Келли Оливер – Загадка исчезнувшей пумы (страница 24)

Честно говоря, я была очень рада его видеть. Я на четвереньках вылезла наружу. С трудом передвигаясь на онемевших ногах, я взяла Батлера за руку и встала.

– Как ты узнал, что я здесь?

– Ты так и не написала, и я пошёл тебя искать.

– А где Оливер?

– Ждёт в машине.

– Надеюсь, он прихватил с собой барфи?

Батлер рассмеялся. У него оказался очень заразительный смех, и я тоже засмеялась.

Но я вспомнила про агента Киллджоя и Аполлона и разревелась.

– Охрана животных поймала Аполлона! – как будто от того, что я произнесла это вслух, всё стало ещё хуже. Слёзы катились ручьём, и я тщетно пыталась вытирать их порванным рукавом рубашки.

– Ты же не знаешь наверняка. Мы найдём…

– Я знаю! Я видела, как агент Киллджой накрыл его сетью и сунул в мешок! – Я старалась подавить рыдания.

– Что?

– Аполлон учуял мясо и пришёл к клетке, – слова давались с таким трудом, что мне пришлось сделать над собой усилие. Надо собраться. Не хочу, чтобы Батлер видел, как я плачу. – Я скормила ему мясо, а он погнался за бабочкой, а потом из леса выскочил Киллджой и поймал его. – Я всё это допустила, и я всё исправлю. Я постаралась размять конечности. Ещё не всё потеряно. Я сумею вернуть Аполлона и спасу зоопарк. Я полна решимости. – Попробуем догнать его по дороге, пока он не добрался до приюта для животных.

– Но разве твоя мама не может просто поехать в приют и забрать Аполлона домой?

– Киллджой сказал, что уже заполнил протокол. – Стоило словам слететь с моих губ, как я снова едва не разрыдалась. Мне пришлось так вонзить ногти в ладони, что стало больно. – Он спит и видит, как бы отнять у нас Аполлона и закрыть контактный зоопарк.

– Но он не может так сделать!

– Если бы, – и я побежала домой.

– Сюда! – крикнул мне вслед Батлер. – Машина стоит у дома Бассельбергов!

Я не обратила на него внимания и лишь ускорила бег. Он тут же меня догнал. Я всё ускорялась и ускорялась, ноги работали изо всех сил. Батлер не отставал.

– Если хочешь, Оливер мог бы подвезти нас к офису Охраны животных, – пропыхтел Батлер. – Или попробуем догнать фургон этого живодёра.

Я остановилась. А ведь это мысль! Может, мы даже перехватим Киллджоя прежде, чем он доедет до своего офиса!

Оливер битый час терпеливо колесил по улицам, высматривая жёлтый фургон Службы охраны животных. И когда после бесплодной погони Оливер высадил меня возле дома, было уже совсем темно, и шёл дождь. На прощанье Батлер вручил мне коробку, на которой был нарисован телефон и что-то написано.

– С этой штуки ты можешь мне позвонить, если потребуется помощь.

– Мама не разрешит мне держать телефон. – Я вернула коробку Батлеру.

– Это не телефон. Это рация.

– Ну не знаю… – Я попыталась было всё же отдать коробку, но он решительно скрестил руки на груди и покачал головой.

Держа коробку под мышкой, я тихонько проскочила в боковую дверь и на цыпочках стала подниматься к себе. Если мама меня застукает, то накажет до конца жизни.

– Кассандра Урания О’Рурк!

Я замерла на полпути.

Эники-беники! Опять попалась.

26

Оттачиваем суперспособности

То, что случилось потом, оказалось намного хуже пожизненного наказания. Мама усадила меня перед собой, пока говорила с папой по громкой связи. Я таращилась на трещину в полу, мечтая о том, как бы в неё спрятаться.

Мама рассказала папе про сеновал и клетку, а папа рассказал о том, как застал меня за кражей раскраски Ронни.

– Итак? – спросила мама. – Что ты скажешь в своё оправдание?

Больше всего я бы хотела объясниться и попросить прощения, но слова застряли в горле. Меня словно заморозили. Как будто кто-то оборвал связь между мозгами и языком. Слово «извините» гремело у меня в голове, но рот отказывался его произносить. Извините. Извините за то, что я вообще родилась на свет. У меня пылало лицо, а по щекам текли слёзы. Я как будто разучилась говорить. И не смогла выжать из себя ни звука.

Закончив разговаривать с папой, мама оставила меня сидеть на месте и позвонила в школу. Она договорилась о приёме у психолога. Мама уверяла, что это в моих интересах, но для меня это было худшим наказанием. Потому что теперь придётся унижаться ещё перед одним взрослым. Впрочем, мне всё равно никто бы не поверил, даже если бы я смогла говорить. И разве есть такой психолог, который вернул бы нам Аполлона, и папу, и мою прежнюю жизнь?

