Кэрол Маринелли – Его дерзкая горничная (страница 19)

— Тогда иди домой, — сказал он ей.

— Я не хочу. — Она почувствовала, как слеза скатилась по щеке и упала ей на волосы.

Он перекатился на бок.

— Ты плачешь?

— Нет. — Она зажмурилась. — Просто песок попал в глаза. — Но потом она сказала ему правду. — Я не хочу оставлять тебя одного.

— А если я хочу побыть один?

— Это правда, Данте?

Он не ответил.

— Если хочешь остаться один, просто скажи, и я уйду, — произнесла Алисия.

— Я думаю, тебе лучше уйти.

— Нет. Скажи, что хочешь, чтобы я ушла, и тогда я уйду.

— Останься. — В такой день у него не было сил лгать. — Пожалуйста.

Он переплел пальцы с ее пальцами, и Алисия испытала такие невероятные и приятные ощущения, что на ее глазах снова выступили слезы.

— Перестань плакать, — сказал он. — Ты же никогда не плачешь.

— Ты просто никогда этого не замечал.

Он отпустил ее руку, и Алисия пожалела о своих словах, но потом почувствовала, как он повернулся к ней.

— Я замечал, — ответил он, и ее сердце замерло, потому что его дыхание коснулось ее щеки. Он поцеловал ее висок, по которому скатилась слезинка. — Пожалуйста, не надо. Я не выношу твоих слез.

Глава 8

Слезы никогда не были ее излюбленным оружием, и Данте знал об этом.

— Алисия, не плачь, — снова сказал он.

— Ты только что попрощался со мной, — упрекнула она. — Ты рассердился.

— Нет, — сказал он. — Алисия, я не хотел доставлять тебе неприятности. Я не желал, чтобы между нами что-то менялось, но все уже изменилось.

— Почему?

— Вот почему.

Он поцеловал ее. Она приоткрыла губы и почувствовала, как его язык скользнул ей в рот. Она с трудом дышала, когда он поднял голову.

— От тебя пахнет яблоками, — сказал ей Данте.

— Я съела одно, пока шла сюда. А от тебя пахнет вином.

Он улыбнулся ей.

— Я очень хотел это сделать в день отъезда, но ты все испортила.

— Как? — спросила она, вспомнила, как сказала, что они могут быть родственниками, и сильно покраснела. — Я пошутила.

— Ну, шутка не удалась, — упрекнул он.

— Лучше бы ты меня не целовал, — сказала Алисия.

— Неправда, — возразил он. — Ты чуть из кожи не выпрыгнула.

— Ты этого не знаешь.

— Ага. Потому что раньше мы так же лежали рядом, а ты понятия не имела…

— О чем?

Он взял Алисию за руку и запустил ее под свою рубашку. Она почувствовала его тело под рубашкой и посмотрела ему в глаза.

— Я бы, наверное, закричала.

Она улыбнулась, потрясенная, но Данте убрал ее руку. Алисия коснулась его щеки и отвела ото лба его черные волосы. Она провела пальцем по его уху, а потом по лицу.

— Я хотела, чтобы ты меня поцеловал.

— Почему же ты тогда не промолчала?

— Я нервничала. — Она улыбнулась.

— Ты и сейчас нервничаешь?

— Нет. — Она старалась подобрать подходящее слово. — Я нетерпелива.

Данте передвинулся и оказался наполовину над ней. Алисии нравилось чувствовать вес его тела, ласкать рукой затылок и крепко целоваться. А потом он отстранился, она облизнулась и посмотрела на его влажные губы, затем в темные от желания глаза.

— Поцелуй меня еще раз, — попросила она его.

Он ответил более глубоким поцелуем и простонал. Они были разгоряченными не только из-за палящего зноя, но и из-за страсти.

Алисия села, сняла туфли и огляделась.

— Жаль, что я не в носках.

— Сними колготки.

— Тогда отвернись, — сказала она, не желая показывать свои ужасные трусы.

— Почему?

— Просто отвернись.

Он лежал на спине, глядя в небо, пока она приподнимала задницу и стягивала колготки. Потом она легла рядом с ним.

— Так лучше? — спросил Данте, повернувшись и приподнявшись на локте.

— Нет, — призналась Алисия, потому что теперь ей стало жарко по другой причине.

Данте тихо рассмеялся, осторожно поцеловал ее и положил руку ей на живот.

— Пожалуйста, — выдохнула она, не зная, о чем просит. Его пальцы были горячее черного нейлона под сицилийским солнцем, а она жаждала еще больше тепла.

Он снова поцеловал ее, глубоко и медленно, и на этот раз, когда он остановился, она выругалась. — Алисия! — упрекнул он ее.

Она повернулась, протестуя против того, что он прервал поцелуй, и увидела, как он возбужден.

— Данте… — Она потянулась к ремню на его брюках, но он схватил ее за руку.

— Алисия!

— Что?

— Сегодня вечером я уезжаю поездом в Рим, — заметил он.

— И что? Мы просто целуемся. — Она улыбнулась, расстегивая его рубашку. — Больше ничего.