Кэролайн Коури – От Стамбула до Парижа (страница 19)
– Я вернулась! – в комнату ввалилась Лиз. – Это тебе.
Она так бережно отдала мне конверт, словно давала подержать своего первенца.
– Надеюсь, тебе понравится.
В комнате наступила тишина. Родители присели на кровать, а Эми болтала ногами, сидя на столе. Выглядела она так угрюмо с тех пор, как зашла в эту дверь.
Я открыла конверт и достала содержимое: бумажку с надписью «Eurail Pass» наверху. И прикрыла открывшийся было рот ладонью.
Лиз запищала от восторга и запрыгала на месте.
– Лиз, я не могу принять такой подарок! Это же так… дорого!
– Что это? – Эми выхватила бумажку. – Билет на поездку по Interrailing? Серьезно? Это таких бабок стоит!
– Возражения не принимаются, – Лиз захлопала в ладоши и склонила голову перед моими родителями. – Мистер и миссис Джонс. Думаю, вы согласитесь, что Эбби очень старается и много учится, поэтому после экзаменов и до того, как начнется ее блестящая карьера адвоката, она может съездить на небольшой отдых. Эбби сказала, что летом будет работать в парусном клубе в Мамблс, но я надеюсь, что вы поможете ей переговорить с менеджером. Если ей выделят три свободные недельки, я покажу ей Европу.
– Лиз, это очень щедро с твоей стороны! – сказала мама, растерявшись от такой неожиданности.
Лиз обвила мое плечо рукой и прижала к себе.
– Поездка будет замечательная!
Три недели путешествий по Европе! Это же мечта. И куда мы отправимся? В Париж, Рим или, может, в Вену? Значит, мои цели звучат так: получить высший балл и спонсорство, а потом колесить по Европе с Лиз. Да, прошлая ночка выдалась веселая, но на этом все. Это было на один раз, и от Оза остались лишь воспоминания в виде распечатанных изображений из фотобудки.
Глава десятая
– Шампанского?
– Уф-ф, – застонала Лиз и отмахнулась. – Пожалуйста, уберите это с глаз моих.
Официант растерянно посмотрел на нее в ответ: в его руках был поднос с шампанским в бокалах-флюте.
– Эбс, выпей за меня, а, – подруга потянулась за стаканом с апельсиновым соком.
– Во мне уже два бокала, – я жестом отказалась от алкоголя, и официант пошел дальше.
– И что? Это вечеринка в честь твоей помолвки, а еще тебе не надо кормить грудью, – она посмотрела вниз. – И принимать антидепрессанты, – добавила она шепотом.
Я сжала ее руку.
– Все будет нормально, – сказала я. – Ты отлично справляешься и выглядишь тоже замечательно.
Лиз провела рукой по своему алому платью.
– Я выгляжу как дитя от брака дьявола и джерсейской коровы.
– У тебя всегда была большая грудь.
– Это я знаю, – она сжала грудь. – Но теперь они еще и тяжелые. Я‑то думала, я уже достаточно сцедила молока, но, похоже, скоро мне придется отлучиться в туалет и использовать молокоотсос. Сразу легче станет.
– Вот уж не думала, что когда-нибудь такое от тебя услышу.
– Я тоже. Материнство полностью поглотило меня, Эбс. Я так ждала этого вечера, даже ногти накрасила, – она показала мне багровые ногти. – Но сегодня, когда мама пришла, чтобы посидеть с ребенком…
Она замолчала и поморщилась.
– Первая моя мысль – хочу прилечь и поспать, – Лиз как можно драматичнее опустила голову на мое плечо.
– Лиз. – Я погладила ее по оголенной руке. – Я очень рада, что ты пришла. Мне это безумно важно.
Подруга подняла голову.
– Но если ты отойдешь в другую комнату и вздремнешь, я возражать не буду.
– Я не оставлю тебя наедине с родителями Чарли! Я останусь тут и поддержу тебя.
– Да не такие уж они и плохие.
