Келли Сент-Клэр – Мечты о пламени (страница 38)

Несколько мгновений Джован стоит в напряжении. Он трижды смотрит в мою сторону.

— У меня такое чувство, что они не собираются расходиться тихо. Но мы всё же попробуем. Если мы отправим туда больше людей, это разожжёт пламя. Заявление сделает то же самое. Мы дадим им время разойтись по собственному желанию. Если они этого не сделают, будет применена сила.

Я хмыкаю. О чём Джован думает на самом деле? Могу сказать, даже он не верит в то, что говорит.

— Разумный план, мой Король. Твой отец бы гордился, — говорит Блейн.

Я морщу нос от его покровительственного тона. Мы движемся прямо в ловушку Блейна?

Джован начинает выкрикивать приказы Малиру, а советники бегут за ним, оставляя меня наблюдать за происходящим снаружи. С каждой минутой к ним присоединяются всё новые и новые люди. Мой слух напрягается, когда начинают лететь камни, а Брумы давят на внутренние ворота. Какое давление они выдержат?

Рядом со мной стоит Рон.

— Внешние Кольца, хах? — говорю я.

Он ухмыляется.

— Следовало догадаться, полагаю. Это объясняет, почему ты настолько умнее остальных членов ассамблеи, — честно говорю я.

Я слышу, как в его горле перехватывает дыхание. Я кладу руку на руку Рона, мышцы выпуклые от долгих часов езды на упряжке.

— В следующий раз, когда Драммонд скажет что-то подобное, приставь копьё к его горлу, — предлагаю я. — Я обнаружила, что это очень хорошо работает.

Это определённо успокоило его блудливые руки в Куполе в прошлом секторе.

— И должен ли я держать копьё перед каждым человеком, который делает такое замечание? — спрашивает он.

Я пожимаю плечами.

— Ты можешь заменить его. Копьё, меч, удар в горло, — он фыркает, и я продолжаю: — Возможно, ты мог бы натренировать Лео кусать любого, кто скажет «Внешние Кольца».

Я смотрю, как пульсирующая, разъярённая масса кричит в сторону замка, кричит на своего Короля. Я могла бы спросить, как Блейн смог создать восстание такого масштаба, но не думаю, что это было слишком сложно. Народ Джована прозябает в нищете. Они голодают, бездомны и находятся в постоянной опасности. Так было на протяжении многих поколений, и ни один лидер не хотел изменить ситуацию. В защиту Джована, я действительно не думаю, что он осознаёт, насколько там всё плохо.

Нет, многого не потребуется. Блейну нужно было лишь дать немного надежды жалким Брумам, чтобы довести их до исступления. Я смотрю на гиганта рядом со мной, откинув голову назад.

— Рон?

— Ммм? — бормочет он.

— У меня есть для тебя кое-какое дело.

ГЛАВА 12

Снизу крики и вопли звучат намного громче. Я высоко держу голову, пробираясь сквозь разъярённую массу людей. Мои волосы рассыпаются по голой спине, вызывая дрожь, пока моё тело привыкает к отсутствию меховой одежды. Я говорю себе, что дрожь — это не беспокойство из-за того, что я сейчас нахожусь в центре группы повстанцев. Или потому, что под своей вуалью в замке я оставила Кристал. Пока она не двигается и не говорит, уловка будет работать. Я надеюсь.

— Это Мороз, — пищит кто-то.

Я грубо отталкиваю его в сторону, чувствуя рёбра человека через его скудную одежду. Худенькая девушка смотрит на меня со своего места на земле и улыбается мне широкой беззубой улыбкой. Я игнорирую женщину без гроша в кармане и продолжаю путь. Моя первоочередная задача — собрать информацию о том, кто управляет этим шоу. Но моё присутствие здесь служит двум целям. Вторая из них уже начинает выполняться. Люди перестают бросать вещи и кричать, видя меня. Моё присутствие, вероятно, кажется загадочным и неожиданным. Если только они не из Второго Сектора, жители Внешних Колец не видели меня со времен Купола.

— Мороз пришла помочь нам! — кричит женщина.

Я угрожающе хмурюсь на неё. Не по какой-то причине, просто они ожидают такую реакцию от бойца в ямах. Она отшатывается, а затем обменивается понимающим взглядом со своей подругой. В течение нескольких месяцев я пыталась дружить, подкупать и угрожать, чтобы пробиться в их среду. Но мне потребовалось избавиться от Убийцы в Куполе и избежать верной смерти, чтобы стать неприкасаемой в их глазах.

Новость о моём присутствии распространяется вперёд меня и по обе стороны вбок. Я почти вижу, как её эффект отражается на толпе. Советник был прав: здесь, должно быть, несколько сотен человек. Они заполоняют мощёную дорогу, ведущую к подъёмной решетке со стороны Внутреннего Кольца. Когда один оборванец обращается к другому, топот прекращается, и люди переключают своё внимание с замка на меня, стоящую в центре толпы… и катастрофы.

