Кэролайн Данфорд – Смерть в приюте (страница 17)
— О-о-о, — простонала мадам Аркана. Она либо собиралась войти в транс, либо у нее было сильное пищевое отравление. Я воспользовалась возможностью оценить аудиторию. Много девушек, одетых в простые, но респектабельные платья — я предположила, что это были горничные на выходных. Было также немало потрепанных женщин, которых я посчитала компаньонками. В первых трех рядах я не видела ничего, кроме больших шляп с перьями. Их обладательниц я отнесла к матронам, составлявшим костяк поклониц мадам Арканы. Рядом с центром стояла дрожащая женщина лет двадцати с небольшим. Изящная, но изношенная юбка, жакет, скромная прическа и лишенное макияжа лицо выдавали в ней жену викария. Я представила, как она выигрывает соревнование «яйца-и-ложки» и радостно кувыркается на праздниках типа «материнских матрасов».
— Преподобный Диптон говорит, что крыша церкви важнее, чем обновление библиотеки, — внезапно заявила мадам Аркана. — Он говорит, что праздник должен быть использован для сбора денег, чтобы защитить верующих.
— Вы уверены? — спросила женщина нервным голосом. — Только моему мужу совершенно ясно, что крыша продержится еще одну зиму, а у детей так мало книг.
Мадам Аркана открыла глаза. — Моя дорогая, я не могу комментировать мудрость духа, с которым вы просили меня связаться, а лишь передаю то, что он сказал.
— Вы имеете в виду, — голос спрашивающей выражал изумление, — что он может ошибаться? Я думала, с другой стороны…
— Давно ли паства его потеряла? — спросила мадам Аркана.
— Около шести месяцев. Зa три месяца дo принятия моим мужем прихода.
— Почитался ли он как мудрый и добрый человек, когда был жив?
— Я действительно не могу сказать, — тон женщины подразумевал, что она очень хорошо могла бы.
— Возможно, он все еще приспосабливается к более высоким вибрациям, — сказала мадам Аркана. — Некоторым духам может потребоваться время, чтобы отбросить свои мирские желания.
— Вы имеете в виду, что мы могли бы поступать, как считаем нужным?
— Была ли когда-нибудь причина, почему вы не должны?
Женщина скрутила носовой платок между пальцами. — Викариат очень темный и мрачный. Такое ощущение, что он все еще там.
— Тогда я настоятельно советую вам устроить очень веселый и занятный праздник, — предложила мадам Аркана. — Он увидит, что вы хорошо заботитесь о его прихожанах, и их веселье погасит его торжественность.
— Вы имеете в виду, вечеринку? О, какая веселая идея. — Она села чрезвычайно довольная, что ее шиллинг за входной билет был потрачен не зря. Я могла только вообразить сцену, когда она попытается все объяснить своему мужу. Надеюсь, она не настолько глупа.
— У кого-нибудь есть еще вопросы? — спросила мадам Аркана.
За этим последовал ряд вопросов о потерянных собаках и кошельках, за кого должны выйти замуж дочери, и о вероятности вторжения Германии. Я не убеждена, что мадам Аркана была в контакте с каким-либо духом, но совет покойного — или, точнее, ее — всегда был тактичным, разумным и склонным заставить спрашивающего думать самостоятельно. Я почти одобрила. Не могу сказать, что тревожило меня больше: ее обман или неспособность присутствующих прислушаться к здравому смыслу, если тот не был предложен спиритической доской. Но, как говорил мой отец,
Когда последний вопрос был задан, мадам Аркана указала на чайные тележки, которые были размещены в проходах. (Я была слишком поглощена ее игрой, чтобы заметить их прибытие).
Дорогие дамы и господа, — кивнула она единственному молодому человеку из зала, — угощайтесь. Все это входит в стоимость вашего билета, и после такого сеанса нам всем нужно пополнить свои силы. Я присоединюсь, но, — она подняла палец и улыбнулась, — больше никаких вопросов нашим духовным друзьям. По общим темам я буду рада пообщаться.
Был шум, затем аплодисменты. Сидения были спешно отброшены назад, люди устремились к торту. Я собиралась улизнуть, но особенно симпатичное миндальное печенье привлекло мое внимание и напомнило, что я не обедала. Кроме того, пирожных был переизбыток, если только у всех не было такого аппетита, как у жены молодого викария. Пока я колебалась, она отшлифовала два куска бисквита «Виктория» и пирожное с кремом.
— Вы, безусловно, должны угоститься, — сказала мадам Аркана, появляясь у меня за плечом. — У консьержа Джорджа были строгие инструкции обеспечить ваше присутствие.
— Чьи? — спросила я.
— Мои. Я хотела убедиться, что вы помните мое предупреждение.
— Берегись своих врагов, — холодно сказала я. — Полагаю, вы имеете в виду неудачный опыт миссис Уилсон. Я удивлена, что новости так быстро достигли Лондона.
Мадам Аркана улыбнулась. — До меня доходят разные слухи из многих источников. Но я хотела напомнить вам, что в послании упоминаются враги во множественном числе.
