Кения Райт – Прекрасная месть (страница 76)

— Переживал? Он превратился в безумца, которого необходимо остановить. — Я склонил голову набок. — Вы ведь согласны?

Тетя Сьюзи постукивала пальцами по столу — верный знак, что она нервничает:

— Лео действительно совершил отвратительные поступки. Это правда.

Его нужно остановить, и мы нашли другое решение... кроме его убийства.

Тетя Мин быстро закивала:

— Ты упоминал о тюремных камерах под дворцом. Я предлагаю тебе рассмотреть вариант, заключить отца туда на всю оставшуюся жизнь. Это будет достойное решение для всей нашей семьи, такое, с которым мы сможем смириться.

Тетя Сьюзи согласилась, кивнув:

— И для него это будет худшим наказанием.

Я смотрел на них с откровенной скукой:

— Почему? Он ведь все равно будет жить.

Тетя Сьюзи подняла палец:

— Именно. Лео не хочет жить. Он мечтает, чтобы его убили и отправили к твоей матери.

— Да, — подхватила тетя Мин с печальной улыбкой. — Оставив его в живых, заставив состариться в камере, мы уничтожим его наследие на Востоке...

— И ты еще хочешь, чтобы я не скорбел о смерти своего брата? — покачал я головой. — Мой отец? Проводить остаток жизни в тюрьме? Вы серьезно думаете, что наши люди не вытащат его из камеры на Востоке?

Тетя Сьюзи пожала плечами:

— Тогда отправь Лео на Север. При всех этих... сексуальных развлечениях, что там устраивает Дима, в их владениях наверняка найдется хоть одна темница для Лео.

— Если я запру отца на Севере, мои люди взбунтуются и начнут войну.

Тем временем сотрудники отеля начали выносить огромные блюда и расставлять их передо мной.

Я заметил утку по-пекински с черной икрой и жареный рис с фуа-гра и золотыми хлопьями.

Я нахмурился:

— Почему мы вообще едим это сегодня?

Тетя Сьюзи обвела зал жестом:

— Потому что мы собрались здесь, чтобы отпраздновать семью и ту великую любовь, которая...

— Завтра утром вы уезжаете обратно на Восток. Я до сих пор не могу поверить, что вы сегодня ему помогли, — проговорил я сквозь стиснутые зубы.

— Он вам сказал, что кровь на его одежде принадлежала отцу Моник? Я был рядом с Моник, когда она увидела тело своего замученного отца, растерзанного на земле. Вы еще смеете говорить о семье. Представьте себе, найти своего отца в таком состоянии.

Обе тетки уставились в стол.

Я скривился:

— Вам должно быть стыдно.

— Мы не знали, что Лео убил отца Моник, — тихо прошептала тетя Мин.

— Он проткнул ему глаза розовыми палочками для еды, изрезал все лицо и набил рот деньгами.

Тетя Сьюзи схватилась за живот, словно ее стошнит:

— Лео сказал, что убил плохого человека, который досаждал твоей будущей жене — Моник.

— Кто он вообще такой, чтобы судить, кто плохой? И Моник не станет моей женой, — голос у меня предательски дрогнул. — Моя жена погибла от его рук. Моя жена... ушла вместе с моим счастливым концом...

— Ты еще молод, Лэй, — прошептала тетя Мин, и слеза скатилась по ее щеке.

Она быстро ее стерла.

— У тебя еще вся жизнь впереди.

Я ткнул в них пальцем:

— Завтра утром. Без сцен. Не заставляйте меня приказывать своим людям вытаскивать вас силой. Просто уезжайте. Все.

Тетя Сьюзи нахмурилась:

— Ты в нас нуждаешься.

Тетя Мин фыркнула:

— И я бы с удовольствием посмотрела, как твои люди попытаются нас к чему-то принудить. Да, давно я не проливала кровь мечом, но каждое утро беру его в руки для тренировки. Так что лучше пусть не суются.

— А если именно я попробую вас вытолкать? — я прищурился. — Что тогда? Будем устраивать сражение на мечах посреди улицы? Вы правда считаете, что после всего, что я пережил за последний месяц, мне еще нужен цирк с дуэлью?

Тетя Сьюзи заморгала:

— Лэй, ну зачем нам уезжать из такого красивого городка? Лучшее время для Глори — это осень, когда листья... падают... и все так красиво... Я ведь даже камеру с собой привезла... Хотела стать как эти молодежь... блогером... или влогером... ну, в общем, что-то такое я обязательно начну...

— К тому времени, как я проснусь, вас уже здесь не будет, — зло сказал я. — Поняли?

Тетя Сьюзи переплела пальцы и положила руки на стол:

— До меня дошли слухи, что твоя старшая сестра, Янь, уже села в самолет вместе со своими людьми и кучей оружия.

Я внимательно посмотрел на них:

— И мне очень интересно, кто это ей позвонил и рассказал, что здесь происходит?

Тетя Мин покачала головой:

— Неважно. Завтра к вечеру твоя сестра будет в Глори, готовая сражаться против тебя и защищать Лео.

— Она всегда была папиной дочкой. А кто будет с ней разбираться, если нас здесь не будет? — тетя Сьюзи метнула взгляд на меня, потом на Чена. — Думаю, мы весьма неплохо справляемся с твоей сестренкой.

— Либо вы уедете утром, либо я заблокирую все ваши счета и кредитки, — холодно сказал я.

Тетя Мин недовольно фыркнула.

Тетя Сьюзи взяла бокал вина и отпила.

Я снова перевел взгляд на Моник.

Она и Дак были полностью поглощены разговором. Вокруг них словно пузырился воздух радости.

Официанты начали расставлять блюда вокруг их стола.

Дак о чем-то долго и увлеченно ей рассказывал.

Я видел, как блестят ее глаза, как заливаются румянцем щеки, как она все ближе склоняется к нему, слушая его слова. Все это выглядело невинно. Но в груди что-то болезненно сжалось, сначала неприятный укол, потом тяжелое, липкое чувство ревности.

Я стиснул зубы:

— Чен.

— Да?

— Что Дак говорит Моник?