Кэролайн Кепнес – Новая Ты (страница 53)

– Нет, – упрямо повторяет Лав и щедро льет воду на кактусы, будто им это нужно, – не показалось.

Выбора у меня нет.

– Хорошо, ты права, – вздыхаю я. – Пойми: ты говоришь, что завязала с кино и больше не хочешь быть актрисой. Тут является он со своей новостью, и я понимаю, что нас ждет новый круг ада, ведь он непременно позовет тебя, а ты непременно захочешь у него сняться.

– Потому что я безвольная?

– Потому что вы двойняшки. И работаете вместе.

– Я дала слово, что завязываю с кино. А ты вместо того, чтобы от души порадоваться за Форти, просто сбежал. Тут что-то нечисто.

Приходится врать.

– Я очень хорошо отношусь к твоему брату.

– Тогда почему не обнял его и не поддержал?

Лав вдруг замолкает, откидывает шланг и разворачивается, чтобы уйти.

– Каждый раз… – всхлипывает она. – Все парни, с которыми я встречалась, сначала делают вид, будто в восторге от брата, что у них дружба и все такое, а стоит ему о чем-то попросить, тут же отворачиваются.

– Он ни о чем меня не просил. У него теперь и так все есть.

– Просил! О принятии, и любви, и искренней радости. Почему ты просто не обнял его и не порадовался с нами? Почему сбежал?

Вот это новость: теперь пропажа Форти – моя вина.

Рей снова зовет нас к столу. Я пытаюсь вызвать Лав на разговор, но она лишь отмахивается и заявляет, что сейчас не время. Так она меня скоро разлюбит. Лав тает, как снег, разряжается, как телефон, засыхает, как цветок. Я послушно иду в дом, ем гуакамоле, разговариваю о книгах с ее родителями. Я – ни на что не годный слабак. Рей и Дотти решают съездить в кино – ха!

Они отчаливают, а мы садимся на огромный диван. Я молчу.

Если скажу, что все образуется, она отрежет: «Откуда тебе знать».

Признаюсь в любви – заявит, что ей не до этого.

Спрошу, что мне для нее сделать, – скажет, что никто ничего теперь сделать не может.

Попробую ее рассмешить – еще больше рассердится.

Сделаю вид, что расстроен, – вздохнет, что сейчас не может смотреть на кислые мины, и без того плохо.

Родители возвращаются.

– Есть новости? – спрашивает Рей.

– Ничего.

Дотти говорит, что муж наконец-то осознал трагизм ситуации: в кино они не поехали, а были в квартире у Форти на бульваре Сансет. Они уверены, что сын мертв – сердце подсказывает.

Я стараюсь «надеяться на лучшее и сохранять присутствие духа», как советуют в таких ситуациях. Чтобы немного разрядить обстановку, предлагаю Рею посмотреть «Форсаж». Но только мы включаем кино, является Лав и говорит, что я ее бросил. Оставляю Рея и иду за ней.

– Теперь ты бросил его! – огрызается она, нацепляет наушники и утыкается в телефон.

Я бессилен что-либо сделать, пока Лав сидит вот так в темноте, как в день нашего знакомства. Похоже, она и тогда была сильно расстроена: винила себя за то, что переспала с Майло. Теперь причина ее страданий – Форти. И она винит себя в его исчезновении.

Мне приходит сообщение.

Форти!

Первым делом оглядываюсь по сторонам, чтобы проверить, не смотрят ли на меня. Все в порядке. Открываю и читаю:

«Заморим червячка, старина?»

Я глазам своим не верю. Его семья в трауре, а он зовет меня пожрать. Ему что, плевать на них? Он забыл, как я к нему отношусь после наглой кражи моей интеллектуальной собственности?

Пишу: «Когда и где?»

«Сейчас в кафе 101».

Подхожу к Лав и кладу ей руки на плечи. Она снимает наушники и вопросительно смотрит на меня.

– Поеду искать Форти. Не могу больше сидеть и ждать.

– Но как?

