Кения Райт – Грешные клятвы (страница 95)
К моему удивлению, из его груди вырвался темный, хриплый стон, когда он пожал мою руку.
Я покачала головой.
Оставшуюся часть ужина мы уже не вспоминали ни Марси, ни барбекю — говорили о другом. Об официальном переезде моих сестер, о том, как вписать их в нашу жизнь, не разрушив ту хрупкую гармонию, которую мы только начали выстраивать.
Когда ужин подошел к концу, Лэй провел меня дальше по саду. Мы гуляли босиком, укутанные лишь в халаты, обнаженные под ними.
Это было удивительно, словно мы снова стали детьми — без забот, без обязанностей.
Под очередным цветущим деревом сакуры, освещенным мягким светом, он прижал меня к себе и поцеловал с такой страстью, что я едва не взорвалась.
С ним было спокойно. По-настоящему.
Я чувствовала, что принадлежу ему, как никогда никому не принадлежала.
Наша любовь была волшебной.
Поэтичной.
Ночь углубилась, звезды засияли ярче. Персонал убрал посуду и разошелся по комнатам, а мы остались в саду, среди аромата жасмина и гардений.
Вокруг нас кружили светлячки.
И там, в этом саду, мы занимались любовью, наши тела притягивались друг к другу, будто между нами была какая-то невыносимо сладкая, необъяснимая сила.
Наши души сплелись.
Если бы только каждый миг мог быть таким.
Только мы.
Мир исчез. Остались только мы.
Но завтра нас ждал полный бардак, чайная церемония и кровожадный будущий свекор, а еще барбекю между двумя группами людей, которые с удовольствием поубивали бы друг друга.
Я до сих пор не была уверена, понял ли Лэй по-настоящему, что он не имеет права тронуть Марси.
Он действительно отпустил всю эту ревность?
Или она все еще может всплыть позже?
А главное... мои сестры возвращаются.
Переезжают в «Цветок лотоса».
Мы вообще готовы ко всему этому?
Как моя любовь с Лэем изменит наши семейные отношения?
А еще, что принесет завтрашний день?
Какой новый вызов?
Какую еще абсурдную проблему, которую придется решать?
Наверное, я должна была переживать об этом сильнее…
Но в объятиях Лэя все тревоги исчезали.
Оставалась только эта всепоглощающая, захватывающая любовь.
Она успокаивала.
Дарила чувство безопасности.
Защищенности.
Эпилог
На следующее утро я стоял в спальне своего дворца, на мне — только синее полотенце, липнущее к еще влажному телу.
Сквозь окна лился солнечный свет, а мысли унеслись к Моник.
Я тихо вздохнул.
Я вновь и вновь прокручивал в голове ее смех, искрящийся взгляд, тепло ее прикосновений, как заветную мелодию, от которой невозможно устать.
— Подними руки, Лэй, — раздался голос Мастера У. Он стоял передо мной и прижимал к моей подмышке какой-то медный треугольный прибор. — Ага, теперь вижу.
Чен распахнул глаза и подошел ближе:
— Что случилось?
— Пульс Хозяина Горы ровный, — ответил Мастер У, убирая медный прибор.
Я опустил руку.
Мастер У трижды постучал пальцами по моему горлу:
— М-м.
Чен вскинул ладони:
— Он болен?
Мастер У отступил назад:
— Внутри него беспокойство. Он не болен. Просто не в покое.
— Да он просто хочет вернуться в Мони, — усмехнулся Дак от стены.
Я бросил через плечо испепеляющий взгляд.
Он прекратил посмеиваться.
Удивительно, что у Дака вообще хватило сил на шутку.
Он и Ху выглядели так, будто еле держатся на ногах, изможденные, как после боя, прижавшиеся к стене.
Как бы там ни было, оба были при полном параде, в официальных нарядах для чайной церемонии, и держались за оружие так, будто ждать беды с минуты на минуту.
Я снова повернулся к Мастеру У и Чену, покачал головой:
— Кузен, я же сказал, что со мной все в порядке. Не стоило звать целителя.
Но Чен явно не был убежден: