Келли Оливер – Загадка исчезнувшей пумы (страница 19)

Держа указку в зубах, я влезла на козлы, обеими руками ухватилась за верхнюю полку и подтянулась. Я повисла в нескольких футах от пола нос к носу с огромным волосатым пауком. Я зашипела на него, и паук заковылял прочь. Может, это неправильно, но пауков я не боялась.

Я рывком подтянулась так, что мне удалось закинуть правый локоть на полку. Держась так одной рукой, другой я вытащила фонарик изо рта. Под весом болтавшегося в воздухе тела правая рука едва не соскользнула с полки.

Прямо скажем, это было трудно: так нацелить фонарик, примотанный лентой к металлической указке, чтобы он попал в узенькую щёлку на крыше, когда ты висишь на одной руке. Конечно, я не попала с первой попытки. Рука так устала, что я боялась, что больше никогда не смогу её поднять. И вдобавок лента, державшая фонарик на указке, стала отклеиваться. Если я немедленно не просуну указку в щель, фонарик упадёт на пол, и я тоже.

Я глубоко вздохнула и отчаянным толчком послала фонарик вверх… и попала в дырку. Бинго!

БАМ! О-о-о-ох! От удара о пол из меня вышибло дух. Я сидела, кашляя и не сводя глаз с висевшей под потолком указки. Очки снова упали с носа, и всё, что я могла различить – это бледное пятно света. Каким-то чудом я всё же протолкнула фонарик наружу, а он там застрял. Хоть бы батарейка продержалась до того момента, пока кто-то не заметит свет и не найдёт меня. В противном случае мне предстоит ночь ужасов на этом сеновале в обществе страшных мышей.

19

Нежеланная встреча

По крайней мере гроза закончилась. Через щели в крыше проникал лунный свет. Я нашла очки. Наверное, я на них упала. Дужки погнулись, а линзы треснули. От них больше не было никакого толку. Да и что тут было разглядывать, кроме летучих мышей?

К счастью, перед тем, как пожертвовать фонариком и раздавить очки, я успела закончить свою историю для того, кто найдёт мое тело. И тогда Перси Шерону О’Рурку по прозвищу Хрустик придётся ответить на кое-какие вопросы. Это он виновен в том, что я застряла на этом сеновале. Я так и умру, не попользовавшись сотовым телефоном.

Я насторожилась: снаружи что-то зашуршало.

– Помогите! – Я подскочила, выронив блокнот. – Я здесь застряла! Помогите! – я кричала во всю силу лёгких.

Сучья затрещали, а листья зашуршали ещё ближе. Я заколотила по двери и закричала:

– Помогите! Помогите, пожалуйста!

– Это здесь вы держите льва? – ответил мне грубый голос.

– Чего? – я опешила.

– Вы его прячете здесь? – отозвался ужасный голос.

– Это всё мой брат…

– Никуда не уходите! – рявкнул голос.

Ну он даёт! Как будто я могу куда-то уйти.

– Всё ясно?

Он ещё спрашивает!

И тут я услышала, как шаги удаляются от сеновала.

– Стойте! Вернитесь! Помогите! – закричала я. – Не бросайте меня здесь!

Я кое-как пристроила на носу погнутые очки. Мне даже удалось разглядеть какие-то цифры на светящемся циферблате шпионских часов с компасом. Пять тридцать. Поверить не могу – я торчу здесь уже два часа! Но, по крайней мере, теперь хоть кто-то знает, что я здесь.

Но кто это был? Голосок не очень-то ласковый. Может, мне было безопаснее оставаться здесь с мышами, чем быть спасённой каким-то лесным бродягой. И почему он сразу спросил про Аполлона? Кому ещё известно о том, что Аполлон пропал? Может быть, мистер Приставала? Но голос явно был не его. У него голос высокий и тонкий, а не такой угрожающий и низкий.

Мама наверняка уже сходит с ума. Ну пожалуйста, Хрустик, расколись и расскажи ей, где я! Теперь я знаю, как он умеет врать, чтобы не выдать меня. По всему выходит, что он каждый день ходил к запретному ручью, чтобы кормить Аполлона, не говоря о постоянных кражах из папиного дома. Ну и ловкач! Мой младший брат – вор и похититель льва! И как он мог учинить такое над Аполлоном? Надо мной? Над мамой?

Это объясняло, откуда на полу взялись недоеденные летучие мыши. Кто знает? Может, Аполлон развлекался здесь, охотясь на летучих мышей? Они явно пришлись ему по вкусу.

Я распечатала пакет, вынула оттуда обёртку от «Кит-Ката» и слизала с фольги остатки шоколада, чтобы набраться сил. Я жадно сделала последний глоток воды из бутылки и покосилась на грязное ведёрко на полу. Если станет совсем худо, придётся пить эти помои, чтобы выжить.

– Помогите! – закричала я. – Вы вернулись? – Я вслушалась в темноту. Ничего, лишь зловещие ночные звуки.

Почему Хрустик так со мной поступил? Зачем ему было прятать Аполлона в этой развалюхе и делать вид, что его похитили, да вдобавок рисковать, оставляя повсюду эти загадки?

