Кэролайн Куни – Голос в радиоэфире (страница 24)
– Нет, – отрезал Винни.
«Ну и ладно, – подумал Рив. – Скажу при всех: при Кэле, Дереке и других незнакомых мне людях».
– После Дня благодарения я не вернусь на радиостанцию.
Это заявление привлекло внимание окружающих. Рив старался смотреть только на Винни.
– У меня с учебой провал.
– Вероятно, потому, что ты просто не занимаешься, – произнес Винни. – Какое отношение это имеет к радиостанции?
– У меня из-за этого с родителями напряги.
– Ну и что? – Винни внимательно следил за выражением лица Рива.
– Дженни узнала о программе, – сказал он наконец.
Рив опустил глаза и глубоко вздохнул.
– И она тебя не убила? – поинтересовался Дерек. – На ее месте я бы именно так поступил.
– Она порвала со мной. Больше не желает даже разговаривать.
– Ну если так, – заметил Винни, – можешь спокойно продолжать выступать. Тебе сейчас вообще нечего терять. Проблема решена.
– Я обещал, что больше не буду.
– Обещания девушкам, с которыми расстался, не считаются.
– Считаются.
– Ты не сдержал данных ей обещаний, пока вы были вместе. С какого перепугу ты решил стать таким честным, когда отношений уже нет?
Видимо, до этого голос Рива был не очень убедительным.
– Нет. Больше я эту программу вести не буду, – твердо произнес он.
Неожиданно на него набросился вовсе не Винни, а Дерек.
– Ты отобрал мой час, – прошипел он. – Это хорошее время, а меня подвинули и отдали его тебе.
Уже второй раз в течение одной недели Рив стоял в небольшой комнате, окруженный людьми, которые его ненавидели.
– У меня была прекрасная программа! – От злости Дерека аж трясло. – Ты отнял мое время, и я выступал на разогреве перед твоей популярной программой. Винни меня практически слил. Но я не стал тебе мстить, хотя мог. Я не стал мешать ни тебе, ни твоей программе. Даже я признал, что ты сделал достойный проект. Я не делаю твою программу, благодаря которой эта радиостанция получила большую засветку и популярность. То, чего она заслуживает. И сейчас ты собираешься взять и бросить слушателей? Поставить крест на популярности? Нет, я этого не позволю. Я тебя из окна выброшу. Так что появляйся после праздников, продолжай делать передачи, не балуй и не лажай.
Уволиться не получилось. Его не оставили в покое даже после того, как он вернулся в общагу. Винни не отстал, вызвал для поддержки Visionary Assassins и приперся к нему в комнату.
Корделл и Пэмми остались посмотреть, что будет происходить.
Никогда в комнате не было так много народу. Когда все наконец уселись (главным образом на полу), Винни закрыл дверь и прислонился к ней, чтобы Рив никуда не слинял.
– У Visionary Assassins, – сладким голосом начал он, – в период праздников будет выступление в клубе. Это очень важное мероприятие, потому что их придут послушать представители крупных лейблов.
Рив искренне порадовался за ребят.
– Отлично! – произнес он. – А представители каких будут? Когда вы узнали? И какую демку отправляли?
– Ты нам нужен! – заявил один из ребят, игнорируя его вопросы. – На этой неделе на WSCK объявят, что в следующей программе будут вставки из нашего концерта. Прикинь, какое хорошее впечатление это произведет на представителей лейблов. Они же не знают, насколько популярна твоя программа, и подумают, что все это только ради нас. В любом случае мы рассчитываем на полный зал.
Рив представил, что это хорошая «засветка» для программы. Ему очень хотелось сесть перед микрофоном.
– Нет, ребята, – ответил он. – Я завязал. Успешно вам выступить и…
– Послушай, – вежливым и мягким тоном произнес Винни, – это ведь и твой шанс.
– Начинается игра по-крупному, – заметил один из Visionary Assassins. Глаза парня блестели.
Рив тоже мечтал, что его заметят. Пока он был волонтером на студенческом радио, но хотел попасть на коммерческую станцию.
«Перестань, – сказал он сам себе. – Завязывай».
– Я не собираюсь работать на радио, – сказал он. – Я просто хотел немного повеселиться, пока учусь.
– Да ладно тебе, – заметил Корделл. – Ты даже не знаешь, какие у тебя предметы и что сдавать во время сессии.