– Прочешу город. Обойду все его любимые притоны.

– Джо, – выдыхает она, – ты чудо. Спасибо!

– Не благодари, – говорю я и целую ее руку. – Это ты чудо. Не могу смотреть на твои страдания. Я найду его!

– Прости, что веду себя как капризная стерва, – шепчет Лав. – Самой противно, но поделать ничего не могу. Хотя пора бы уже научиться брать себя в руки – все-таки не девочка, уже тридцать пять лет…

Целую ее в идеальную макушку.

– Научишься – жизнь длинная. Я найду и приведу его в чувство, а потом притащу сюда, и стану заботиться о нем, и не позволю больше тебя мучить.

– Люблю тебя. Будь осторожен! – кричит она мне вслед.

Но если уж о ком и стоит беспокоиться, так это не обо мне, а об ее братце. Чаша моего терпения переполнена. Если Форти позвал меня не для того, чтобы извиниться за свой обман и исчезновение, то живым он из кафе не выйдет.

41

Я гоню на полной скорости. Форти выбрал не приличное заведение, а забегаловку «101» из фильма «Тусовщики». Тревожный знак. Когда я вхожу внутрь, краснощекий обдолбанный Форти сидит на диване, закинув грязные ноги в потрепанных мексиканских сандалиях на стол, флиртует с официанткой и потягивает пиво. Играет мерзкая песенка «Tom Tom Club», которой Лос-Анджелес встречал меня в прошлой жизни в аэропорту. Плохой знак! Беру себя в руки и настраиваюсь на позитив. Надо соблюдать презумпцию невиновности: Форти сбежал ото всех, не вынеся тяжести вины перед своей семьей и передо мной; теперь он, несомненно, хочет покаяться и вернуться на путь истинный.

– Форти, мы все чуть с ума не сошли, пока тебя не было. Что за черт?

– Эй, спокойно! Ты чего так разошелся?

– Позвони сестре!

– Не будь занудой, старина.

Теперь я вижу, что он полностью погряз во грехе. И вызвал меня сюда не потому, что узрел свет истины, а потому, что крэк окончательно выжег ему мозг. Вместо того чтобы вымаливать у меня прощение, он разглядывает меню и насвистывает идиотскую попсовую песенку.

Я заказываю сандвич с копченой курицей, а он – с тройным беконом.

– Знаешь, старина, – заявляет этот урод, – а ведь я на тебя обижен.

– Очень жаль. Только сделай одолжение, сначала позвони сестре.

– Ты думаешь, что я обманул тебя, но не забывай, это ведь были мои сценарии, я вынашивал их не один год.

– Давай сейчас не будем об этом. Просто сообщи семье, что с тобой всё в порядке.

– А со мной не всё в порядке, старик! Ты даже не поздравил меня как следует. Сбылась мечта всей моей жизни, а ты вместо того, чтобы порадоваться, повел себя как ревнивая сучка.

– Форти, у нас был договор… – Я замолкаю и перевожу дыхание, чтобы не наговорить лишнего. У меня сейчас другая цель. – Ладно, проехали. Позвони сестре!

– Договор?! – орет он. – Мы просто обменялись идеями и набросками. Тут все так делают. Знаешь, скольким людям я показывал свои сценарии за эти годы? Что, всех брать в соавторы? Не было у нас с тобой никакого договора. Договор у меня с Меган.

Каждый раз, когда я слышу это имя, меня захлестывают амбиции и надежды. Но теперь я не позволю ему сбить меня с цели. Форти либо позвонит семье и получит шанс на жизнь, либо продолжит вести себя как эгоистичный мудак и заплатит за это.

Музыка играет слишком громко.

– Ну ты даешь! – заявляет он и подмигивает мне. – Вот это я понимаю, отделение церкви от государства. Отец мигом выложил бы все матери, а ты Лав ни слова. Кремень!

И хлопает меня по плечу, будто это не он попросил держать все в тайне. Еле сдерживаюсь, чтобы не набить ему морду. Глубоко дышу и считаю до трех.