на то что многие ученики считали это достаточно глупой затеей, никто не пропускал. Здесь больше аплодисментов получали не отличники, а те, кто хорошо играл в футбол, не те, кто писал прекрасные сочинения, а те, кто играл в школьном музыкальном ансамбле. Отличникам доставался пончик и упоминание фамилии в школьной стенгазете.
Все были удивлены неожиданным появлением Рива. Многие картинно прижимали руки к сердцу и бежали проверять, стоит ли его имя в списке приглашенных. Неужели? Рив? Человек, который никогда не брал в руки сделанные из бумаги и картона предметы под названием «книги»!
– Что? Не ждали? – отвечал ухмыляющийся парень.
Дженни была очень рада его видеть.
– А я и не подозревала, что ты начал хорошо учиться, – сказала она. – Значит, можешь делать это не хуже сестер и брата.
Он пожал плечами.
– Я и сам не был уверен, что могу, – признался он. – Просто раньше никогда не пробовал. Мне казалось, что хорошие оценки – это только для моих родственников.
– Мистер Маккейн, – ухмыльнулась Сара-Шарлотта, – наверное, Рив вас подкупил, или его имя оказалось в списке приглашенных по ошибке?
– Рив прекрасно учится, – ответил директор. – Становится таким же хорошим учеником, как и…
«Ой, только не надо упоминать его брата и сестер, – пронеслось в голове Дженни. – Ему это сравнение точно не понравится. Он должен быть таким, какой есть».
– Я! – громко вставила она, выйдя вперед и тряся рыжими волосами.
– Ну-ну, – произнесла Сара-Шарлотта. – Ты сюда попала просто потому, что твои оценки чуть выше среднего. Рив, если уж ты хочешь на кого-то равняться, то равняйся на меня.
Девушка начала безбожно флиртовать, взяла парня за запястье и сделала вид, будто с ним танцует. Тот широко улыбнулся.