– На крупных коммерческих радиостанциях, – произнес Винни, – зарабатывают тридцать-сорок миллионов долларов в год на рекламе. Ты пока на студенческой и без рекламы. У нас есть планы перевести тебя на настоящую станцию, где все будет по-взрослому.
До этого Рив никогда не сталкивался с людьми с силой воли, да и сам практически никогда не оказывался в ситуации, когда надо было ее проявить. Чаще всего он делал то, что хотелось.
Ладно, в последний год обучения в школе он взялся за ум, чтобы попасть в колледж. Но для этого не надо было прикладывать особых волевых усилий. Просто почувствовал, что пора позаниматься.
Он заставил себя думать о семьях Джонсонов и Спрингов.
– Нет, ребят. Вы и без моей помощи соберете полный зал. Я для этого не нужен. Я завязал с «Дженни».
Рив подумал, что Винни его сейчас убьет. Тот выхватил стул из-под сидевшего на нем Корделла и поднял в воздух, словно укротитель львов.
– Слышь, Винни, – произнес парень, – мы не против тараканов и грязи, но вот крови точно не надо.
– Как думаешь, зачем ты попал в колледж? – спросил Винни. – Чтобы найти свое место в жизни. Мы можем дать тебе шанс на отличное местечко. Не отказывайся.
«Я не хочу быть диджеем, – подумал Рив. – Это поганая карьера для поганых людей. Конечно, в такой среде я могу найти свое место».
Он провел рукой по заросшему щетиной лицу.
«Может, стоит отрастить бороду, – промелькнула мысль. – Будет за чем прятаться».
– Нет, – твердо ответил он.
Винни постарался успокоиться, медленно и аккуратно поставив стул в середине комнаты. Было ощущение, что он хотел попасть им в какой-то видимый только ему квадрат на полу.
– Рив, – произнес он. – Она об этом не узнает. Ты идешь на жертвы ради человека, который с тобой не разговаривает. Какая теперь разница? Ты делаешь что-то ради человека, который это не оценит. Никаких бонусов ты не получишь.
– А быть богатым и знаменитым всегда хорошо, – вставила свои три копейки Пэмми.
В ту ночь Рив практически не спал.
В общаге было два вида людей: те, кто никогда не спал, и те, кто делал это постоянно. Первые начинали веселиться к полуночи и после бурной ночи шли на лекции. Вторые спали всю дорогу: на своих кроватях, на чужих, на собственной. Они спали во время студенческих волнений, городских марафонов и под звуки звонящих телефонов. Они были как олимпийские боги сна.
Рив завидовал и тем и другим. Он не мог ни спать, ни веселиться. Он просто лежал, как бревно.
«Я – слабак, – думал он. – Я нашел в себе силы сказать «нет» Винни и ребятам, но они так просто не отстанут. В День благодарения вокруг будут жужжать Меган, Тодд и Лиззи, будут доказывать, что они лучше меня. Дженни будет совсем рядом, но не захочет со мной говорить. Следовательно, я вернусь в колледж в плохом настроении и подавленном состоянии, и тут Винни скажет, какой я классный чувак, как я им нужен, что я для радиостанции просто все, и я поведусь на его слова. Наверное, мало просто уйти с радиостанции. Придется уйти из колледжа. Жить дома. Поработать. Может, следующей осенью найду другой, на котором нет радио».
Он снова подумал о Дженни и вспомнил совет, который дала ей Сара-Шарлотта. Бежать или сражаться. Оглядываясь назад, он, Рив Шилдс, никогда в жизни не принимал решения сражаться.
Ему ужасно хотелось поговорить с девушкой. Никто на земле не знал его лучше. Но она знала его таким, каким он был прежде, – милым, но, по сути, совершенно обычным школьником. Такого, каким он стал сейчас, она и знать не хочет.
«Да я бы и сам не захотел знаться с таким, каким сейчас стал», – с грустью подумал Рив.
Утром было ощущение, что он все-таки проснулся, значит, видимо, умудрился поспать. Он попытался вспомнить, посетил ли хотя бы одну лекцию или семинар на прошлой неделе, и не смог.
Парень решил позавтракать в кафетерии. Может, хороший завтрак (банан, хлопья, апельсиновый сок) в состоянии сделать из него нормального человека. И только вошел в кафетерий, как к нему подлетели две симпатичные девушки в толстовках.
– Рив, – радостным тоном произнесла одна из них. – Мне нравится твоя программа.
Он не смог сдержать ухмылки. Девушка преградила ему путь к очереди за едой.
– Ходят слухи, что ты уходишь с радиостанции…