Кемель Токаев – Не жалея жизни (страница 62)

— Ладно, Кожанияз, не кипятись. Хочешь, сведу тебя со старым шайтаном? Ему сейчас нужен золотом браслет. Я обещал достать, вот и сговорись с ним.

— Откуда он?

— Из Ташкента. Торгует свежими овощами.

— Нет, Самат, с ним разбирайся сам. А меня познакомь с тем.

— Ладно. Приходи завтра к гостинице у Оперного театра. Встретимся в семь.

Они побывали в туалете и разошлись в разные стороны, будто никогда не знали друг друга.

4

Наследующий день Бакиев разыскал Тауба возле условленного железного мостика. Тот мыл в речке машину. Увидел Самата, спокойно, чуть насмешливо спросил:

— Уломал-таки он тебя?

— Уперся как ишак. Хочет с вами встретиться и все тут. Я говорю — познакомлю с ташкентскими торгашами, а он их и знать не желает…

— Где он будет ждать?

— Сегодня в семь вечера возле гостиницы, рядом с Оперным театром.

— Ты, Самат, чем дальше, тем больше мне нравишься.

…За десять минут до назначенной встречи они проехали на машине Тауба мимо Оперного театра. Сделали круг, проехали еще раз вверх по улице Панфилова, свернули на улицу Калинина, остановились.

Было условлено, что Жапаров, увидев их машину, поднимет руку.

«Победа» постояла немного и мягко тронулась с места. Жапарова не было. Медленно проехали мимо ТЮЗа. Тауб свернул направо и опять сделал круг по улице Кирова и Панфилова. Возле гостиницы машина остановилась. Из нее вышел Бакиев и со скучающим видом огляделся. Достал папиросы, закурил, коротко и сильно затягиваясь. Жапаров не появлялся. Бакиев отплюнул в сторону измочаленный окурок и смачно выругался.

— Выродки все! Со стороны глянешь — слезу прошибает: забитые, несчастные, безответные. Иной — простачок простачком, а коснись — десять раз вокруг пальца обведет. Полюбуйтесь вот! Просил, умолял: познакомь да познакомь, хочу с глазу на глаз поговорить. А что вытворяет?..

— Может, он машину не узнал? Ты все объяснил?

— Конечно. И номер знает, и цвет.

— Так что же получается? Выходит, не верит он нам?

— А чего бы он совал мне свое поганое золото, если б не верил?

— М-да…

— А может, сидит в гостинице, боится нос высунуть? Пойду взгляну.

— Не задерживайся!

— Не беспокойтесь, сейчас вернусь.

На стоявшую перед гостиницей машину никто не обращал внимания. Только с балкона гостиничного ресторана на втором этаже с интересом наблюдал за ней щегольски одетый мужчина в темных очках. Приглядевшись повнимательнее к мужчине, можно было узнать Жапарова. Двадцать семь лет жизни в Кульдже научили его кое-чему, и в первую очередь осторожности. «Нет, думал Жапаров, отложим-ка пока встречу да посмотрим со стороны, что это за люди, с кем придется иметь дело… Как суетился Самат перед гостиницей! Тянул папиросу за папиросой, плевался… А сейчас рыщет по вестибюлю. Потерял выдержку, обозлился. Нет, проявлять чувства — непозволительная роскошь для настоящего делового человека…»

Через несколько минут Бакиев вышел из подъезда гостиницы. Постоял немного, подошел к машине.

— Нет его! Не пришел! — Самат хлопнул дверцей, выругался и откинулся на спинку сиденья.

Тауб был больше удивлен, чем встревожен:

— Что за выходки?

— Не знаю!

— Торчать здесь больше нельзя.

Отъехали подальше от центра города. Тауб остановил машину и, обернувшись, внимательно посмотрел на Бакиева:

— Ты завтра увидишь его на базаре?

— Не беспокойтесь. Этого артиста я завтра за шиворот к вам притащу!

— Не надо. Пусть приходит к мосту. Время то же самое. Объяснишь, как добираться.

Бакиев понял: Тауб избавляется от него.

— Яков Данилович, в чем я виноват? Что находил для вас клиентов? А как нашел стоящего, так меня, значит, в сторону?