На эти выходные мама решила отправить нас к папе на день раньше. Я подумала, что она просто не в силах нас вытерпеть. А меня вовсе не радовал перспектива провести ещё одни выходные под презрительными взглядами Ронни, считающей меня воровкой.

Одной встречи с папой было более чем довольно. У меня щипало в глазах, а в животе бурлило. Мама сказала, что я нуждаюсь в «более организованном окружении» – что бы это ни значило. Только не подумайте, что из-за этого она сама отвезла нас в город – ничего подобного. Она по-прежнему требовала, чтобы мы пользовались городским транспортом. Иногда я вообще не понимаю, как у родителей работают мозги.

Не поднимало настроение и то, что мы с братом больше не разговаривали. Я даже не захотела сидеть рядом с ним в автобусе. Мы всю дорогу молчали: он на самом первом сиденье, я на самом последнем. И все десять минут бесконечной дороги я старалась не думать о том, как меня ненавидят мама и папа. Вместо этого я пыталась представить, как спасу Аполлона и наш контактный зоопарк. Пропади пропадом эта дурацкая статья в газете! Может быть, мама и папа простят меня, если я спасу нашего котёнка.

Мама попыталась забрать Аполлона из Охраны животных, но Киллджой был неумолим. Он твердил, что наш зоопарк – угроза общественной безопасности, а то, что мама спасла детёныша пумы, когда охотник убил его мать и принёс малыша к ней в клинику, к делу отношения не имеет. Мама сказала, что не сдастся, пока не вернёт Аполлона домой, пусть даже ей для этого придётся судиться с городом и лично со Стинки.

Когда мы добрались до папиного городского дома, Зевс и Мари встречали нас новой порцией вкусняшек и сладостей. Она лишь пару раз покосилась на меня украдкой – значит, не забыла случай с раскраской. Я едва не выкрикнула ей в лицо, что это не я, а Хрустик таскал у них вещи… ну, кроме раскраски. И это было абсолютно справедливо – после всего, что он натворил. Но я никогда не была ябедой.

Мари с улыбкой протянула нам блюдо с печеньками. Хрустик по обыкновению нагрёб еды в обе руки. Ронни, как обычно, торчала в своей игровой комнате, смотрела телик и грызла сладости.

– Чего тут у тебя? – поинтересовался Хрустик.

– «Побег из курятника», – Ронни показала на угощение.

Я покачала головой, но Хрустик ухватил сразу два батончика и плюхнулся в свободное кресло. Он отломил кусочек и предложил Фредди – тот привычно расположился у хозяина на плечах.

– Раз ты не ешь курицу, этот мультик тебе понравится, – сказала Ронни. – Цыплята пытаются убежать, – она показала на экран. – А этот петух, Рокки, готов помочь им выбраться из тюрьмы.

– Это же курятник, а не тюрьма, – возразила я. Я достала заранее припасённый детектив, чтобы отвлечься от глупого мультика.

– Если ты цыплёнок – то тюрьма. – Хрустик взял ещё один «Кит-Кат» и запихал в карман.

Я посмотрела на экран. Хрустик в чём-то был прав. Выглядело всё так, словно цыплята и правда были в тюрьме. Что вернуло меня к мыслям об Аполлоне, именно сейчас заключённом в бетонной клетке в Охране животных. Бедный малыш!

– Не переживай. Они вырвутся, – сказал Хрустик. – Я это уже смотрел.

Вырвутся.

– Вот оно! – Я схватила батончик и откусила кусок. – Мы должны вырвать Аполлона из рук Охраны животных! – выдала я, размахивая в воздухе батончиком, а потом прикончила его в два счёта.

Ну и ну! Он был почти такой же вкусный, как барфи миссис Патель. Чтобы лучше сосредоточиться на плане спасения котёнка пумы, мне пришлось подкрепиться ещё парочкой «Кит-Катов».

– Я могу с вами? – спросила Ронни.

– Нет!

– Но у меня есть особые способности, которые могут пригодиться.

– Например?

– Видишь тот лист на пальме? – она показала на растение в углу.

– Ну.

– Смотри! – Ронни встала, ногой поддала с пола свой футбольный мяч, и пальмовый лист взлетел в воздух. А мяч ударился о стену и прилетел к ней назад. Вряд ли её маму обрадует такое обращение с домашним растением, но удар действительно был хорош.

– Ничего себе! – воскликнул Хрустик. – А спорим, ты не попадёшь в ту звезду? – Он показал на флаг на стене.

– Я не бью мячом по звезде на флаге Кубы. – Она удерживала мяч ногой. – Лучше вон в то яблоко на постере. – Мяч шмякнул по яблоку и бумерангом вернулся к её ноге.

– Что за шум? – В двери возникла Мари.

– Прости, Мари. – Я жалобно улыбнулась. – Это я виновата.

– Ну ещё бы, – пробормотала она. Видно, решила, что я глухая и ничего не слышу. – Не шумите, ладно? Папа говорит по телефону. – И она строго посмотрела на Ронни. – И не играйте с мячом в доме. – Мари ушла.