Кэролайн Коури – От Стамбула до Парижа (страница 9)

– Это весь сюжет?

– Вроде того. Они согласились встретиться через шесть месяцев в Вене.

– И что, встретились?

– В конце фильма мы об этом не узнаем, но я смотрела продолжение, – я поиграла бровями.

– Придется посмотреть.

– Обязательно. Прекрасный фильм. Сюжета не так много, но есть насыщенные диалоги и прекрасные виды. У персонажей такая связь, это просто невероятно. – Мыслями я перенеслась в Париж, где и проходило действие второй части.

– Ты бы так смогла?

Кружка замерла у моих губ.

– Что?

– Смогла бы сойти с поезда в Вене с кем-то, кого ты только что встретила?

– Нет, – решительно сказала я.

– Почему?

– Начнем с того, что я в принципе не стала бы путешествовать по Европе в одиночку и на поезде. Вена, конечно, это здорово, но Париж? Его архитектура, музеи, еда… – Я сделала глубокий вдох, словно передо мной поставили тарелку со свежеиспеченным круассаном. – Я бы не стала отказываться от возможности провести лишний день в Париже.

– Ты там никогда не была?

Я поправила легинсы, чтобы дырочку на колене было почти незаметно.

– Нет. Каждое лето я езжу на побережье Уэльса со своей семьей. А ты?

Оз кивнул.

– Там именно так красиво, как ты себе и представляешь.

– Моя лучшая подруга Лиз упрашивает меня поехать с ней в путешествие этим летом. Шесть городов за десять дней.

Оз заелозил в кресле.

– Это же прекрасно.

– Вроде того, но… – я поправила рукава. – Я посмотрела цены… Один билет на поезд стоит пару сотен фунтов, а там еще и хостелы, еда, мелкие расходы… Дорого получается. И вообще мне надо работать все лето, чтобы хватило денег на юридическую школу и жилье.

– Сколько ответственности в таком юном возрасте.

Такое может сказануть кто-нибудь вроде моего дедушки.

– Yani, я хотел сказать, что мне очень жаль, что тебе приходится делать такой выбор. Мир ведь тебя ждет.

Его что, наняли Turkish Airlines, чтобы он делал им рекламу?

– Я уверена, что мир никуда от меня не убежит и я успею попутешествовать, когда найду работу. – Я поджала губы и опустила взгляд на чашку.

– Tabii ki, конечно. У тебя свои… э‑э… приоритеты. Но если вдруг передумаешь, имей в виду, что приключения тоже насыщены опытом и знанием. Можно посмотреть мир, познать чужую культуру, как живут в других странах… Даже если ты ограничена в средствах, что-нибудь придумать можно.

Я теребила пальцами катышек шерсти, что был у меня на рукаве. Пару недель назад я была на ярмарке профессий, и оказалось, что после университета открывается очень много возможностей, о которых я даже не думала. Признаюсь, некоторые меня даже увлекли.

– Стамбул, наверное, очень красив, – сказала я после недолгой паузы. – Что-то вроде Европы и Азии в одном флаконе, да?

– Да. Безумный город. Можно за день исследовать два разных континента.

– И жаркое солнце есть?

– Да. Летнее солнце очень жарит. А еще у города богатая культура – он отражает империи, которые когда-то им правили. Но я никогда не бывал в Вене, хотя хотел бы.

– И я. В фильме там очень красиво. Надо бы пересмотреть, освежить воспоминания. Правда, моя сестра сломала диск.

– Раздражающие сестры? Понимаю.

– Вот-вот. Это еще не самое худшее. Как-то раз, когда мне было восемь и мы играли в прятки, она заперла меня в сарае на четыре часа.

Он закусил нижнюю губу, чтобы не расхохотаться.

– Uf ya. Жестоко.

– Травма на всю жизнь, – заверила я его, положа руку на сердце. Оз испустил громкий смешок; его лицо просветлело, ямочки стали глубже. Я поняла, что пялюсь на них.

– А твоя сестра? – Я отвела взгляд. – Назови худшую ее проделку.

Оз задумался.

– Порвала мои футбольные карточки и спустила их в унитаз. Мне было десять.

Я прижала пальцы к приоткрывшемуся от удивления рту.

– Да-да, знаю, безумие, – сказал он.

– И что сделала твоя мама?

Он цокнул языком и мотнул головой.

– Ей было все равно. Кажется, она забрала у сестры велосипед на один день.

– А папа? Он был строже?

Оз посмотрел в окно.

– Он умер, когда я был маленьким, – он стиснул челюсть, пальцы машинально прикрыли шрам и потерли его, будто пытаясь стереть плохие воспоминания.

– Извини, – прошептала я.

Бариста опустошал фильтр из-под эспрессо, люди вокруг негромко переговаривались между собой, французский певец нежно напевал из аудиосистемы.

– Я буду скучать по Лондону, – произнес Оз.

– Почему? Куда ты?

– Я улетаю завтра.

– Улетаешь? – переспросила я немного слишком громко. – Э‑э, в смысле, как жаль.

Оз повернулся ко мне и наклонил голову.

– Очень жаль. Завтра в семь я вылетаю из Хитроу и отправляюсь в Стамбул. Мой рюкзак в камере хранения на станции «Мраморная арка». Сегодня в шесть я иду на прощальную вечеринку с друзьями в ливанский ресторан на Эджвар-роуд. Ночь проведу в аэропорту, – он залпом осушил чашку кофе и поставил ее на стол. – А сейчас мне нужно вернуться на шествие.

– Оу. – Я поставила чашку на блюдце, от чего чай внутри заплескался.

– Идем со мной, – он произнес это так тихо, что я не сразу поняла, что он сказал.

– Что?

– Идем со мной на шествие. Ты выпила чай и съела печенье. Тебе лучше?

Я кивнула.

– Да. Но мне нужно возвращаться домой и работать над диссертацией.

– В воскресенье?