Кэрол Лоуренс – Кинжал Клеопатры (страница 67)

Пока они ждали, когда подадут десерт, ее мысли вернулись к недавним убийствам.

– Дам пенни за ваши мысли, – сказал он, когда она замолчала.

– Я не хотела показаться грубой. Я просто не могу перестать удивляться, как ему удается так легко перевозить тела.

– Вы говорите об этой странной серии убийств.

– Да. Конечно, он делает это по ночам, но все же…

– Он мог бы воспользоваться кебом.

– Но тогда возничие были бы свидетелями.

– Он мог бы заплатить им, чтобы они хранили молчание.

Она рассеянно обернула салфетку вокруг пальцев.

– Возможно, у него есть собственный экипаж.

– Что указывает на то, что он человек со средствами.

– Я не могу отделаться от мысли, что такой человек в конце концов привлечет к себе внимание. И все же этот, кажется, передвигается как призрак. Я знаю только одного человека, который видел его.

– Кто?

– Старый пьяница с 17-го пирса, рядом с Фултон-стрит. И это было глубокой ночью.

Принесли десерты, которые оказались такими же вкусными, как и все остальное. Они согласились разделить и то, и другое, и Элизабет была очень рада. Тесто для пирога было слоеным и легким, с начинкой из крема шантильи, посыпанной свежими ягодами, а имбирный пряник подавался теплым, покрытым ванильным мороженым. Благоухающий свежими специями, маслом и яйцами, он был таким вкусным, что Элизабет совершенно забыла о чувстве сытости и ела с удовольствием.

– Что ж, – сказал Джеймисон, когда они закончили, – я вижу, мы оба были одинаково голодны.

– Это было действительно превосходно – спасибо.

– Мне было очень приятно.

Элизабет приняла его предложение проводить ее домой. Когда он поймал кеб, тот остановился прямо перед больницей. Возничий показался ей знакомым – потом она увидела длинный шрам у него на щеке. Она узнала того же худощавого молодого человека, которого видела раньше, он оседлал красивого гнедого мерина, который мотал головой в упряжи, горя желанием рвануть вперед.

– Вы определенно умеете хорошо обращаться с лошадью и экипажем, – заметила она кучеру.

– Да, мисс, – сказал он, вежливо приподнимая шляпу, когда она заняла свое место в уютном салоне кеба.

После короткой поездки они прибыли в Стайвесант. Сказав кучеру подождать, доктор Джеймисон проводил ее до входной двери, и когда она нащупывала свой ключ, то услышала, как хлопнула дверь на втором этаже. Вздрогнув, она выронила ключ.

Он наклонился, чтобы поднять его.

– С вами все в порядке? – спросил он, протягивая ей связку.

– Я просто устала, – солгала она. – Спасибо вам за прекрасный вечер.

– Мне было приятно, – сказал он, и свет газового фонаря мягко упал на его темные вьющиеся волосы. Она почувствовала запах его лаймового одеколона, и ее пальцы окаменели, а к горлу подступила паника. Ключи снова выскользнули у нее из рук, и он снова взял их.

– Вы точно уверены, что с вами все в порядке? – спросил он, протягивая ей ключи.

– Какая я неуклюжая! – сказала Элизабет, надеясь, что ее голос не дрожит. – Еще раз спасибо, – сказала она. На этот раз ключ повернулся в замке, и она вошла в свой вестибюль. Она смотрела в окно, как он садится обратно в кеб, и стояла неподвижно, пока стук копыт по булыжнику не затих в ночи.

На самом деле она не верила, что Хайрам Джеймисон был нападавшим на нее, но запах одеколона вызвал у нее тошноту, и, когда она поднималась к себе в квартиру, у нее закружилась голова. Надежно заперевшись внутри, девушка налила горячую ванну. Откинувшись на спинку в глубокой ванне, она сидела, пока зеркало над раковиной не запотело от пара, и она наконец позволила своему телу расслабиться. Сделав долгий, медленный вдох, на выдохе она прерывисто всхлипнула. За этим еще и еще. Горячие слезы смешивались с водой в ванне, пока у нее не заболел живот от ритмичного вздымания.

Потом она забралась в постель и уставилась в окно на полную луну, висящую высоко в небе. Впервые ей пришло в голову, что некоторые травмы могут никогда не зажить.

Глава 60

Кеннет Фергюсон поднял глаза от своего стола, когда Элизабет ворвалась в его кабинет во вторник утром.

– Он водит кеб! – воскликнула она, задыхаясь.

– Что? Кто водит кеб?

– Убийца! Вот как он перевозит тела, оставаясь незамеченным.

– Откуда вы узнали?

– Разве это не имеет смысла? Он безнаказанно разъезжает среди ночи, ни перед кем не отчитывается и не привлекает особого внимания.

Фергюсон погладил свои бакенбарды.

– Я понимаю вашу точку зрения. Все привыкли видеть кучеров на улице в любое время суток.

– И это объяснило бы, откуда он знает, где живут мои родители.

– Хотите сказать, что он отвозил вас туда когда-то?

– Именно. – Она рассказала ему о том, что неоднократно видела худощавого кучера со шрамом на щеке. – Я не уверена, что это он, но именно это натолкнуло меня на эту мысль.

– Но как он узнал, что вы были там вчера вечером?

Она нахмурилась.

– Я могу только заключить, что он наблюдал за мной.

Фергюсон нахмурился.

– В городе сотни происшествий. Жаль, что никто не видел, как он раскладывал тела.

– Был один свидетель.

– Что? Кто?

Она рассказала ему о своем разговоре со старым моряком в доках.

– Конечно, я должна была сказать вам раньше. Из-за всего остального, что происходило, я совсем забыла.

– Я не видел упоминания об этом в вашей статье.

– Потому что я боялась, что, если напишу о нем, ему причинят вред.

– И все же, вы говорите, он не видел экипаж?

– Да.

– Значит, убийца – ночной ястреб, – размышлял Фергюсон. «Ночные ястребы» были кучерами, которые рыскали по ночным улицам города, печально известные тем, что обманывали своих клиентов и обслуживали широко распространенный рынок пороков в Нью-Йорке.

– Есть кое-что еще, – сказала она и рассказала ему о странной книге, которую получила ее сестра.

– И вы до сих пор не знаете, кто ей ее дал?

– Доктор Джеймисон пытается это выяснить.

– Хотите сказать, возможно, это кто-то из больницы?

– Возможностей множество. Книга могла быть передана любому сотруднику, чтобы тот отнес ее Лоре. Или она могла быть подарена непосредственно посетителем. Возможно, ее даже подарил ей другой пациент. Боюсь, ее воспоминания довольно туманны.

– В больнице ведется журнал посещений?

– К сожалению, нет. У них и так не хватает персонала.

– Мне это не нравится, – сказал Фергюсон, жуя окурок сигары. – Мне это ни капельки не нравится.

– Я иду к своему столу, чтобы поработать над продолжением, – сказала она.