Кэрол Маринелли – Уже не игра (страница 2)

Алессандро подошел к регистрационной книге и занес имя своей новой знакомой в список гостей. Он чуть не назвал ей свое настоящее имя. Оно не было секретом, но за границей, в частности в Лондоне, он был известен как преуспевающий бизнесмен Алекс Сантина, а не его королевское высочество кронпринц Алессандро Сантина. Должно быть, он оговорился потому, что размышлял о будущем Сантины и своем недавнем неприятном разговоре с отцом. Он чувствовал душевную усталость, что было ему несвойственно. Когда он сегодня стоял в церкви, она захлестнула его мощной волной. Причина была вовсе не в похоронах. Он едва знал Чарльза.

Зарегистрировав Аллегру, он пошел назад к их столику. По дороге он понял, почему официантка приняла ее за члена клуба. Войдя внутрь, она сразу сняла и повесила пальто. В каждом ее движении была спокойная уверенность.

Прежде чем сесть на свое место, Алекс снял пиджак. Официантка тут же подоспела, чтобы его забрать. Аллегра обратила внимание на то, что он не улыбнулся ей и даже не поблагодарил. Когда он снял пиджак, под которым у него оказалась белая рубашка, контрастирующая с его оливковой кожей, смеющиеся женщины затихли. Вдохнув исходящий от него запах свежести, Аллегра вдруг захотела еще раз увидеть его улыбку. Но Алекс не улыбнулся и не произнес ни слова. Он молча смотрел в окно, рассеянно водя кончиком пальца по ободку бокала. Интересно, что она почувствовала бы, если бы он прикоснулся к ней?

Увидев, как она заерзала на стуле, Алекс неправильно это истолковал.

– Простите, – сказал он, – сегодня я плохой собеседник.

– Вы потеряли близкого человека?

– Не совсем. Чарльз работал на меня. Всего неделю назад мы отмечали здесь его выход на пенсию. – Он окинул взглядом помещение, словно вспоминая, как это было.

– Я сожалею.

– О чем?

Ну почему он цепляется к каждому ее слову!

– Это обычно говорят, когда хотят выразить соболезнование, – ответила Аллегра, сдерживая раздражение.

– Он не был мне другом. – Алекс сделал глоток шампанского. – Я едва его знал.

– В таком случае я не сожалею! – Аллегра подула на длинную челку, которая лезла ей в глаза. – Мне нисколько не жаль, что вы были на похоронах и что вы в подавленном настроении. После похорон такое бывает. Особенно когда ты едва знал покойного.

– Поверьте мне, я бывал на многих похоронах. Обычно они никак на меня не действуют. – Он посмотрел на нее поверх своего бокала. – А вас что заставило пить в одиночестве? Или, может, для вас обычное дело выпить бутылку шампанского средь бела дня?

Аллегра рассмеялась:

– Нет. Я потеряла работу.

Алекс не посочувствовал ей, не спросил, как это случилось. Он просто продолжал с интересом на нее смотреть.

– Точнее, я сама уволилась.

– Я могу спросить почему?

Немного помедлив, она напряженно пожала плечами:

– Мой босс… он… – Ее щеки вспыхнули.

– Это не входило в перечень ваших служебных обязанностей? – спросил Алекс, и она испытала облегчение оттого, что он все понял. – Вы могли бы пожаловаться на него. Существуют специальные комиссии по различным вопросам, касающимся взаимоотношений работников и работодателей.

– Я не хотела идти этим путем, – ответила Аллегра. Она не хотела никуда жаловаться, чтобы не привлекать еще больше внимания к своей семье. – Я думала, что легко найду новую работу. Оказалось, что я ошибалась. Из-за кризиса ситуация на рынке труда стала непростой.

– Очень непростой, – согласился Алекс, и она отвела взгляд и сдержала язвительное замечание. Что богатые люди вроде него могут знать о безработице?

– Я осознаю свою ответственность, – добавил он. – На меня работает множество людей. Если я совершу ошибку, они могут пострадать. – Неожиданно он достал из кармана визитку и протянул ей: – Вы только что нашли новую работу.

Увидев название «Сантина Файненсиэрс», Аллегра сразу поняла, кто ее новый знакомый. Это Алекс Сантина, чей бизнес нисколько не пострадал во время финансового кризиса. Она читала о нем в деловой прессе.

