Кения Райт – Грешные клятвы (страница 25)

— Я вижу в Даке только друга. И точка. А влюбляюсь я в Лэя. Все.

— Хм-м, — губы Лео расползлись в широченную улыбку. — Прекрасно.

И тут, к моему полному охуеванию, он… убрал клинок в ножны.

Откуда, мать его, он вообще его достал?!

Я отступила назад.

Он реально собирался меня убить, если бы я ответила не так, как ему нужно.

А потом, как ни в чем не бывало, он развернулся и пошел вверх по лестнице:

— Продолжим экскурсию. Твои фрейлины остаются на этом уровне.

Не, чувак. Без меня. Я в это больше не играю.

Я осталась стоять на месте. Ответы, конечно, штука важная… но не настолько.

Он только что держал клинок как будто собрался тупо меня зарезать…

Лео не оборачивался, продолжал подниматься:

— Идем, Моник.

— Даже не знаю…

— Мне многое нужно тебе рассказать.

— Послушай… мне страшно с тобой.

— Страшно? — Лео остановился на середине лестницы и обернулся. — Почему?

— Ты только что собирался меня убить.

— Только если бы мне не понравились твои ответы.

— А если тебе не понравятся мои ответы наверху?

— Наверху у меня к тебе нет вопросов. — Он коснулся груди. — Там я буду давать ответы.

Я прищурилась:

— Слушай… может, ты просто… скинешь мне все на почту? Распишешь, как есть. Мне такая идея гораздо больше нравится.

Он усмехнулся, но в глазах ни капли веселья:

— Электронная почта не передаст суть. Ты должна увидеть все сама.

— Увидеть что?

Он продолжил подниматься.

Я бросила взгляд назад.

У двери стоял Сонг, а рядом с ним, уже пятеро из тех стремных монахов в синих одеяниях.

Потом я посмотрела на своих фрейлин:

— А вы как думаете?

Ближайшая ко мне грустно улыбнулась:

— Нас отсюда не выпустят, если ты не поднимешься наверх.

— Да, — кивнула я, снова повернувшись к лестнице. — Я вот тоже об этом подумала.

Другая сказала:

— Я не думаю, что Великий Хозяин Горы собирается тебя убивать. Наоборот, я уверена, что ты в безопасности.

Ну окей.

Я тяжело выдохнула.

Пора получать ответы от Бугимена.

Я начала подниматься по лестнице.

Каждый шаг вверх ощущался как отдельное испытание. Я провела рукой по вырезанной из дерева спине дракона, чешуя была гладкой и прохладной на ощупь. Казалось, я гладилa настоящего, живого зверя, выточенного с пугающей детализацией.

Восток, конечно, ебанутый.

Когда я добралась до верха, Лео повел нас по длинному коридору, устланному синим ковром. Стены были увешаны картинами.

Он кивнул на одну из картин:

— Все мои работы тоже отправятся в хранилище. Но однажды покажите их моим внукам, пусть знают, что я не только сражался и правил, но и писал картины.

— Оу. Это ты их тоже нарисовал?

— Я.

— А ты когда-нибудь думал стать художником?

— Будучи бедным иммигрантом в Америке, с ребенком на подходе? — Он покачал головой. — Никогда. У меня были обязанности. Как у тебя. Я понимал, что такое ответственность.

— Как у меня?

— Пока твоя мать боролась с раком, ты мгновенно стала для своих сестер и мамой, и отцом.

— Я бы не говорила настолько громко… Просто старшая сестра, делала, что могла…

— Ты готовила, убиралась, водила их в школу, помогала с домашкой. И при этом работала на куриной фабрике.

Я распахнула глаза:

— Сколько ты уже знал, кто я?

— Это неважный вопрос.

— По-моему, очень даже важный.

— Ладно. Тогда расскажу, когда впервые тебя увидел.

Я напряглась:

— Хорошо…

— Тебе было, наверное, лет семь. Перед домом твоей бабушки.

— Что?

— И ты тогда дулась. На тротуаре были старшие девчонки, они вертели две скакалки одновременно… Не знаю, как называется эта игра.

— Прыжки с двумя скакалками?

— Возможно. Наверное, так она и называется, — он пожал плечами. — Бэнкс тоже был маленьким, смеялся над тобой, и твоя бабушка велела ему прекратить, а потом подошла ко мне.