Мне нужно найти заложников и обеспечить их безопасность, пока Рон не сообщит Джовану, что я делаю, каков мой хрупкий план. Грязные мужчины и женщины поворачиваются друг к другу, на их лицах растерянность, они гадают, зачем пришла Мороз. Именно так я нахожу тех, кого ищу. Они стоят ближе всех к замку и продолжают кричать, призывая окружающих делать то же самое. Пять окровавленных людей, судя по виду, торговцы, корчатся на земле у их ног, руки связаны за спинами.

Я скрещиваю руки, несколько минут просто наблюдаю за зачинщиками, прежде чем подхожу к ним. Толпа затихает. Люди затыкают тех, кто по-прежнему кричит. Звук есть, но он кажется жутко тихим после оглушительного шума, звучавшего минуту назад. Я откидываю назад свои длинные волосы, сжимая руки под грудью. Я знаю, что это творит чудеса в сочетании с моей одеждой — нарядом из кожаных ремней, который вряд ли заслуживает называться одеждой. Греху доводилось делать то же самое со своими грудными мышцами, чтобы свести зрителей с ума. Странно, но от этой мысли мне хочется разразиться хохотом. Держи себя в руках, Олина.

— Что это? — спрашиваю я у толпы, стоящей ближе всех к зачинщикам.

Выражение моего лица холодное. Я пристально смотрю на окружающих. Человек справа от меня, тот, что бросает камни через стену, должен быть одним из людей Блейна. Я не обращаюсь к нему напрямую. Это было бы признанием того, что у него есть власть. А я хочу, чтобы эта власть была только у меня.

Он всё равно отвечает. Наживка проглочена.

— А ты что думаешь, тупая сука, — рычит он справа от меня.

Ближайшие к нам люди отшатываются назад, а я медленно поворачиваюсь и смотрю на громадного лысеющего мужчину с румяными щеками.

После короткой паузы я снова задаю свой вопрос. В этот раз с участием моей ноги, давящей на его горло.

— Мы восстаём, — задыхается он. — Достала нищета, достало быть голодными, достало…

Я надавливаю, затем немного ослабляю давление, когда его губы приобретают синий оттенок. Судя по ропоту вокруг меня, остальные присутствующие согласны. Я даже не могу их винить.

— Может, тебе больше нравится жить в мире огня, — шучу я.

Сгорбленные люди, сидящие ближе всего ко мне, громко смеются от напряжения. Краем глаза я наблюдаю за заложниками. Они шепчутся друг с другом. Надеюсь, они не попытаются сделать какую-нибудь глупость.

Четверо других мужчин выступают вперёд. Я улыбаюсь им, искренне радуясь, что они пришли ко мне, а не мне пришлось их искать. Но, конечно, их больше. Человек под моей ногой перестает двигаться, и я убираю ногу. Он должен быть ещё жив.

— Привет, мальчики, — говорю я.

Эти мужчины упустили свою изрядную долю привлекательной внешности. Однако именно исходящая от них угроза заставляет их казаться почти такими же уродливыми, как Блейн.

— Кто ты? — грубым тоном спрашивает самый здоровый.

Я смеюсь, обнимая за шею коренастого мужчину, который стоит рядом со мной, не обращая внимания на запах крови животных. Надеюсь, он мясник. Мужчина, которого я небрежно обнимаю, смеётся вместе со мной, как и те, кто смотрит. Я работаю с толпой и благодарю Алзону и Осколка за то, что они подтолкнули меня к экспериментам в ямах.

— Это Мороз, идиот, — бормочет пожилой мужчина.

Один из четверых поворачивается к старшему мужчине и наносит жестокий удар. Хрупкий мужчина падает на землю.

Я не вижу этого, но чувствую. Толпа ополчается против людей Блейна. Не физически. Пока нет. Но они только что сделали ставку на меня. Головорез достаточно умен, чтобы почувствовать перемену. Он неловко перемещается, пока все смотрят на старика на холодной земле, а затем фиксирует на нём пустой взгляд. Круг сжимается вокруг нас.

— Вы слушаете этих ребят? — спрашиваю я у толпы.

Не может быть, чтобы пять человек начали это. Но никто больше не вступает в игру.

— Вон тот стучал в двери, призывал нас пойти, — говорит прачка.

Она показывает пальцем, и окружающая её толпа смыкается вокруг, когда один из головорезов Блейна делает угрожающий шаг к ней. Я тоже встаю между ними, злобно ухмыляясь этому человеку. Народ задерживает дыхание. Глаза мужчины бегло проходят по сторонам, оценивая ситуацию.

— Умный малый.

Я хвалю его, когда он, спотыкаясь, уходит. Обхожу их группу из четырёх человек и мужчину без сознания на земле, смотрю на людей вокруг меня.

— У этих людей свои планы.

Мои слова звучат в тишине. Я жду, пока Брумы обсудят такую возможность. У Рона должно было быть достаточно времени, чтобы передать моё послание королю. Давай, Джован. Даже после прошлой ночи я не сомневаюсь, что он придёт мне на помощь.

— Иди и освободи заложников, — приказываю я мяснику, находящемуся рядом со мной.

Он берёт кинжал, который я протягиваю ему, и подходит к испуганным членам Внутреннего Кольца. Заложники съёживаются, пока он перепиливает их путы.