Она перевела взгляд с карточки на него. Он улыбался. В этот момент она поняла, почему он преуспел. В нем чувствовались уверенность и бесстрашие.

– Вы даже не знаете, чем я зарабатываю на жизнь.

Алекс задумался. К сфере моды она вряд ли имеет какое-то отношение, поскольку на ней практичные твидовые брюки. На лице совсем нет косметики.

Присмотревшись, он обнаружил у нее на переносице крошечную вмятинку от очков.

– Может, вы учительница? – предположил он.

Аллегра запрокинула голову и рассмеялась.

– Возможно, библиотекарь?

Она покачала головой.

– Позвольте я угадаю.

Пока он пытался определить ее профессию, в голову ему лезли разные глупости. Ее зеленые глаза напомнили ему зеленые холмы и тенистые леса его родины, где он давно не был. Ее зрачки расширились и стали похожи на бездонные черные озера. Ему захотелось в них окунуться.

– Может, вы работаете оператором на телефоне, – он немного подался вперед, и их колени соприкоснулись, – и предлагаете людям купить разную ерунду?

– Нет. – Аллегра не рассмеялась. Какое-то время она неподвижно сидела, словно загипнотизированная. Ей хотелось, чтобы их случайный контакт продлился, но все же она заставила себя отодвинуться. – Моя работа связана с издательской деятельностью. Я литературный редактор. Точнее, была им до вчерашнего дня.

– Уверен, я мог бы что-нибудь для вас найти.

«Это называется из огня да в полымя», – подумала Аллегра, возвращая ему визитку. Но ее рука слегка дрожала, потому что огонь желания, который она увидела в его глазах, манил ее словно ночной костер мотылька.

– Спасибо за предложение, но я сама себе что-нибудь найду.

– Я в этом не сомневаюсь, – ответил Алекс. – Но визитку оставьте себе на случай, если вы передумаете.

– Вы часто ищете будущих сотрудников в барах?

– Обычно поиск сотрудников я поручаю специально обученным людям. Позвонив по этому номеру, вы будете иметь дело с моим секретарем Белиндой. Я предупрежу ее…

– В этом нет необходимости, – перебила его Аллегра. – Я просто поддерживаю беседу, а не прошу помощи.

– Так уж работает мой мозг. Если есть проблема, ее нужно решить.

– Иногда все, что от вас требуется, – это выслушать собеседника.

Алекс задумался над ее словами. Очевидно, он не привык сидеть сложа руки и сразу искал выход из любой ситуации. Сделав глоток шампанского, он окинул взглядом бар, в котором недавно отмечал уход на пенсию своего сотрудника, и, поняв, что не из любой ситуации можно найти выход, кивнул:

– У Чарльза было много планов. Он поделился ими со мной на прошлой неделе. Наверное, именно это и заставило меня впасть в задумчивость.

Аллегра кивнула.

– Все то, что ты хочешь и собираешься сделать… ты вдруг не можешь сделать, – задумчиво произнес он.

– Не можешь? – переспросила Аллегра, уверенная в том, что человек вроде Алекса может сделать все, что захочет. Для этого у него есть все: имя, положение, деньги, внешность.

– Через год я буду женат.

Она уставилась на него широко распахнутыми глазами:

– Если у вас есть невеста, вам не следует пить в баре шампанское с другими женщинами. Не следует…

Она хотела сказать «флиртовать», но промолчала. То, что происходит между ними, не похоже на флирт. Их влечет друг к другу.

Ей пора уходить. Он почти допил ее шампанское. Возможно, столь поспешный уход был бы проявлением трусости, но все инстинкты предупреждали ее, что этот мужчина опасен. Что он способен заставить ее нарушить самые твердые из своих правил.

Когда она, поднявшись, клала на стол банкнот, Алекс накрыл ее ладонь своей. От его прикосновения ее бросило в жар.

– Не уходите, Аллегра. Я не влюблен. Я помолвлен.

– Есть разница?

– Да, есть.

«Поворачивайся и уходи», – говорил ей внутренний голос. Но его рука все еще лежала на ее руке, а темные глаза смотрели на нее с мольбой.

Внезапно он почувствовал непреодолимое желание сказать ей правду, которую так долго от всех скрывал.

– Я кронпринц Алессандро Сантина. Мне сказали, что я должен вернуться и исполнить свой долг.

Позже она много раз вспоминала этот момент, но так и не поняла, что заставило ее сесть и выслушать его.