– Они все празднование присвоят себе! Не забывай, что это твоя свадьба, а не их. Даже если вы пока не выбрали дату свадьбы.
Я глотнула шампанского.
– Да я и не против, если они перетянут одеяло на себя. Мне все равно не до свадебных журналов сейчас. А свадьба нам нужна идеальная, значит, придется приложить усилия.
– А я тебе на что? Я же в декрете! Помогу, пока могу, – она зевнула.
– Тебе надо о себе заботиться, а не о том, будет у нас на закуску мусс из лосося или крокеты с хаггисом.
Лиз сделала вид, будто ее сейчас вырвет.
– Крокеты, конечно, о чем разговор? И вообще, вы же еще не определили дату. Почему родители Чарли уже что-то планируют?
– Мы к ним ездили на Рождество, ну Чарли и попросил меня доставить им удовольствие поговорить о свадьбе и не акцентировать внимания на том, что помолвка затянется.
– А это, кстати, почему?
– Год и так насыщенным выдался, – сказала я. – Мэри наверняка упоминала, что Чарли метит в королевские барристеры, а я хочу выиграть какое-нибудь важное и громкое дело. Может, свяжу это как-нибудь с конференцией, на которой я была в прошлом месяце.
– Я здесь, как раз чтобы тебе помочь! Эбс, ну пожалуйста. – Она потянула меня за рукав моего бархатного черного платья, которое я купила на новогодней распродаже на прошлой неделе, когда Чарли огорошил меня новостью о вечеринке. – Приедешь ко мне, полистаем журналы вместе. Я хочу участвовать во всем!
– Поучаствуешь, не переживай. Ты подружка невесты, в конце концов.
Лиз просияла.
– Правда? Ты же ничего не сказала.
– Подумала, что это и так понятно.
– Класс, Эбс. Очень изящно предложила лучшей подруге стать одним из самых важных гостей на свадьбе.
– Извини.
– Извиняю. Но я тебя прошу, дай мне все распланировать. Я сама посмотрю все варианты и представлю их тебе. Когда выберете дату, у тебя уже будет все готовое и в папочке. Там уже и делать будет нечего.
– Правда? Ты не против?
– Конечно, нет! Сначала нужно выбрать место. Наверное, какое-то небольшое и уединенное местечко в Уэльсе?
– Эбигейл, дорогая, – за нашими спинами раздался ласковый, тягучий голос. Елена Логан – самая изящная женщина возраста семидесяти лет, которую я знаю. Ее серебристые волосы всегда аккуратно уложены под каре, от чего она напоминает Хелен Миррен. Выглядит она всегда с иголочки, даже когда выгуливает собак в родовом поместье.
Рост и орлиный нос Чарли унаследовал от матери, а тепло и заботу – от отца, который сейчас опустошал бар с каким-то незнакомым мне гостем, опрокидывая виски. Чарли – единственный ребенок в семье, и это можно было понять по вниманию и любви, которыми его одаривали родители. Правда, его это совсем не избаловало; наоборот, Чарли – самый самоотверженный человек из всех, кого я знаю.
– Эбигейл, у нас превосходные новости! – сказала Елена. – Замок Ошен в Дамфрисе свободен в последние выходные декабря.
Лиз подавилась апельсиновым соком.
– Я думала, вы еще не определились с датой, – она бросила на меня разъяренный взгляд. Ее раздувающиеся ноздри и вытаращенные глаза я знала очень хорошо.
– Ну, не совсем, мы еще не…
– Эбигейл, дорогая, – Елена легонько коснулась моей руки. – Прости меня, я не знала. Чарльз сказал, ты согласилась на свадьбу в Рождество, поэтому мы ориентировались на то, когда замок будет свободен, а не на ваш график. И потом, сын сказал, что ты никогда не принимаешь клиентов в Рождество.
Я открыла рот, чтобы сказать, что это не совсем так, но промолчала. Не хочу пререкаться. Чарли как-то сказал, что я вечно защищаюсь перед его мамой, а я и не знаю, почему она так со мной общается, что мне и впрямь приходится обороняться.