— Самат, ты умный парень. И дело знаешь. Я тебя никогда не обделял. Так?

— Так.

— В чем же тогда дело? Разве я тебя гоню? Вовсе нет. Зачем нам обоим тратить время на одного Жапарова? Его золота вряд ли хватит надолго. Поэтому не теряй времени, подыскивай других людей, а доля твоя всегда за тобой. Неужели тебе надо объяснять такие вещи, Самат?

— Яков Данилович, о чем вы мечтаете?

— С чего это ты?

— Мне кажется — не мечтаете. Чего еще желать, когда имеешь столько денег? Ведь сколько золота прошло через мои руки, а вы все берете и берете…

— Стоп, дорогой! Не так круто! Не суй нос не в свои дела! Ты что, следователь?

— Обижаете, Яков Данилович! Я в жизни никого, кроме вас, на «вы» не называл. А почему? Уважаю — вот почему! Богатство ваше уважаю. Деньги — это главное. Есть деньги — все будет: и золото, и бабы… Все, что хочешь! Звенит в кармане монета — ты человек, а нет…

Тауб ухмыльнулся, перебил:

— Ладно, хватит. Пустые мечты в рай не приведут. Подумай-ка лучше, как завтра найти Жапарова.

Самат кивнул головой.

Расставшись с Таубом, Бакиев весь вечер бродил по улицам. Хотелось обдумать события сегодняшнего дня. Плохо, что Тауб отказывается от его помощи. Раньше такого не случалось. Тауб — денежный мешок, рядом с ним, как у бога за пазухой. Никогда не останешься на мели. Яков Данилович всегда выручал: давал денег, пусть взаймы, но давал, не отказывал. Как дальше быть?

Самат все ходил и ходил по улицам, пока не заметил, что забрел в знакомый переулок. Он улыбнулся — как же, вон в том доме живет та молодуха, Пашахан. Все к лучшему! Гулять — так гулять! А завтра разберемся, что к чему. Черт с ним, с Таубом! Самат без дела не останется. Найдутся и другие. Все равон им без Самата не обойтись.

Бакиев осмотрелся по сторонам. На улице было пустынно. За ним никто не следил. Он юркнул в низенькую калитку. Калитка не заперта — Пашахан ждет его!

5

В последние дни Шайдос был перегружен работой — никак не удавалось выкроить время для встречи с лейтенантом Майлыбаевым из областного управления внутренних дел. Только вечером созвонился с ним. Лейтенант пообещал ждать сегодня вечером в уголовном розыске.

В условленный час Шайдос пришел в УВД, постучался в кабинет Талгата Майлыбаева и, не дождавшись ответа, вошел.

— Какие у тебя новости?

— Пока уточняют. — Талгат открыл сейф, достал из него толстую папку, — Вот все материалы о Жапарове. Раньше я знал его как мелкого дельца. Он крутился на Зеленом базаре. Действовал, как правило, через посредника, Самата Бакиева. Сам оставался в стороне, в прямой контакт со скупщиками не вступал. А в последнее время резко изменился…

Майлыбаев рассказал о событиях последних дней, вплоть до встречи Жапарова с Бакиевым.

— После этого я потерял его из виду.

Шайдос положил на стол фотографию:

— Узнаешь?

Талгат долго рассматривал снимок, потом изумленно присвистнул:

— Неужели Жапаров? Где снимали? Не узнать, если не приглядишься.

— В прошлое воскресенье он отправился в ресторан «Иссык». Заказал столик на двоих. Посидел с час, велел горячие блюда принести попозже, а сам со скучающим видом вышел на балкон. Там мы его и фиксировали. Он кого-то ждал — это точно. Но кого? С кем собирался встретиться? Это интересует сейчас больше всего. Ты связи Жапарова знаешь. Помоги уточнить.

— Самая заметная фигура на базаре — Турсун-ака, матерый спекулянт. Бакиев разговаривал с ним, я видел. Но утверждать безоговорочно, что Бакиев посредничает между Жапаровым и стариком, я не могу, хотя, конечно, Бакиев не зря крутится возле них.