— Но у меня нет других врагов. Кроме того, мы не были врагами, я просто очень не любила ее… — я замолчала.
— Извините, я должна кое-кого проверить, — секундой позже сказала я.
Мадам Аркана передала мне макаруны. — Возьмите. Вы выглядите так, будто вам не помешает что-нибудь съесть.
Автоматически я взяла печенье, которое она мне протянула. Я все еще держала его в руке, когда прибежала, задыхаясь после нескольких неправильных поворотов, к главному входу. Я резко повернулась и направилась к главной лестнице. На ней, спускаясь, я встретила Бертрама, по его лицу струились слезы.
— О, Эфимия, — сказал он. — Она мертва.
Глава 7
В Гостях у Мистера Эдварда
Бедная миссис Уилсон. Волна вины нахлынула на меня. Я не раз хотела, чтобы ее не было в моей жизни, но никогда не желала ее смерти. И таким образом.
— Эфимия, вы слышали, что я сказал? Она мертва! — голос Бертрама сломался. Его лицо было таким же несчастным, как у Малыша Джо, когда умер его первый питомец. Бертрам был уже в двух шагах от меня на лестнице, оставляя меня с дилеммой: я едва ли могла приблизиться и успокоить его и я, конечно, не могла пройти мимо. Но даже если бы у него оставалось желание следовать за мной вниз, мы вряд ли могли бы завершить этот разговор в публичном месте.
— Мне очень жаль. Возможно, нам следует… — Я попыталась указать, что мы должны вернуться в наши комнаты.
— Но что мне делать?
— Я полагаю, что правильнее всего было бы немедленно вернуться домой.
— Но она там наверху… — Он запнулся и посмотрел наверх.
— Мой Бог! — воскликнула я. — Вы не можете… Вы не имеете в виду мисс Уилтон! Я думала, вы имеете в виду миссис Уилсон.
— Зачем мне заботиться об этой старой карге? — Бертрама сказал без милосердия, но правдиво. — Моя бедная Беатрис. Это все было слишком для нее. Я обнаружил ее только что лежащей в будуаре, она не дышит.
— Послали ли к ней доктора? — спросила я.
Бертрам покачал головой. — Она мертва.
— Не всегда просто сказать, угасла ли жизнь. — Я повернулась и побежала вниз по лестнице к консьержу.
— Алло, мисс. Вам понравилось шоу?
— Джордж, случилось что-то ужасное, — сказала я тихим голосом. — Боже мой, благородный мистер Бертрам Стэплфорд обнаружил, что мисс Уилтон неподвижна в своей комнате. Он боится, что она мертва. Вы можете отправить к ней врача немедленно?
Глаза Джорджа сверкнули острым умом. — Я сделал лучше, мисс. Доктор, за которым она послала, уже в пути.
— Доктор, за которым она… за которым
— Так она мне сказала, — ответил Бертрам.
— Наш доктор Смит. Хороший доктор, но очень занят. Если бы я понял, что это так срочно, я бы заставил его пойти немедленно. — Консьерж выглядел довольно встревоженным.
— У нее было слабое сердце, — объяснила я.
— Это могло произойти в любой момент, — сказал Бертрам. — Это одна из причин, по которой она жила так. На бегу. Она всегда знала, что ей может не хватить… — он с трудом сглотнул.
— Как трагично, сэр. Почему бы мне не найти для вас хороший тихий уголок и большой стакан чего-нибудь покрепче? Мы пошлем туда доктора сию секунду. Может быть, юная леди права — может, это всего лишь глубокий сон или что-то вроде комы.
Он отвел Бертрама прочь, позвал посыльного, чтобы тот перехватил доктора Смита, и оставил меня ждать у стойки. Он вернулся через несколько мгновений.
— Не хотите ли пройти со мной в ее комнату, мисс?
— Конечно, — сказала я. Хотя мой отец пытался защитить меня по возможности, как дочь викария я не раз видела трупы. А служа Стеэплфордам, было в какой-то степени облегчением видеть естественную смерть.
— Не думаю, что происходит что-то странное, но у нас есть протокол, которому нужно следовать при подобных обстоятельствах. Я должен спросить дежурного менеджера, но он на перерыве.
— Протокол? — встревоженно спросила я.
— Мне нужно запереть дверь. Многие из наших посетителей путешествовали и привезли некоторые неприятные вещи. Она недавно была за границей?
— Нет, не думаю. Много людей умирает в отеле?
— Все время, — консьерж подмигнул. — Место чуть менее опасно, чем больница.
— Как? О, я понимаю, что вы имеете в виду. Люди попадают в больницу, когда они больны. Но гости отеля?
— Часто пожилые леди, джентльмены-пенсионеры, и те, кто подхватили какую-то гадость. Огромное количество людей приезжает сюда, время от времени кто-то неизбежно умирает. — Он остановился у ее двери. — Вы не были близки с этой молодой леди, не так ли, мисс? Такое у меня сложилось впечатление. Я обычно хорошо разбираюсь в людях. Знаете, сколько бы раз это ни происходило на моем дежурстве, всякий раз немного пугает. Я не был неуместен, а?