И тут меня посетила жуткая мысль, которую я до сих пор старалась выбросить из головы. Если Хрустик прятал Аполлона на этом сеновале, где сейчас наш котёнок? Он убежал отсюда сам или кто-то его увёл? Я постаралась вспомнить, как всё выглядело, когда мы сюда добрались. Дверь была открыта. Ох, нет! А вдруг это Стинкертон поймал его и в это самое время закрывает наш зоопарк?

Или Аполлон заблудился и попал в беду? Я постаралась вспомнить, какие ещё хищники водятся в штате Теннесси. Котёнок совсем маленький. Орёл или коршун вполне могли его утащить. Я вздрогнула.

«Успокойся. Сосредоточься. Используй мозги, – повторяла я себе. – Думай».

Ладно. Котёнок пропал меньше суток назад, или Хрустик выдал бы себя раньше. Он явно растерялся, не найдя здесь Аполлона. И ему приходилось бывать здесь не реже раза в день, чтобы кормить пуму. Из этого можно сделать вывод, что Аполлон либо убежал, либо его украли сегодня днём. Но где он сейчас?

Ой! Зайчики-трамвайчики! Я так и подскочила от громкого звука. Видимо, я так задумалась, что не услышала, как кто-то пришёл. Но снаружи кто-то явно орудовал бензопилой, расчленяя ствол упавшего дерева – надеюсь, чтобы освободить меня. Слава небесам!

Я прислушалась: вот хрустнула дверь. Через расколотые пополам очки я смогла увидеть двух людей в лунном свете, оба в шляпах. Один толстый, другой тощий. Тощий орудовал бензопилой, а толстый смотрел. Толстый показался мне знакомым. Я прищурилась, стараясь его опознать.

Чтоб мне пусто было! Это же агент Стинкертон Киллджой из Охраны животных!

20

Мистер и миссис Приставалы

С бешено бьющимся сердцем я затаилась в тени и ждала, когда настанет час схватки с агентом Киллджоем. Если он что-то разнюхал про Аполлона – нам конец. Маме придётся закрыть контактный зоопарк, и у нас больше не будет зверей. Хрустик никогда не оправится. Да и я тоже.

Ну а если Киллджой уже нашёл Аполлона – то вообще пиши пропало. Я провалилась как детектив. Может, папа прав, и я никчёмная мечтательница? «Кейси, вызывает Земля!» У меня щипало глаза. И как я только могла подумать, что сумею спасти Аполлона и наш зоопарк?

Дверь отворилась, и я оказалась лицом к лицу с мистером Приставалой и агентом Киллджоем. В лунном свете из-за длинного носа и горящих злобой глаз Киллджой вполне мог бы сойти за мышь-вампира. Недаром я не выношу летучих мышей.

– Кассандра, ты цела? – спросил мистер Приставала. У него были мутные глаза – как у всех стариков.

– Где лев? – Киллджой ворвался внутрь. Жирная башка так и крутилась, пока он осматривал сеновал. – Куда ты его спрятала?

Несмотря на грозный тон и зловещий взгляд Киллджоя, я испытала облегчение. Раз он спрашивает про Аполлона, значит, сам до него ещё не добрался. Хоть бы Хрустик успел его найти и наши похождения завершились благополучным возвращением домой.

– Пожалуй, следует позвонить твоей маме, – и мистер Приставала принялся набирать номер на мобильнике своими тощими пальцами.

Будь у меня мобильник, мне не пришлось бы сейчас отвечать перед своей собственной Немезидой, богиней возмездия. Я бы позвала на помощь и сейчас бы уже мирно почитывала дома свой словарь. Я могла бы позвонить маме и попросить её освободить меня. Тогда она бы позвонила папе. И им пришлось бы вместе спасать свою единственную дочь. «Кейси, вызывает Земля».

А теперь я даже думать боялась о том, что меня ждёт, когда мама узнает, что я нарушила её запрет и отправилась к ручью. И всё же я готова была просидеть под арестом остаток жизни, лишь бы не торчать больше на этом сеновале.

До меня долетела знакомая волна вони: у Киллджоя между ног промелькнул силуэт хорька и метнулся ко мне.

– Фредди! – Он поднялся на задние лапы, доставая передними до лица. Когда я наклонилась, чтобы взять его на руки, погнутые очки снова хлопнулись на пол. Я подняла их вместе с Фредди. Я была так рада его видеть, что даже чмокнула в нос. – Постой. А ты что здесь делаешь? – Я с ужасом подумала, что Фредди сам по себе так просто не гуляет – что-то случилось? Где Хрустик?

Что случилось с Хрустиком? Они с Плевалкой не вернулись домой? Всё внутри меня сжалось от ужасных догадок. Вдруг они свалились в пропасть, или их ударило молнией, или споткнулись и переломали ноги!

– Где Хрустик? – спросила я Фредди, как будто он мог мне ответить.

– Ну надо же, и эта крыса опять здесь! – расхохотался Киллджой.

Я крепче прижала к себе хорька и едва успела увернуться от его ручищ, метнувшихся к Фредди.

– Оставьте нас!

– Если я вас оставлю, так и будете сидеть в этом сарае! – Он наклонился так близко, что его вонючее дыхание коснулось моего лица.

Киллджой шагнул вперёд, а я отступила, но зацепилась ногой за ведро с водой. Оно с грохотом опрокинулось. Мне на ноги выплеснулась мутная вода. Я споткнулась, но не выпустила Фредди и упала на скользкий пол.